Главная

Вологодская область в годы Великой Отечественной войны

Документальная история войны по материалам государственных архивов Вологодской области

Воинские части, военно-санитарные поезда и эвакогоспитали

Военные действия на территории области. Оборона Ошты (Вытегорский район)

Вологжане – Герои Советского Союза

Вологжане на фронтах Великой Отечественной войны

Участие вологжан в партизанском движении и движении Сопротивления

Вологжане – узники фашистских концлагерей

Фронтовые письма

Вологодский тыл – фронту

Труженики тыла – Оште

Помощь вологжан эвакуированному населению

Помощь блокадному Ленинграду

Дети войны

Поисковое движение в Вологодской области

Единая информационная база на погибших вологжан (Парфинский район, Новогородская область)

«Хранить вечно»: областной кинофестиваль документальных фильмов

Стихи о войне вологодских поэтов-фронтовиков

Военные мемориалы, обелиски, парки Победы на территории Вологодской области: фотоальбомы

© Вологодская областная универсальная научная библиотека, 2015 г.

Участие вологжан в партизанском движении и движении Сопротивления

Бережных А.
Незримый фронт

Сотрудники органов государственной безопасности в годы войны решали сложные задачи и на фронте, и по обе его стороны – своем тылу и в тылу врага. В решение этих задач посильный вклад внесли и чекисты-вологжане. В этих заметках кратко говорится обо всех наиболее примечательных моментах тайной войны с фашизмом, в которых приняли участие вологодские чекисты.

I. В ТЫЛУ ВРАГА

Обелиск в Ахтырке

В городе Ахтырке Сумской области поставлен обелиск в память советским патриотам-подпольщикам. В надписи на обелиске значится советская разведчица, имя которой долгое время оставалось неизвестным. Только в 1967 году по архивным документам Сумского управления КГБ удалось окончательно выяснить, что этой разведчицей была Любовь Вячеславовна Лебедева, уроженка села Новое Усть-Кубинского района.

Когда началась война, Люба училась в Московском институте метеорологии и связи. Осенью 1941 года ее направили в спецшколу, а затем перебросили через линию фронта.

В Ахтырке Лебедева связалась с патриотами-подпольщиками, через них получала информацию о противнике и передавала ее советскому командованию. Но Люба не хотела быть только радисткой, стремилась сама добывать сведения. С этой целью она устроилась уборщицей в гестапо.

Шесть месяцев провела отважная разведчица в немецком тылу. Все это время исправно выходила на связь. Работая в самом логове врага – гестапо, подвергала себя смертельному риску. Жизнь ее каждый день была на волоске. И однажды этот волосок оборвался: в августе 1942 года гестаповцы схватили Лебедеву и ее товарищей. Люба погибла, но все же она успела сделать много ценного. Память о ней жива.

Это было в Николаеве

22 ноября 1941 года в городском парке, где немцы создали базу горючего, вспыхнул пожар. Одна за другой взрывались цистерны. С этой ночи и кончилось спокойствие оккупантов в Николаеве. В самом городе и его окрестностях совершались диверсии. На судостроительном заводе противник в срочном порядке производил ремонт плавучего дока, который был крайне нужен оккупантам для восстановления поврежденных в боях кораблей. Но в день окончания ремонта готовое сооружение на глазах у немцев утонуло в волнах Буга.

Летом 1942 года три железнодорожных состава с войсками и техникой потерпели крушение. С наступлением зимних холодов вспыхнули вещевые склады. Огонь уничтожил теплое обмундирование, предназначенное для немецких войск. Пожарные машины с ревом неслись к месту происшествия, но на их пути оказались кем-то разбросанные цепи с острыми шипами.

В ночь на 9 марта 1942 года на аэродроме за Ингульским мостом, где базировались тяжелые бомбардировщики, взлетела в воздух кочегарка, загорелись мастерские, взорвались баки с горючим. Бушующее пламя уничтожило несколько боевых самолетов...

