Государственная регламентация производства и торгов-
 ли превратилась в очевидный тормоз экономического раз-
 вития, и, обост-                                      
рив социальные конфликты в  обществе,  стала  одним  из
факторов, приблизивших буржуазную революцию.           
   Семейное и  наследственное  право.  Брак  и семья во
Франции регулировались в основном каноническим  правом.
В XVI-XVII вв. королевская власть, стремясь усилить го-
сударственное воздействие на брачно-семейные отношения,
серией ордонансов отступила от церковных норм,  относя-
щихся к заключению брака.  Сам брак,  хотя  по-прежнему
фиксировался  лишь в церковных книгах,  стал рассматри-
ваться не только как религиозное таинство, но и как акт
гражданского состояния.  Было пересмотрено старое кано-
ническое правило,  согласно которому при  вступлении  в
брак  не  требовалось согласие родителей.  Отныне дети,
нарушившие волю родителей,  могли быть лишены  наследс-
тва.  Кроме того, в XVII в. родители получили право об-
ращаться в Парижский парламент с  жалобой  на  действия
кюре,  заключившего брак без их согласия. В связи с не-
расторжимостью брака по каноническому  праву  парламент
не мог признать его недействительным,  но объявлял зак-
люченным незаконно.  В результате брак не порождал юри-
дических последствий.                                  
   Личные отношения  супругов (главенство мужа,  безус-
ловное подчинение ему  жены,  совместное  проживание  и
т.п.) также определялись каноническим правом,  но поло-
жение детей в семье и имущественные отношения  супругов
были  различными  в  северной и южной частях страны.  В
стране обычного права родительская власть  рассматрива-
лись как своеобразная опека и сохранялась в основном до
совершеннолетия детей.  Здесь  также  длительное  время
действовал  режим общности имущества супругов,  которым
распоряжался муж.  На юге под влиянием  римского  права
утвердилась сильная отцовская власть над детьми, но су-
ществовал раздельный режим имущества мужа и жены.      
   В период позднего средневековья  под  влиянием  норм
римского  права сократилась имущественная правосубъект-
ность жены.  На юге все сделки, заключенные ею без сог-
ласия мужа, признавались ничтожными. Напротив, на севе-
ре режим общности имущества перестал был  обязательным,
и  за супругами закрепилась большая свобода решать свои
имущественные взаимоотношения  по  обоюдному  согласию.
Повсеместно  во Франции к этому времени усиливается ро-
дительская (прежде всего отцовская) власть над  детьми,
которые, как и в римском праве, не могли совершать юри-
дические                                               
акты без согласия родителей. Отец получил право просить
у королевской администрации заключения в  тюрьму  непо-
корных детей.                                          
   В наследственном  праве Франции наиболее характерным
институтом был майорат, т.е. передача по наследству зе-
мельного имущества умершего старшему сыну.  Такой поря-
док позволял избегать дробления феодальных  сеньорий  и
крестьянских  хозяйств.  На наследника возлагалась обя-
занность помогать своим несовершеннолетним братьям, вы-
давать замуж сестер.  На юге Франции под влиянием римс-
кого права широкое распространение получили  завещания.
В  них  особенно было заинтересовано духовенство,  пос-
кольку священники считались исполнителями завещательной
воли  умершего  и часть завещанного имущества отказыва-
лась церкви.  Под воздействием церкви завещание все бо-
лее начинает проникать и в обычное право,  хотя завеща-
тельная свобода на севере была существенно ограничена в
пользу  законных  наследников.  Последние не могли быть
лишены наследства завещательным распоряжением без особо
серьезных к тому оснований.                            
   Уголовное право.  В IX-XI вв.  во Франции в основном
продолжала существовать система преступлений и  наказа-
ний,  восходящая к раннему средневековью.  Преступление
рассматривалось как действие (частная обида),  затраги-
вающее интересы отдельных лиц, а наказания, которые еще
не были отмечены печатью жестокости,  сводились  прежде
всего к компенсации за вред, причиненный частным лицам.
