Главная

Вологодская область в годы Великой Отечественной войны

Документальная история войны по материалам государственных архивов Вологодской области

Воинские части, военно-санитарные поезда и эвакогоспитали

Военные действия на территории области. Оборона Ошты (Вытегорский район)

Вологжане – Герои Советского Союза

Вологжане на фронтах Великой Отечественной войны

Участие вологжан в партизанском движении и движении Сопротивления

Вологжане – узники фашистских концлагерей

Фронтовые письма

Вологодский тыл – фронту

Труженики тыла – Оште

Помощь вологжан эвакуированному населению

Помощь блокадному Ленинграду

Дети войны

Поисковое движение в Вологодской области

Единая информационная база на погибших вологжан (Парфинский район, Новогородская область)

«Хранить вечно»: областной кинофестиваль документальных фильмов

Стихи о войне вологодских поэтов-фронтовиков

Военные мемориалы, обелиски, парки Победы на территории Вологодской области: фотоальбомы

© Вологодская областная универсальная научная библиотека, 2015 г.

Воинские части, военно-санитарные поезда и эвакогоспитали

Н. Малинин
Хроника дней минувших

Я не пишу историю. Но разве то, что мы пережили и вынесли тяжелейшие годы войны и послевоенной разрухи, не история? В память о тех людях, кто выстоял и победил, нужно восстановить и рассказать истинную правду. Дорога была цена, оплаченная жизнью.

1. Военный госпиталь в школе

Я не видел войну, не участвовал в боях за освобождение нашей земли от фашизма, но «семи своими годами минувшая война глядит мне в глаза. В детстве мы играли в свою войну – ребячью. Однако, запах гари Волховского фронта мы, борисовцы, чувствовали. Видели раненых солдат и умирающих от ран. В Хвалевской, в здании средней школы, с самого начала войны размещался военный госпиталь. И мы думали: уж очень тяжело там, на фронте, коли к нам, в глубинку, везут раненых. Помню, как мы, пацаны, встречали первых покалеченных солдат. Их привозили прямо с поля боя. В нашем поселке надо было разместить медперсонал, шоферов и других работников госпиталя. Пришел, помню, и к нам военный. Спрашивает мать о сельской жизни. А потом говорит:

– Хозяйка, мы к вам на жительство, только временно, направляем девчат-хирургов и одного мужчину.

– Чем богаты – тем и рады, – отвечает мать. – Сколько надо – всех примем...

Через некоторое время пришли пять женщин в офицерской форме. Я не понимал еще их званий, но точно знал: если эмблема на петлицах со змеей, то это точно медик. Мать отвела их в переднюю комнату и сказала: «Это ваше жилье». А потом она познакомилась с каждым в отдельности. Вера, Аня, Таня, Света, Мария – я их всех запомнил в таком порядке, как представлялись. Фамилий почему-то сразу не сказали, их мы узнали позднее.

– А где же мужчина? – спросила мать.

– Он раненых везет, – ответила старшая по званию.

– Стало быть, шофер, – сказала мать. – А куда же я его определю? Ну да уж ладно, он с нами на кухне будет жить.

Так пять человек нашей семьи, и шофер дядя Саша Козлов разместились в прихожей и на кухне. Спали кто на полатях, кто на лавках – на матрацах, набитых соломой и сеном.

Первое время как-то непривычно было от того, что дверь в дом почти не закрывалась. Печки топили утром и вечером. На улице стояли сильнейшие морозы.

Помню, здорово я привязался к дяде Саше. Это потому, что он был такой ласковый и приветливый, лучше каких вроде бы, и нет. А главное, он разрешал садиться за руль своего «ЗИС-5». Редко дядя Саша был дома. Его машина всегда исправна, и он всегда в пути. Днем и ночью ездил в Бабаеве за ранеными. А когда, приезжал к нам, на лице – усталость и какая-то боль. Позднее говорил: «Боль на душе за раненых. Довезу или нет до госпиталя? Передам ли нашим врачам?».

И у наших хирургов была дел уйма. Я не видел первое время, чтобы они отдыхали вместе.