Все это не было случайностью. В оккупированном немцами Николаеве действовала группа сотрудников органов госбезопасности, оставленных в тылу врага для выполнения специальных заданий. В составе этой группы находился Александр Васильевич Соколов, родившийся в 1912 году в деревне Прохорово бывшего Чебсарского района. До 1940 года он работал заместителем начальника отдела кадров управления Северной железной дороги, затем Вологодским обкомом партии был направлен для службы в органы госбезопасности.

Зимой и летом 1942 года «Николаевский центр» развернул широкую пропагандистскую работу среди населения. На площадях и улицах города, в магазинах и на рынке, на пристанях и железнодорожных станциях, словом, во всех многолюдных местах стали появляться листовки, призывающие к борьбе с оккупантами. До конца 1942 года их было распространено свыше 15 тысяч экземпляров. Это была важная работа: советским людям, находившимся в оккупации, особенно нужен был голос Родины, зовущий к борьбе и вселяющий надежду в победу.

Около двух лет действовали чекисты в тылу врага. В феврале 1943 года Соколов и его товарищи по доносу предателя были арестованы и расстреляны карательными органами оккупантов.

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 5 ноября .1944 года за образцовое выполнение специальных заданий в тылу врага и проявленные при этом отвагу и героизм руководителю группы Лягину Виктору Александровичу посмертно присвоено звание Героя Советского Союза. Соколов также посмертно награжден орденом Отечественной войны I степени.

Судьба десанта

В январе 1944 года пропала без вести группа советских разведчиков, сброшенная с самолета в глубоком тылу немецко-фашистских войск. Радисткой в этой группе была Зоя Зародова. Родилась она в деревне Слобода, близ Вологды, в 1924 году в семье рабочего ВПВРЗ Ивана Евгеньевича Зародова.

В 1942 году по комсомольской путевке Зоя ушла на фронт. Уже в следующем году она забрасывалась в тыл врага в качестве радистки разведывательной группы и по возвращению с задания была награждена орденом Красной Звезды.

Судьба отважных разведчиков, заброшенных в тыл противника в 1944 году, долгое время оставалась неизвестной. Только в конце шестидесятых годов удалось установить обстоятельства того последнего боя, в котором погибли Зародова и ее боевые друзья. Это случилось в районе поселка Секиряны Черновицкой области, куда был сброшен десант.

Группа приземлилась на открытой местности. Разведчики быстро собрали парашюты, имущество, продовольствие и укрылись в лесу, но были замечены. Оккупанты начали их преследование. 14 января десантники приняли первый бой, в котором преследователи потерпели неудачу. Фашистское командование поняло, что так просто партизан не возьмешь. Тогда против них немцы бросили крупное подразделение. Бой был слишком неравным, но и тут патриоты выстояли. Они продержались до ночи и под покровом темноты перешли в другое место. Однако враг обнаружил разведчиков и здесь. 15 января 1944 года и состоялся последний бой. После трехчасового сражения для разведчиков наступила вечная тишина... Они погибли, но не сдались.

«Рельсовая война»

В апреле 1943 года в районе местечка Паричи Гомельской области с самолета выбросилась разведгруппа «Охотники» во главе с чекистом Смирновым. Проделав стремительный марш по лесам и болотам, через разлившиеся весенним половодьем речки и ручьи, она вышла на Могилевщину....

Лето 1943 года, начавшееся знаменитой битвой под Курском, закончилось осенним наступлением Советской Армии на юге и западе. Наши части форсировали Днепр под Киевом, Кременчугом и Гомелем. Успешному наступлению советских войск способствовали оперативно-разведывательные группы, действовавшие в тылах противника, снабжавшие советское командование данными о поведении вражеских войск, их скоплениях и дислокации. Внесла свой вклад в это дело и группа «Охотники», в которой действовал Иван Михайлович Минин из деревни Ломово Вытегорского района...