   Однако к XI-XII вв. феодальные черты уголовного пра-
ва раскрываются достаточно полно. Преступление переста-
ет  быть частным делом,  а выступает как "нарушение ми-
ра",  т.е. утвердившегося феодального правопорядка. По-
лучают  развитие  такие качества уголовного права,  как
уголовная ответственность без вины,  жестокость наказа-
ний, неопределенность составов преступлений. Если еще в
среде самих феодалов вопрос о преступлениях и наказани-
ях  рассматривался в "суде равных",  исходя из правовых
обычаев и представлений о феодальной чести, то по отно-
шению  к  подвластному крестьянскому населению сеньор в
уголовных делах был по существу одновременно и  законо-
дателем и судьей.  Он мог применять уголовную репрессию
против крестьян за самые различные проявления неповино-
вения,  вплоть  до невыполнения сеньориальных повиннос-
тей.                                                   
   С постепенной централизацией государства и усилением
королевской  власти в XIII-XV вв.  ослабляется сеньори-
альная юрисдикция и  возрастает  роль  законодательства
королей в развитии уголовного права,  которое все более
приобретает  репрессивный  характер.  Расширяется  круг
дел,  которые рассматриваются как тяжкие преступления и
входят в категорию так называемых "королевских случаев"
(фальшивомонетничество, убийство, изнасилование, поджо-
ги и т.д.). Короли своим законодательством начинают ак-
тивно вмешиваться и в религиозную сферу, дополняя нормы
канонического права.  Так,  еще в 1268 году Людовик  IX
издал  ордонанс,  предусматривающий особое наказание за
богохульство. Появ-                                    
ляется ряд новых составов преступлений, связанных с по-
нятием "оскорбление величества".  Окончательному исчез-
новению представления о преступлении как "частном деле"
способствовал Великий мартовский  ордонанс  1357  года,
который  предусматривал  запрет на замену наказания де-
нежной компенсацией.  По требованию сословий король ли-
шался  права помилования лиц,  совершивших тяжкие прес-
тупления.                                              
   Вплоть до революции 1789 года уголовная  ответствен-
ность того или иного лица непосредственно связывалась с
его сословным положением.  К дворянам лишь  в  исключи-
тельных случаях применялись телесные наказания, которые
обычно заменялись штрафами и  конфискациями  имущества,
не  допускалась смертная казнь через повешение.  Особая
система уголовной ответственности существовала для  ду-
ховенства.  Вместе с тем полностью отбрасывались всякие
представления о законности в случаях подавления городс-
ких и крестьянских восстаний,  когда окончательно исче-
зали разграничения между судебной и внесудебной распра-
вой.  Так,  при подавлении Жакерии только за две недели
было казнено 20 тыс. человек.                          
   В средневековом уголовном праве Франции  допускалось
объективное  вменение,  т.е.  уголовная ответственность
без вины. Так, в королевских законах за некоторые поли-
тические  преступления  предусматривалась  коллективная
ответственность членов городских  корпораций,  а  также
членов семьи преступника,  в том числе его детей. Зако-
нодательство и кутюмы в принципе знали понятие невменя-
емости, т.е. неспособности человека в силу психического
расстройства осознавать значение своих действий.  Но по
ряду  преступлений,  в  том числе за "оскорбление вели-
чества",  к уголовной ответственности привлекались ума-
лишенные и малолетние.  Уголовному "преследованию" под-
вергались даже трупы преступников,  а также животные  и
предметы, явившиеся причиной смерти человека.          
   В период  абсолютизма законодательство особо детали-
зирует составы преступлений,  направленных против коро-
ля,  французского государства и католической церкви.  В
связи с этим значительно расширяется круг действий, ко-
торые  подпадают  под понятие "оскорбление величества".
Наиболее тяжкими считались покушения на короля или чле-
нов  его семьи и заговор против государства.  В XVII в.
при Ришелье была создана "вторая ступень" преступлений,
рассматривавшихся как "оскорбление величества". Это за-
говор против министров короля, командующих королевскими
войсками,  губернаторов провинций и других высших коро-
левских чиновников, измена на войне, дезертирство, шпи-
онаж, строительство крепостей без королевского разреше-
ния и т.п.                                             
   Разнообразными были и религиозные преступления:  бо-
гохульство, кощунство и святотатство, колдовство, ересь
и т.д.  Понятие "ересь", как и понятия других религиоз-
ных преступлений, отличалось особой неопределенностью и
менялось на разных этапах развития  французского  госу-
дарства. Наиболее массовый характер пре-               
следование еретиков получило в период Реформации,  осо-
бенно после эдикта Генриха II в 1547 году, предписавше-
го  сжигать  на  кострах всех протестантов.  Гонения на
кальвинистов (гугенотов) в это время вылились в  массо-
вые внесудебные расправы (в 1572 году в Варфоломеевскую
ночь было убито 2 тыс. человек), в кровопролитные рели-
гиозные войны XVI-XVII вв.                             