Однако в поселке был расположен не только госпиталь: но и аэродром. Военные летчики выполняли боевое задание: бомбили вражеские войска на подступах к Ленинграду, отстаивали воздушное пространство и нашего района.

Сами летчики жили в палатках вблизи аэродрома. Их в селе мы почти и не видели. Однако к нам в гости, к нашим девчатам, приходили два пилота. Они знакомы были еще до прибытия в наше село. Интересно было разговаривать с летчиками. Такие энергичные парни, весельчаки и шутники. Оба штурмовика – Дмитрий Мастеров и Максим Граков – стройные, всегда подтянутые, форма с иголочки. Парни на все сто процентов.

Помню, когда наши врачи летчики собирались вместе, много рассказывали шуток, пели песни. Исполняли только что родившиеся «В лесу прифронтовом», «Давно мы дома не были» и другие.

Hо не суждено было этим парням дожить до Победы. В один из летних дней самолёты звеном улетели на боевое задание. Каждому отпускалось на перелеты определенное количество топлива и боезапасов. Видимо, бой был жаркий. Время истекало. Их ждали на аэродроме. Но самолетов почему-то не было... Но вот над опушкой леса на низкой, высоте появились три «ястребка». С земли заметили: с машинами что-то случилось. При развороте на посадку самолеты в воздухе один за другим взорвались. Летчиков Д. Мастерова, М. Гракова и В. Нестерова вытащили из-под обломков мертвыми. А что было у нас в доме, когда наши врачи узнали об их гибели... Мне просто не описать. Словом, горе. Через два дня этих ребят хоронило всё село. Их могилы и сейчас находятся на сельском кладбище. Вечная память им. Здесь теперь ежегодно в День Победы проходят народные митинги...

А нам, пацанам, доставалось. Уйма работы в госпитале. Всегда привозили раненых, на территории госпиталя скапливалось множество кусков окровавленной ваты и марли-бинтов. И кому-то надо было все убирать. Вот нас для этого и использовали: давали фанерные ящики и отправляли на косогор, в парк – собирать остатки медицинского тряпья. Конечно, такую работу мы выполняли безо всякого энтузиазма. Но выполняли.

Да, прошли тяжелые годы. Много воды утекло с тех пор. Без счету, вроде бы, наставлено памятников в честь павших в прошлой войне. Появился лозунг «Никто не забыт – ничто не забыто». А поэтому, считаю, на здании нашей средней школы надо установить мемориальную доску с надписью о том, что в ней во время войны размещался полевой госпиталь, где спасены тысячи жизней советских людей.

И далее. Может быть, кто-то из работавших в этом госпитале или лечившихся в нем прочитает этот материал, напишет в школу, даст о себе знать. Ведь, наверное, есть в живых те, кто спасал наших солдат здесь или лечился на Хвалевской земле села Борисова.

Да, много похоронено солдат в нашей земле. Даже и сегодня есть еще безымянные могилы. И плохо, что мы, живые, не знаем еще этих солдат. Однако надо, чтобы все, кто подошел к братским или одиночным могилам воинов, склонил головы или просто вспомнили о тех тяжелых временах. И надо прибрать эти могилы. Чтобы нам не стыдно было перед павшими.

Н. Малинин, с. Борисово.

2.Санитарка

Эхом отозвалось на борисовской земле начало войны. Черным днем называют его в народе. На вторые сутки после объявления войны в корне изменилась обстановка в селе. Накануне было такое веселье, что многие считали – не перед хорошим. И вдруг все изменилось. Как будто черная туча заволокла небо. В селе началась мобилизация. Оставались дети, женщины да старики.

В школе только-только отзвенели юношеские голоса. Закончился прощальный вечер у старшеклассников, а уже через три дня они разлетелись по войсковым частям. Галя Швец в то время закончила десятый класс. А перед финской кампанией из-за нехватки учителей ее как отличницу школы направили преподавать русский язык и литературу в 5-8 классах. Вроде, неплохо и получалось. Так и в 41-м начало учебного года в школе Галя провела в классе. Со всеми учениками познакомилась. Договорились на уроках не нарушать дисциплину. А там, где дисциплина хорошая, там – успех. Так она объясняла своим ученикам. Но недолго продолжалась спокойная жизнь. В начале октября из школы стали эвакуировать классы. Учеников отправляли учиться: кого в Дом культуры, кого в Дом пионеров и в другие административные здания села. Помещений для классов надо было много – в школе насчитывалось тогда около полутора тысяч школьников, и всех надо было разместить. Не прекращать же занятия.