Наступила зима. Смирнов получил задание углубиться во вражеский тыл. В конце декабря по заснеженным полям и лесам двинулись на запад. Шли ночами. Старались миновать селения. Обходили стороной немецкие гарнизоны. Осторожны были разведчики, но их выдал свежий лыжный след. Началась погоня.

Остановились на дневку в заброшенном лесном хуторе. После трудного перехода и морозной ночи хотелось горячего чая, клонило ко сну. Растопили печь...

Беда подкралась незаметно. Раздалась автоматная очередь: в бой вступил с настигшими немецкими солдатами разведчик, стоявший на посту. Схватились за оружие и остальные, выскочили на улицу, но враг уже был близко. Заняли оборону. Лежали в снегу, старались укрыться за деревьями, отстреливались и отбивались гранатами...

Минин пришел в сознание уже в расположении партизанской бригады имени Рокоссовского. Звуки боя на лесном хуторе привлекли внимание находившихся неподалеку партизан. Они поспешили на выстрелы, но поздно – только двоих, тяжело раненных подобрали на поле боя. Остальные разведчики погибли.

Руководитель оперативной группы «Вихрь» Владимиров получил приказ выяснить обстоятельства гибели группы Смирнова и взять к себе оставшихся в живых разведчиков, находившихся на лечении в партизанской бригаде...

В июне началось наступление Советской Армии по широкому фронту. Оперативная группа «Вихрь» принимала активное участие в зафронтовой операции «Рельсовая война», сыгравшей свою роль в разгроме врага во время летнего наступления 1944 года в Белоруссии. На счету роты подрывников, которой командовал Минин, восемь вражеских эшелонов, пущенных под откос, десять взорванных шоссейных мостов...

Заслуги Минина отмечены орденом Красного Знамени и медалью «Партизану Отечественной войны» I степени. За трудовые подвиги на строительстве Волго-Донского канала он получил орден Трудового Красного Знамени. Затем он был экскаваторщиком и на строительстве Волго-Балта, у себя на родине в Вытегорском районе.

«Скорей умрем...»

В июне 1942 года этих ребят пригласил в горком комсомола чекист Лаврентьев. Семь вологодских комсомольцев  – Борис Скрипаль, Николай Первунин, Саша Яковлев, Таня Горохова и выпускники первой средней школы Николай Скворцов, Георгий Есиков, Евгений Медведев в результате оказались слушателями разведывательной спецшколы.

В начале 1943 года группы одну за другой стали перебрасывать во вражеский тыл. Первым ушел на задание Женя Медведев: в группе разведчиков его забросили в район Демянска Новгородской области. Разведчики разгромили штаб немецкого соединения, захватили документы и стали отходить к линии фронта. Их окружили. Начался неравный бой. Из вражеского кольца вырвались немногие. Женя Медведев и несколько его товарищей погибли.

Потом ушли на задание и не вернулись Первунин и Есиков. Судьба их осталась неизвестной.

Николай Скворцов в 1943-1944 годах дважды перебрасывался через линию фронта. Одиннадцать месяцев провел он во вражеском тылу. В составе диверсионно-разведывательных групп под руководством опытных чекистов выполнял специальные задания. В районе Пскова и на территории оккупированной врагом Ленинградской области добывал сведения о дислокации немецких воинских соединений и разведывательно-диверсионных школ противника. Под Карсавой и у озера Лубаны Латвийской ССР в тылах немецкой армейской группировки «Норд» наблюдал за движением немецких войск на линии Псков-Даугавпилс...

Тридцать лет прошло со времени тех событий. Скворцов и его друзья не теряют связи друг с другом. Когда Николай Анатольевич бывает в Ленинграде, где теперь живет Саша Яковлев, непременно звучит любимая песня разведчиков:

«Скорей умрем, чем встанем на колени,

И победим скорее, чем умрем...».

«Майор Крылов»

С западной границы до Чехословакии прошел по тылам врага долгий путь в войне череповчанин Борис Петрович Харитонов.