   В связи с процессом первоначального накопления капи-
тала и массовым  разорением  крестьянства  королевскими
ордонансами были предусмотрены специальные меры уголов-
ной репрессии против бродяг,  нищих и безработных, ста-
вившие своей целью создание системы наемного труда. Не-
задолго до революции это  законодательство  пополнилось
очередным королевским ордонансом (в 1764 году),  по ко-
торому лица,  не имеющие средств к существованию, посы-
лались на тяжелые работы на галерах.                   
   Так же  как и преступления,  наказания не были четко
определены в королевском законодательстве,  их примене-
ние во многом зависело от усмотрения суда, от сословно-
го положения обвиняемого. Целью наказания стало возмез-
дие  и  устрашение.  Приговоры приводились в исполнение
публично,  с тем чтобы страдания  осужденного  вызывали
страх у всех присутствующих. Смертная казнь применялась
в разнообразных формах:  разрывание на части  лошадьми,
четвертование,  сожжение  и  т.д.  Многочисленными были
членовредительские и телесные наказания: отрезание язы-
ка, отсечение конечностей, терзание раскаленными щипца-
ми и т.д.  Широко стало применяться и тюремное заключе-
ние,  которое  в  более ранний период предусматривалось
главным образом церковными судами. В качестве основного
и  дополнительного наказания использовалась и конфиска-
ция имущества, что было выгодно королевской казне, ког-
да дело касалось больших состояний буржуа.             
   В уголовном  праве  Франции четко проявилась и такая
специфически средневековая черта, как явное несоответс-
твие тяжести наказания характеру преступления. Она усу-
гублялась произволом королевских судей,  особенно злоу-
потреблявших конфискацией имущества, что вызывало боль-
шое недовольство французской буржуазии, передовые идео-
логи которой подвергли в XVIII в. сокрушительной крити-
ке всю систему дореволюционного уголовного права.      
   Судебный процесс.  Вплоть до конца XII  в.  судебный
процесс,  как это было ранее у франков,  сохранял в ос-
новном обвинительный характер.  Большое распространение
получает судебный поединок, который проводился при вза-
имном согласии на то сторон или же в случае, когда одна
из них обвиняла противника во лжи.  Правовые обычаи де-
тально регламентировали процедуру судебной дуэли.      
   При рассмотрении дел крестьян в сеньориальных  судах
наряду  с  традиционными  доказательствами  еще в XI в.
стали применяться -пытки,  и процесс утрачивал свой бы-
лой состязательный характер.  К этому времени розыскная
(инквизиционная) форма процесса, называвшаяся еще римс-
ко-католической,  утверждается  в церковных судах,  а с
XIII в. постепенно вводится в судах короля и           
крупных феодалов.  Вплоть до XV в.  розыскной и обвини-
тельный процессы существовали как  бы  параллельно,  но
последний  постепенно  начал выходить из употребления в
связи с отменой важных традиционных видов доказательств
("божьего суда") - ордалий и судебного поединка.       
   Окончательное закрепление розыскного процесса проис-
ходит с утверждением абсолютизма  путем  издания  серии
королевских актов: ордонанса 1498 года. эдикта 1539 го-
да и Большого уголовного ордонанса 1670  года.  Правда,
первоначально этот процесс именовался экстраординарным,
но именно он применялся в большинстве важных  уголовных
дел.  Именно  в  этот  период  получила распространение
практика,  когда для тюремного заключения человека тре-
бовалось  только  вписать  его имя в пустой бланк коро-
левского приказа на арест (lettres de cachet).         
   Первой стадией розыскного  процесса  было  дознание,
т.е.  сбор  предварительной и тайной информации о прес-
туплении и преступнике.  Судебное дело возбуждалось  на
основании обвинения королевского прокурора, а также до-
носов и жалоб,  содержание которых оставалось неизвест-
ным для обвиняемого. Затем судебный следователь собирал
письменные доказательства,  допрашивал свидетелей и об-
виняемого, проводил очные ставки. При розыскном процес-
се подразумевалась виновность обвиняемого,  поэтому по-
казаний одного свидетеля было достаточно для применения
пытки.  Цель ее состояла в том, чтобы вырвать признание
обвиняемого,  которое рассматривалось как "царица дока-
зательств".                                            
   Само судебное рассмотрение дела проходило в закрытом
заседании, причем решающее значение придавалось матери-
алам,  собранным в ходе следствия.  Полноценным доказа-
тельством  вины  обвиняемого  были,  кроме собственного
признания,  показания двух "заслуживающих доверия" сви-
детелей,  письма самого обвиняемого, протоколы, состав-
ленные на месте преступления, и т.д. Хотя ордонанс 1670
года предусмотрел деление доказательств на оправдатель-
ные и обвинительные, суд основное внимание уделял имен-
но  последним.  В случае отсутствия достаточных обвини-
тельных доказательств судья мог распорядиться о повтор-
ном проведении пытки.                                  