А в школьные помещения стали поступать раненые солдаты с Ошты – со стороны Вытегры. Их везли и везли. Не хватало обслуживающего персонала в госпитале, мало было посуды, белья, спальных принадлежностей. Собирали все это у населения. И вот нашим девчатам – учителям и женщинам пожилого возраста предложили перепрофилироваться в медицинских работников и пойти в санитарную дружину. Так Галя Швец стала санитаркой, одела белый халат. В классе среди учеников она была Галиной Романовной, а в палатах с больными и хирургами – просто санитаркой Галей. Непривычная это работа – быть в операционной, рядом с хирургом. Но привыкать надо было, больные и раненые того требовали.

На автобусах и в крытых машинах привозили калек прямо с поля боя. Многие не выдерживали наших дорог и еще в пути умирали. Трупы выносили и складывали в дровни, запряженные лошадью, а потом хоронили на сельском кладбище. Так в то время появлялись и у нас безымянные могилы.

А в госпитале шла борьба за жизни людей, пострадавших в первых боях. В этом нелегком деле участвовала и Галя Швец. Прибывали раненые в таком количестве, что все удивлялись, как же медики справляются с таким потоком больных. В школе директор школы Мария Давыдовна Колосова совместно с руководством госпиталя установили жесткий порядок работы и учебы для учителей-санитарок. С 8 до 13 часов – учеба в классах, с 13 до 18 – набивка пулеметных лент для самолетов-истребителей, с 18 до 24 часов – дежурство в госпитале. Остальное время – для подготовки к занятиям по предметам. И вот так каждый день.

Однажды в госпиталь привезли солдата в тяжелом состоянии. Он потерял много крови. Хирурги позвали в операционную Галину Швец.

– Будешь помогать нам, – сказали ей.

Операция длилась долго, не могли зашить рану. Терял сознание больной. Галя его поддерживала. И вот эта напряженная обстановка подействовала на Галю. В глазах у нее потемнело, и она потеряла сознание. А когда очнулась, сама оказалась среди больных. Рядом стоял врач. И таких смен было предостаточно.

Нелегкая доля досталась в молодости нашим женщинам. Уж такое было время: после госпиталя в годы войны направляли наших женщин на оборонные работы в Верхневольск. По двадцать часов в сутки трудилась, как и все остальные, копая глубокие траншеи, и Галина Швец. А какое было питание, одно горе: 500 гр. клеверного хлеба, соль да вода. Вот на таких-то харчах и держали девчата свое боевое настроение. И не унывали. Находили силы еще и песни петь. Они давали бодрость духа, задор, энергию для будущего дня.

– Горько об этом вспоминать, – говорит теперь Галина Романовна Цветкова. – Но из истории эти годы не выкинешь.

39 лет отдала Галина Романовна школе – любимому делу преподавания. Около полувека состоит она в КПСС, и вот уже более десятка лет на пенсии. Трудовая книжка у нее не истерта. Она и сейчас новенькая, потому что этот жизненный документ не валялся по разным сейфам. Он был только в одном – школьном. В трудовой книжке Г.Р. Цветковой читаем всего лишь две записи:       принята на работу в качестве преподавателя 1 октября 1940 года; уволена из средней школы в связи с уходом на заслуженный отдых с 1 октября 1979 г. Но есть и другие записи: уйма благодарностей, похвальных листов и грамот.

Пользуясь случаем, я поздравляю Галину Романовну с 45-летием Победы и желаю крепкого здоровья, долгих лет жизни и много радости.

Н. МАЛИНИН.
с. Борисово.

Источник: Малинин Н. Хроника дней минувших : [о военном госпитале в с. Борисово] / Н. Малинин // Ленинский путь. – Бабаево, 1990. – 8 мая. – С. 3; 22 мая. – С. 3.