Войну он встретил на рассвете 22 июня 1941 года на пограничной заставе. Тот первый бой закончился для Харитонова окружением и пленом. В первый же день он бежал. Потом снова попал в плен и опять бежал. После нескольких месяцев скитаний по оккупированной врагом земле Харитонов оказался в партизанском соединении, которым командовал опытный чекист Герой Советского Союза полковник Дмитрий Николаевич Медведев.

С этого времени и начался для Харитонова новый путь его в войне – путь советского разведчика. В немецких тылах Ровенской области собирал он разведывательные данные о противнике, совершал диверсии на коммуникациях вражеских войск, возглавлял группу разведчиков, действовавших в занятом врагом Львове.

В январе 1945 года Харитонова с группой разведчиков перебросили в Чехословакию. Там он возглавил партизанский отряд и был известен как майор Крылов.

Дружественный нам чехословацкий народ свято хранит память об этом советском офицере. В городе Высокое Мыто на одном из домов установлена мемориальная доска с надписью: «В этих местах с января до мая 1945 года сражался партизанский отряд майора Крылова. Настоящая фамилия – Харитонов». Именем майора Крылова в Чехословакии назван один из рабочих поселков.

Борис Петрович проживает теперь в Ровно. Он является почетным гражданином чешского города Хоцень. Заслуги его перед нашей Родиной отмечены несколькими правительственными наградами.

II. В СВОЕМ ТЫЛУ

На территории Вологодской области за годы войны захвачено 32 группы вражеских парашютистов, общей численностью более ста агентов и диверсантов. Изъято у них больше тонны взрывчатки, свыше двухсот стволов огнестрельного оружия, полтора миллиона рублей советских денег. Вражеские диверсанты шли к нам, чтобы добывать секретные сведения, совершать взрывы и поджоги. Но благодаря четким действиям чекистов коварные планы оказались сорванными.

В борьбе с вражеской агентурой чекистам помогало все население. В октябре 1941 года во всех районах области из партийного и советского актива были созданы истребительные батальоны, организован областной оперативный штаб. Его начальником был оперативный сотрудник Василий Егорович Ломакин, а комиссаром – инструктор военного отдела обкома партии Николай Федорович Кокарев. Бойцы истребительных батальонов, работая на предприятиях, в колхозах и учреждениях, несли службу на постах по наблюдению за воздухом, изучали военное дело, принимали участие в розыске и захвате вражеских агентов и диверсантов.

Непрошенные гости

16 мая 1943 года, около деревни Синицыно бывшего Кубено-Озерского района, колхозники нашли четыре парашюта и сообщили об этом в органы госбезопасности. Прибывшие на место оперативные сотрудники пришли к выводу, что поблизости приземлилась группа вражеских агентов из трех человек. Один парашют был грузовым. На месте приземления сделали засаду, одновременно начали поиски парашютистов в окрестностях.

На другой день в Высоковский сельсовет зашли трое неизвестных, одетых в форму офицеров Красной Армии, и стали требовать автомашину для поездки в райцентр. Председатель сельсовета сообщил о них оперативному сотруднику, прибывшему для розыска вражеских агентов. Неизвестных задержали. Они оказались агентами фашистской разведки, переброшенными через линию фронта с заданием совершать диверсии на Северной железной дороге.

Можно привести еще ряд примеров, как чекисты с помощью населения обезвредили на территории области несколько вражеских агентов.

Заслуга чекистов состояла не только в том, что они не позволили вражеским лазутчикам осуществить свои преступные планы, но также и в том, что некоторых из них сумели использовать в мероприятиях по дезинформации врага.

«Орлов» выходит на связь

В начале марта 1942 года на станции Бабаево во время проверки документов военный патруль задержал подозрительного человека в форме лейтенанта Красной Армии с документами на имя Орлова. Задержанного доставили в органы госбезопасности. На допросах Орлов показал, что является агентом фашистской разведки, что в ночь на 1 марта самолетом переброшен через линию фронта в группе из трех человек с заданием осесть в Вологде и собирать сведения о движении воинских эшелонов через вологодский железнодорожный узел.