   До XIII в.  судебные приговоры считались окончатель-
ными и не подлежали обжалованию.  Лицо, недовольное ре-
шением  судей,  могло вызвать их на судебный поединок и
последовательно драться с каждым из них.  Обжалование в
суд вышестоящего сюзерена было возможно только в случае
"ошибки в праве".                                      
   С XIII в. постепенно признается право обжаловать лю-
бое  дело  из сеньориального суда в королевский суд.  В
свою очередь в королевских судах допускалось  обращение
с апелляцией в более высокую инстанцию.  Высшим апелля-
ционным судом по гражданским и уголовным делам со  вре-
менем становится Парижский парламент.  Наличие большого
числа апелляционных инстанций, особенно в предреволюци-
онный период,  делало судебные процессы затяжными и до-
рогостоящими.                                          
                                                       
Глава 22. Право средневековой Германии           
   Источники и система. В период с V по XI в. архаичес-
кое "народное" право восточных франков имело  племенной
характер,  и  в  его основе лежали такие принципы,  как
святость обычая,  коллективная "совесть" и  ответствен-
ность сородичей,  кровная месть (с постепенным вытесне-
нием ее композицией - денежными возмещениями),  коллек-
тивное  правосудие  с применением "божьего суда" (орда-
лии), соприсяжничества и иных символических обрядов.   
   Становление королевской власти,  а затем ее устойчи-
вое  ослабление обусловили правовой партикуляризм в те-
чение всего периода германского средневековья.  С  фор-
мальной  точки зрения в Германии начиная с XII-XIII вв.
не существовало "общегерманского права",  если не  счи-
тать  императорского законодательства по отдельным воп-
росам, а было право различных территориальных образова-
ний, включая право городов.                            
   Кроме того, германская средневековая правовая систе-
ма отличалась отчетливым обособлением комплекса  право-
вых норм,  касающихся высшего феодального сословия, так
называемого ленного права. Если в Англии и в определен-
ной мере во Франции с XIII в. нормы права, регулирующие
вассально-ленные отношения,  действовали в тесной взаи-
мосвязи  с другими нормами феодальной правовой системы,
то в Германии традиционным стало деление права на земс-
кое  (право  земли,  территории  -  Landrecht) и ленное
(Lehnrecht).  Ленное,  земское, городское, каноническое
право  в  Германии  регулировало одни и те же отношения
(поземельные,  имущественные, брачно-семейные, наследс-
твенные) по-разному, в зависимости от сословной принад-
лежности субъекта права и местности,  территории, право
которой на него распространялось. Чаще всего определить
его "собственное" право мог только суд.                
   Средневековое право вообще,  и  германское  право  в
частности, демонстрирует особую приверженность к судеб-
ным процедурам, в ходе которых человек мог "искать свое
право".                                                
   Тем не менее нельзя отрицать тот факт,  что в Герма-
нии были выработаны некоторые общие правовые принципы и
институты, которые, будучи добровольно признанными раз-
личными политическими единицами,  составили основу "об-
щего права" Германии.  Такие принципы формировались как
на базе универсальных норм  обычного  права  германцев,
так и на законотворческой деятельности германских импе-
раторов в XII - первой трети  XIII  в.,  которая  затем
фактически прекратилась и активизировалась только в XVI
в. Так называемые "статуты мира", периодически издавае-
мые императором и рейхстагом в XII-XIII вв.,  содержали
общие нормы, относящиеся к охране собственности и жизни
и угрожавшие похитителям,  поджигателям, убийцам и дру-
гим "нарушителям мира" различными наказаниями. В период
с  1103  по  1235 г.  таких "статутов мира" было издано
около 20.  Среди них наиболее известным  был  Майнцский
статут 1235 года, который неоднократно подтверждал-    
ся впоследствии.  Он провозглашал некоторые общие прин-
ципы  "установленного права" для жителей всей Германии,
включая принцип обязательного судебного разбирательства
в целях "защиты тела и имущества" вместо мщения и само-
суда.                                                  
   Важную роль в  развитии  германского  права  сыграли
местные систематизации норм обычного права,  включавшие
в себя также положения  имперского  законодательства  и
судебную практику ("Саксонское зерцало", "Швабское зер-
цало",  "Франконское зерцало" и т.п.).  Действие норм и
принципов  этих  сборников  выходило  далеко за пределы
мест,  где они были изданы, и способствовало определен-
ной унификации права.                                  
