Лопатников Виктор Алексеевич. Канцлер Румянцев : время и служение - page 234

двусторонней присягой и заверениями, даваемыми жителями;
ему можно было придать религиозное содержание посредством
коронации.
Никакой коронации в Порвоо устроено не было, однако сле­
дует подчеркнуть, что основные государственные акты проводи­
лись в кафедральном соборе и завершались богослужением»1.
Присоединившуюся к России Финляндию в ее внутренних
делах Петербург рассматривал как самостоятельное государ­
ство со своим правительством. Уклад жизни, право, религия
были оставлены в неизменном виде. Об этом на заседании
сейма в Порвоо Александр I заявил особо. Россия брала на се­
бя обязательство «сохранить веру, основные законы и сослов­
ные привилегии, хранить эти привилегии и установления в
незыблемости и полной мере»2.
Князь П. Г. Гагарин, генерал-адъютант Александра I, в бро­
шюре «Тринадцать дней, или Финляндия» описал грандиоз­
ный по тем временам бал, на котором император «танцевал в
основном с дамами, но также и с несколькими девицами, при
этом ведя с ними беседы». Тогда у Александра I завязался лю­
бовный роман с восемнадцатилетней Уллой Меллерсвед.
Впоследствии образ Уллы стал наиболее востребованным в ху­
дожественных произведениях о том, как Финляндия стала го­
сударством и нацией.
* * *
Присоединение Финляндии к России не возымело, однако,
позитивного воздействия на настроения в Петербурге. Более
того, высказывалось сочувствие «бедным шведам», к числу ко­
торых относили и коренное население Финляндии.
Александром I было объявлено о финнах как о «нации в
числе других наций», бывшей шведской территории были пре­
доставлены права автономии. Фридрихсгамский мирный до­
говор между Россией и Швецией, подписанный Румянцевым,
стал началом пути Финляндии к государственной независимо­
сти. Княжество Финляндия приобрело гораздо больший вес, а
финны получили ббльшие права в России, чем русские в Фин­
ляндии. Многие финны сделали в Петербурге удачную карье­
ру, преуспели в предпринимательской деятельности. Но в ря­
дах оппозиции во все большей мере подвергалось остракизму
всё, что так или иначе было связано с внешней политикой Алек­
сандра I и его министра иностранных дел.
1
Клинге М.
Имперская Финляндия. СПб., 2005. С. 22, 23.
2Там же. С. 25, 26.
203
1...,224,225,226,227,228,229,230,231,232,233 235,236,237,238,239,240,241,242,243,244,...377
Powered by FlippingBook