Приземлившись недалеко от Бабаева, немецкие разведчики доврались до Вологды, устроились с жильем и поехали в район приземления за рацией и имуществом. В пути следования один из них был задержан, а двоим удалось скрыться. По приметам, названным Орловым, на другой день на станции Сиуч удалось задержать и этих двух разведчиков.

Чекисты отыскали рацию, заставили Орлова связаться с разведцентром противника и сообщить, что приземлились благополучно, обосновались на частной квартире в Вологде под видом командиров Красной Армии, находятся вне подозрений.

Противник не сразу поверил «своим агентам». Немецкий разведцентр не раз ставил перед группой Орлова вопросы проверочного характера. Но интригующие сообщения о якобы имевшей место дислокации в Вологде крупных воинских соединений и движении войск через город сделали свое дело.

«В Вологде большое скопление войск. Из Архангельска приходят поезда с пломбированными вагонами. Платформы крыты брезентом. Охраняются», – сообщалось в одной телеграмме. «На Тихвин перебрасываются пехота и танки. За три дня прошло 32-эшелона», – доносилось в другой.

Против таких сообщений трудно было устоять абверу в разгар летних боев 1942 года. Разведцентр противника, занимавшийся заброской агентуры в северные районы страны, принимал решительные меры к проверке этих данных. За короткое время в соседние с Вологодской – Ярославскую, Костромскую и другие области было заброшено еще несколько групп парашютистов-разведчиков. Они также были захвачены нашей контрразведкой и использованы в операциях по дезинформации противника. Сведения о передвижении и дислокации войск, которые передавались немецкой разведке, согласовывались с Москвой. Телеграммы составлялись так, чтобы сообщения одной радиостанции хотя бы косвенно подтверждались телеграммами других.

В течение восьми месяцев чекисты передавали противнику телеграммы, в которых в интересах Главного командования Красной Армии сообщались ложные сведения. Немцы верили сообщениям Орлова, поддерживали с ним регулярную связь, давали все новые и новые задания, дважды сбрасывали для «разведчиков» продовольствие, документы, деньги.

К концу 1942 года задача, поставленная командованием Красной Армии перед чекистскими органами северных областей по дезинформации противника, была выполнена.

«Операция ВЭ»

В начале октября 1943 года советская радиоконтрразведывательная служба перехватила радиограмму, направленную в Берлин разведцентром немцев, осуществлявшим разведку в северных районах Советского Союза. Ее удалось расшифровать. Текст телеграммы гласил, что разведцентр готовит разведывательно-диверсионную акцию к северу от Вологды, которой присвоено кодовое наименование «Операция ВЭ».

19 октября в правление колхоза «Борьба» Харовского района зашли трое военных. Они назвались вражескими агентами и просили пригласить представителя власти, так как намерены сдаться.

На допросах они показали, что сброшены с вражеского самолета 16 октября с заданием подыскать место для приземления другого, более многочисленного десанта. После его прибытия намечалось развернуть на территории области разведывательно-диверсионную работу: сообщать о движении воинских эшелонов по Северной железной дороге, подрывать их, поджигать и уничтожать железнодорожные сооружения, проводить антисоветскую агитацию среди населения, сеять панические слухи, из лиц, недовольных Советской властью, создавать повстанческие отряды.

Разведку фашистской Германии интересовали данные о движении воинских грузов из Архангельска в глубь страны. Она стремилась вывести из строя Северную железную дорогу, имевшую важное стратегическое значение. Однако легкость, с какой сдались вражеские агенты, наводила на сомнение. Нашим контрразведчикам было известно, что фашистский центр практиковал заброску в наш тыл с ложными заданиями тех своих агентов, о которых получали сведения о намерении после выброски явиться в советские органы с повинной. Поэтому создавалось впечатление, что противник, забросив небольшую группу с заданием подготовить место для приземления другого многочисленного десанта, имел намерение приковать к этому внимание нашей контрразведки, заставить сосредоточить здесь свои силы и тем самым ослабить какой-то другой участок.