   "Саксонское зерцало",  написанное в 1220-е годы шеф-
феном Эйке фон Репгау,  объединило наиболее распростра-
ненные  нормы  обычного права и судебной практики севе-
ро-восточной Германии. Трактат был разделен на две час-
ти: первая была посвящена земскому праву, другая - лен-
ному праву.  "Право земли" содержало нормы как обычного
права,  так и императорского законодательства,  которые
применялись в земских судах в отношении "неблагородных"
свободных.  Ленное  право  регулировало узкий круг вас-
сально-ленных отношений между "благородными"  свободны-
ми. В работе практически не содержалось ссылок на римс-
кое, городское или торговое право и имелись редкие упо-
минания норм канонического права и права других земель.
   "Саксонское зерцало"  получило  признание  во многих
германских землях и городах,  где на него нередко  про-
должали ссылаться вплоть до 1900 года.                 
   Высокая степень  единообразия сложилась в германском
городском праве. Здесь право нескольких ведущих городов
широко заимствовалось другими.  Например, законы Магде-
бурга действовали в более чем 80 городах,  Франкфурта -
в 49,  Любека - в 43,  Мюнхена - в 13,  поскольку нормы
права "материнского" города или решения его судов  нап-
равлялись в суды дочерних городов по их просьбе. Так, в
Германии образовались две основных  "семьи"  городского
права - любекского и магдебургского. Право Любека расп-
ространилось в городах Северного и Балтийского региона,
и том числе в Новгороде и Таллинне,  и являлось опреде-
ляющим в рамках ганцейского  союза.  Магдебургское  го-
родское  право  действовало на обширной территории вос-
точных земель,  включавших Восточную Саксонию, Бранден-
бург, отдельные области Польши.                        
   Наибольшую известность получили нормы магдебургского
права,  посланные в Бреслау в 1261 году (64 статьи) и в
Герлиц в 1304 году (140 статей).  В XIV в. систематизи-
рованное магдебургско-бреслауское право было  издано  в
пяти  книгах,  содержащих около пятисот статей.  Первая
книга была посвящена городским судьям,  порядку их вве-
дения в должность,  их компетенции, правам и обязаннос-
тям.  Вторая книга охватывала вопросы судопроизводства,
третья  относилась  к  различным искам,  четвертая была
посвящена семейному и наследственному праву, пятая (не-
завершенная) - различным решениям, не рассматривавшимся
в других книгах.                                       
В рамках городского права постепенно выделяется еще бо-
лее универсальная система - торговое право,  или "право
купцов", которое с самого начала приобрело национальный
характер.  Зна-^ чительное  количество  норм  торгового
права  содержалось  в статутах городского права XIII в.
г. Любека, Брюгге, других германских городов - участни-
ков  Ганзы.  Широкий  авторитет  во всех странах Балтии
приобрели законы Висби (около 1350  года)  -  порта  на
острове Готланд в Балтийском море,  в которых регулиро-
вались вопросы морской перевозки и морской торговли.  В
этом  портовом городе свои ассоциации имели германские,
шведские,  латышские, новгородские купцы, но наибольшее
влияние  на развитие права Висби оказали городские ста-
туты Гамбурга и Любека.                                
   Значительное развитие торговое право получило в  се-
вероитальянских землях Германской империи,  где образо-
вались городские коммуны, объединенные в так называемую
Ломбардскую лигу (Верона, Венеция, Бергамо, Милан, Пар-
ма, Болонья и др.). Здесь впервые была проведена систе-
матизация торговых обычаев ("Книга обычаев" Милана 1216
года),  осуществлялась запись  решений  торговых  судов
различных видов (морских, ярмарочных и т.п.).          
