Главная

Вологодская область в годы Великой Отечественной войны

Документальная история войны по материалам государственных архивов Вологодской области

Воинские части, военно-санитарные поезда и эвакогоспитали

Военные действия на территории области. Оборона Ошты (Вытегорский район)

Вологжане – Герои Советского Союза

Вологжане на фронтах Великой Отечественной войны

Участие вологжан в партизанском движении и движении Сопротивления

Вологжане – узники фашистских концлагерей

Фронтовые письма

Вологодский тыл – фронту

Труженики тыла – Оште

Помощь вологжан эвакуированному населению

Помощь блокадному Ленинграду

Дети войны

Поисковое движение в Вологодской области

Единая информационная база на погибших вологжан (Парфинский район, Новогородская область)

«Хранить вечно»: областной кинофестиваль документальных фильмов

Стихи о войне вологодских поэтов-фронтовиков

Военные мемориалы, обелиски, парки Победы на территории Вологодской области: фотоальбомы

© Вологодская областная универсальная научная библиотека, 2015 г.

Вологжане на фронтах Великой Отечественной войны

Махин С.
На защите Ленинграда

Когда командование Ленинградского фронта узнало о том, что в июле 1942 года началась переброска пехотных соединений и артиллерийских частей из Крыма во главе с генерал-фельдмаршалом Манштейном, стало ясно, что враг готовится к захвату города. Командование фронтом приняло дополнительные меры по обороне Ленинграда. Было и такое намерение – попытаться сорвать наступление противника упреждающим ударом в районе Невской Дубровки.
Нам, понтонерам, пришлось все лето (в основном в ночное время, под непрерывным огнем противника) устанавливать на переднем крае бронеколпаки, дзоты (заранее срубленные в порту), проводить дополнительное минирование, устанавливать фугасы на танкоопасных местах и т. д. Одновременно полуподвальные помещения больницы им. Фореля, мясокомбината, других организации и предприятий приспосабливали для пулеметных гнезд и противотанковой артиллерии.
Много было сделано по укреплению города Колпина и Ижорского завода, находившихся в двух километрах от противника. Это было очень важно: завод готовил бронеколпаки и давал броневые листы для сооружения дотов. Возникла необходимость выделить роту плотников для строительства деревянных понтонов и саперных лодок на деревообрабатывающий завод им. Халтурина. Такие мастера у нас были. Вологодские крестьяне, из которых в основном была сформирована часть, прекрасно владели топором, и задачу они выполнили успешно.

Махин С.

После этого было приказано сосредоточить переправочные средства в районе Невской Дубровки и тщательно укрыть их от противника. Сложность подвозки понтонов и лодок заключалась в отсутствии надлежащих дорог. Пришлось делать во многих местах жердевой настил, засыпать воронки и прокладывать мостики через траншеи, расставлять регулировщиков, чтобы не свалились машины в кювет. И так много ночей без отдыха, под непрерывным огнем. Теряли мы на этой, казалось бы, не боевой работе и технику, и людей.

Днем личный состав учили на Коркинском озере сборке паромов, погрузке и разгрузке техники и людей, гребле, сооружению причалов...

В ночь с 25 на 26 сентября началось форсирование Невы, ширина которой в районе Невской Дубровки более 600 метров. Переправа была проведена одновременно в нескольких пунктах. Вскоре наши войска захватили небольшой плацдарм у деревни Арбузово. За одну ночь на левый берег удалось перебросить первый эшелон с артиллерией и легкими танками.

На одном из паромов мне пришлось переправлять легкий танк с вооружением и пехотой и воочию убедиться в трудности переправы через такую реку. Здесь дело не только в скорости течения и ее ширине, но и в интенсивности артиллерийского и минометного огня противника. Представьте картину: паром медленно продвигается, а кругом столбы воды, свист пуль и осколков снарядов. Необходимо было поддерживать дисциплину, так как перебежки «пассажиров» с одной стороны парома на другой, волны от взрывов могли привести к тому, что его захлестнет водой. Днем шквал артиллерийского и минометного огня по «пятачку» (так мы называли тогда наш плацдарм), по переправам не давал возможности массовой переброски войск на левый берег. Теряли мы понтоны и понтонеров. Попал в госпиталь и я.

Известен и дальнейший ход событий. Начались ночные переправы, а огонь противника не переставал.

Обратные рейсы были с ранеными, однако не все они доходили до правого берега. Противник предпринимал ожесточенные атаки, чтобы сбросить наши войска с Невского «пятачка», не давал возможности расширить занятый участок и тем более соединиться с Волховским фронтом. Оставалось между двумя нашими фронтами всего четыре километра. Сил для соединения ни с одной, ни с другой стороны не хватало.

Однако и генерал-фельдмаршал Манштейн остался без достаточного количества войск для наступления с юга на город, хотя до этого сбрасывались листовки о том, что 7 ноября 1942 года Гитлер будет принимать парад победителей на Дворцовой площади. На Невском «пятачке» шириной до одного километра и в глубину до 500 метров героические защитники продержались до январских событий 1943 года. Нам, понтонерам, опять пришлось на этом участке наводить уже ледовую переправу для пропуска танков и участвовать в прорыве блокады, которая завершилась 18 января 1943 года.

Связь с Большой землей города- героя Ленинграда осуществилась, но окончательное освобождение от фашистской блокады было через год – в январе 1944-го.

Мы горды, что в защите колыбели революции от фашистских захватчиков есть доля участия и вологжан. 

Источник: Махин С. На защите Ленинграда / С. Махин // Резонанс. – 1990. – № 7. – С. 32-33.