Несмотря на сомнения, приняли решение начать с противником игру. С помощью вражеского разведчика-радиста в фашистский разведцентр телеграфировали: «Приземлились благополучно. Место подобрали. Ищите три костра, расположенные треугольником в верховьях реки Вожеги, в 20 км от железнодорожной станции».

Через несколько дней поступил ответ: «Главную группу ожидайте 28 октября, в этот день жгите костры на месте выброски с 20 до 21 часа».

К месту предполагаемого приземления диверсантов выехала оперативная группа. Наступило напряженное ожидание. Прошло 28, 29 и 30 октября, наступило 1 ноября, а десанта не было. Между тем 2 ноября в лесном массиве за деревней Сафоновской колхозники обнаружили ящик со взрывчаткой и два парашюта. В тот же день в деревне Бурачевской появился подозрительный человек в форме сержанта Красной Армии. Колхозники пытались задержать его, но он застрелился. При обыске нашли несколько паспортов на разные фамилии, топографическую карту местности, прилегающей к железной дороге, значительную сумму денег.

Получив эти данные, чекисты предположили, что десант сброшен не там, где его ожидали. Вероятно, немецкая разведка действительно хитрила – пока наши контрразведчики ожидали ее агентов в одном месте, начались активные действия в другом.

Начались поиски немецких разведчиков. На случай попытки парашютистов совершить диверсию, усилили охрану железной дороги. В течение недели все диверсанты были найдены. Радиостанцию, сброшенную со второй группой, также включили в радиоигру. В разведцентр противника радировали, что приземление прошло плохо. «Выбросились в неизвестном месте, в какую сторону двигаться, чтобы найти основную базу, не знаем. Просим помощи».

В ответ на эту телеграмму немецкий разведцентр радировал: «Очень рады, что, наконец, вы отозвались. В том, что вы сброшены неправильно, виноваты летчики. Будьте стойки и осторожны. Скоро дадим вам координаты основной базы...».

С этого момента началась активная радиосвязь с разведцентром противника. Чтобы создать у фашистской разведки видимость успеха в задуманной ею «Операции ВЭ» и глубже втянуть ее в игру, от имени первой группы сообщили о совершении диверсионного акта на Северной железной дороге. А на случай проверки с воздуха, с помощью железнодорожников спустили под откос непригодный состав. В дополнение этого от имени второй группы через некоторое время радировали, что от населения слышали о взрыве на железной дороге и крушении воинского эшелона.

Немцы верили в успех дела. Регулярно поддерживали радиосвязь с обеими группами, помогая им соединиться. Прошло еще какое-то время, и группы «соединились».

Так продолжалось до ноября 1944 года. Все это время в немецкий разведцентр регулярно сообщались интересовавшие врага «сведения». Время от времени «совершались» диверсии на железной дороге.

Больше года советские контрразведчики «питали» врага ложными сведениями. За это время они вызвали на территорию Вологодской области четыре группы немецких разведчиков, которые сразу же были захвачены. Противник затратил большие материальные ресурсы, «осуществляя» свою «Операцию ВЭ», сбросив на нашу территорию много вооружения, различного снаряжения, продовольствия. Но главное состояло в том, что фашистская разведка была довольна успешным ходом операции и не засылала на территорию области другие разведывательно-диверсионные группы. Северная железная дорога находилась в безопасности. По ней беспрепятственно двигались воинские эшелоны.

Таковы эпизоды борьбы чекистов-вологжан с противником. Это был их вклад в великое дело Победы.

Источник: Бережных А. Незримый фронт / А. Бережных // Красный Север. – 1975. – 6, 7, 8 февраля.