   Важным источником  германского торгового права стали
и международные договоры с другими городами, их союзами
и даже иностранными монархами для предоставления режима
"наибольшего благоприятствования" в торговле. Известен,
например,  подобный договор между г. Кельном и английс-
ким королем Генрихом II, в котором король обещал купцам
Кельна аналогичное отношение (т.е. предоставлял им "на-
циональный режим").                                    
   В XIV-XVI вв.  установлению определенного  правового
единства в Германии стали способствовать рецепции римс-
кого права. В конце XV в. Дигесты Юстиниана, обработан-
ные с учетом потребностей времени,  были признаны руко-
водящим источником права для учрежденного в  1495  году
Высшего  имперского суда.  В XVI в.  римское пандектное
право получает авторитет имперского закона и продолжает
действовать  в  качестве "общего права" Германии вплоть
до принятия Германского гражданского уложения 1900  го-
да.                                                    
   v Важный  вклад  в создание общегерманских принципов
уголовного права был внесен в 1532 году  изданием  уго-
ловного  и  уголовно-процессуального  уложения  Карла V
("Каролины").  Изданная как общеимперский закон, "Каро-
лина"  провозглашала  верховенство имперского права над
правом отдельных земель,  отмену "неразумных и  дурных"
обычаев  в  уголовном судопроизводстве в "местах и кра-
ях". Вместе с тем она допускала сохранение для курфюрс-
тов, князей и сословий их "исконных и справедливых обы-
чаев". Однако поскольку уложение вполне соответствовало
как  политическим  интересам княжеской верхушки,  так и
современным требованиям уголовного  права  и  процесса,
оно  было  общепризнано  в  качестве источника права во
всех землях.  На основе "Каролины"  образовалось  общее
немецкое уголовное право.                              
   Несмотря на указанный процесс унификации германского
права,  нормы "общего германского права" имели в основ-
ном рекомен-                                           
дательный характер и зависели от степени их "признания"
в германской земле. Правовые системы складывались преи-
мущественно но отдельным территориям-государствам  Гер-
мании.                                                 
   С XIII в. в землях Германии активно развивается кня-
жеское законодательство,  ограничивающее  использование
обычая  и  содержащее новые нормы уголовного,  наследс-
твенного и торгового права,  распространяющиеся на всех
свободных  подданных.  Завершение  процесса  оформления
собственных правовых систем в княжествах связано с  ко-
дификацией местного права в XVII-XVIII вв., в Эпоху ут-
верждения "княжеского  абсолютизма".  Так,  в  середине
XVIII в.  издаются уголовное уложение и Гражданский ко-
декс в Баварии,  в 1768 году в Австрии издается уголов-
ное уложение "Терезиана".  а в 1787 году там же - новое
уголовное уложение.                                    
   Особенно широкую известность получило Прусское земс-
кое  уложение,  изданное  в 1784 году.  Его источниками
послужили "Саксонское зерцало",  римское право,  Магде-
бургское  и Любекское право,  практика берлинского вер-
ховного суда.  Уложение состояло из двух частей. Первая
была посвящена гражданскому праву.  Во второй части со-
держались главным образом нормы государственного и уго-
ловного  права,  а также нормы о положении сословий,  о
школах и церкви.  Как дань "просвященному  абсолютизму"
кодекс  содержал  некоторые  элементы  современной  ему
трактовки собственности и "естественных прав" человека.
Однако в прусском праве на деле доминировали иные прин-
ципы,  такие, как неограниченная власть прусского коро-
ля,  мелочная  регламентация всех сторон общественной и
частной жизни, бесправие крепостных и привилегированное
положение дворянства.  Кодекс отличался обилием морали-
зирующих положений,  неопределенностью юридических фор-
мулировок  и устаревшими мерами наказания типа палочных
ударов.                                                
   Общеимперское законодательство. Как отмечалось, пос-
тановления  центральных  органов империи в XII-XIII вв.
имели своей основной функцией поддержание "земского ми-
ра". Соответственно общеимперское право традиционно со-
держало в основном уголовно-правовые нормы.            
   Первоначально механизм поддержания мира заключался в
том, чтобы связать бессрочным обязательством (присягой)
не совершать насилия в его любой форме  всех  подданных
империи.  В позднейших статутах нормы об охране жизни и
собственности приобрели  императивный,  независимый  от
присяги  характер и стали охватывать достаточно широкий
спектр отношений.  Так, в Майнцском статуте нарушениями
мира  признавались  и  подлежали наказанию неподчинение
церковной юрисдикции,  незаконное взимание  дорожных  и
других пошлин и сборов за охрану и сопровождение, восп-
репятствование свободному  и  безопасному  передвижению
германцев  и иностранцев,  незаконное заявление претен-
зий,  ущемляющих различные права граждан (о патронате и
т.п.).  Подлежали наказанию и "классические" преступле-
ния,  среди которых особо  отмечались  фальшивомонетни-
чество,  захват  заложников,  убийство (особенно отцеу-
бийство), государственная измена.                      
Статуты мира  требовали,  чтобы  потерпевшие не вершили
самосуда,  а обращались в суд для  разрешения  дел  "по
справедливости согласно разумным обычаям земель". Нару-
шение этого принципа как со стороны потерпевших,  так и
со стороны судей наказывалось как минимум штрафом,  ибо
"где кончается власть права, господствует жестокий про-
извол".  Незаконное мщение без обращения в суд, наруше-
ние перемирия,  заключенного перед судом,  захват  иму-
щества  в  обеспечение долга без разрешения судьи могли
привести к объявлению виновного "вне закона".  Вместе с
тем самосуд (с соблюдением определенных правил) считал-
ся законным,  если стороны не были удовлетворены судеб-
ным решением.                                          
   Особое внимание уделялось в статутах принципам орга-
низации и деятельности судов. Провозглашалась необходи-
мость замещения должности судьи только достойными людь-
ми,  утверждался принцип суда равных, с участием высших
по положению или равных свидетелей.  Юстициарий,  возг-
лавляющий  судопроизводство  в  отсутствие  императора,
должен  был  соответствовать  по личным качествам своей
должности,  быть из свободного сословия и оставаться  в
должности "при хорошем поведении" не менее года. Судеб-
ное заседание следовало проводить  каждый  день,  кроме
воскресений и праздников, в отношении "прав и собствен-
ности" подданных, за исключением князей и других "высо-
ких особ". Наиболее важные дела оставлялись на разреше-
ние императора.  При юстициарии предусматривалась долж-
ность специального нотариуса из мирян, который ведал бы
приемом и хранением заявлений и жалоб,  ведением прото-
колов и записями решений в императорском суде. Особенно
рекомендовалось записывать  спорные  дела  с  указанием
местности, согласно обычаям которой было вынесено реше-
ние.                                                   
   Таким образом,  была сделана попытка создать подобие
постоянной  канцелярии  для хранения,  систематизации и
изучения судебных решений и обычаев земель,  что позво-
лило бы решать дела на основе "общего" германского пра-
ва.                                                    
   Принципы наказания определялись характером  преступ-
ления и преступника.  Учитывались "дерзость" преступле-
ния,  а также рецидив.  За имущественные правонарушения
полагалось  в  основном возмещение ущерба.  Соучастники
наказывались аналогично преступнику.                   
   Особо оговаривалась опала -  объявление  императором
человека  "вне  закона",  что  означало лишение чести и
всех прав. Сознательно укрывающие объявленного "вне за-
кона" подлежали равному с ним наказанию,  включая горо-
да,  которым грозило уголовное преследование и разруше-
ние стен.                                              
   Статуты мира были частью императорского права, пред-
назначенного для собственно германских территорий импе-
рии.  Для Италии же издавались гораздо более обширные и
разработанные своды законов, которые могли опираться на
централизованные  учреждения  нормандского сицилийского
королевства.                                           
     Традиция императорского законодательства о предуп-
реждении  и наказании различных правонарушений была во-
зобновлена в                                           
XVI в.  изданием "Каролины", содержащей некоторые общие
принципы уголовного нрава,  а также .значительный пере-
чень преступлений и наказаний. Являясь практическим ру-
ководством но судопроизводству для шеффенов, этот закон
не  содержал четкой системы и последовательного разгра-
ничения норм уголовного и уголовно-процессуального пра-
ва.                                                    
   К общим понятиям уголовного права,  известным "Каро-
лине".  можно отнести умысел и неосторожность,  обстоя-
тельства,  исключающие, смягчающие и отягчающие ответс-
твенность,  покушение,  соучастие. Эти понятия, однако,
не  всегда были достаточно четко сформулированы и изла-
гались применительно к отдельным видам  преступлений  и
наказаний.                                             
   Ответственность за совершение преступления,  по "Ка-
ролине",  наступала,  как правило,  при наличии вины  -
умысла или неосторожности.  Однако феодальное уголовное
право Германии нередко устанавливало ответственность  и
без  вины,  за  вину  другого лица ("объективное вмене-
ние").  Кроме того,  применявшиеся методы  установления
виновности  часто влекли за собой осуждение невиновного
человека.                                              
   Обстоятельства, исключающие наказание,  подробно из-
лагаются в "Каролине" на примере убийства. Так, ответс-
твенность за убийство не наступала в случае необходимой
обороны,  при "защите жизни,  тела и имущества третьего
лица", задержании преступника по долгу службы и в неко-
торых других случаях.  Убийство в состоянии необходимой
обороны считалось правомерным, если убит был нападавший
со смертельным оружием и если подвергшийся нападению не
мог уклониться от него.  Ссылка на необходимую  оборону
исключалась  при  законном  нападении  (для  задержания
преступника) и при убийстве,  совершенном после прекра-
щения нападения,  в ходе преследования нападавшего. Су-
дебник предписывал проводить тщательное разбирательство
каждого  конкретного  случая необходимой обороны,  пос-
кольку правомерность ее должен был доказывать сам убий-
ца, а неправомерность влекла за собой наказание.       
   "Каролина" предусматривает  и  некоторые  смягчающие
обстоятельства.  К  ним  относились  отсутствие  умысла
("неловкость,  легкомыслие  и непредусмотрительность"),
совершение  преступления  "в  запальчивости  и  гневе".
Смягчающими  обстоятельствами при краже считались мало-
летний возраст преступника (до 14 лет) и "прямая голод-
ная  нужда".  Гораздо  более  многочисленными  являются
отягчающие  вину  обстоятельства:  публичный,  дерзкий,
"злонамеренный"  и кощунственный характер преступления,
повторность,  крупный  размер  ущерба,  "дурная  слава"
преступника,  совершение преступления группой лиц, про-
тив собственного господина и т.п.                      
   В судебнике различаются отдельные стадии  совершения
преступления, выделяется покушение на преступление, ко-
торое рассматривается как умышленное деяние, не удавше-
еся  вопреки  воле преступника.  Покушение наказывалось
обычно так же,  как оконченное преступление.  При расс-
мотрении соучастия уложение чаще                       
всего упоминает пособничество.  Законоведы того времени
различали три вида пособничества:  помощь до совершения
преступления;  на месте преступления (совиновничества);
после его совершения. В последнем случае от "корыстного
сообщничества" отличалось "укрывательство из  сострада-
ния", влекущее более мягкое наказание.                 
   "Каролина" не классифицировала составы преступления,
а лишь перечисляла их, располагая в более или менее од-
нородные группы.  Прежде всего указывались преступления
против религии - богохульство,  кощунство,  колдовство,
нарушение клятвы, а также преступления, несовместимые с
христианской моралью,  - распространение клеветнических
пасквилей,  подделка монеты,  документов,  мер и весов,
объектов торговли.  К ним примыкали преступления против
нравственности:  прелюбодеяние, двоебрачие, кровосмеси-
тельство, сводничество, изнасилование, похищение женщин
и девушек.                                             
   К государственным  преступлениям  относились измена,
бунт против властей, различные виды нарушений "земского
мира" - вражда и месть,  разбой,  поджог, злостное бро-
дяжничество.  Косвенно упоминалось оскорбление  импера-
торского величества.                                   
   В группе  преступлений  против  личности  выделялись
различные виды убийства,  а также самоубийство преступ-
ника,  в  результате которого наследники могли лишаться
права наследования.  Преступления против  собственности
включали  многочисленные  виды кражи,  недобросовестное
распоряжение доверенным имуществом. Специально оговари-
вались кража в церкви,  а также такие виды кражи, кото-
рые были  характерны  для  малоимущих  слоев  населения
(плодов и урожая, рыбы, леса). Наконец, упоминались не-
которые преступления против правосудия -  лжесвидетель-
ство,  незаконное освобождение заключенного охранником,
неправомерный допрос под пыткой.                       
   Хотя в преамбуле "Каролины"  имелось  утверждение  о
равном  правосудии  для  "бедных и богатых",  во многих
статьях подчеркивалась необходимость при назначении на-
казания  учитывать сословную принадлежность преступника
и потерпевшего лица.  Так, при определении наказания за
кражу судье следовало учитывать стоимость украденного и
другие обстоятельства, но "в еще большей степени должно
учитывать  звание  и положение лица,  которое совершило
кражу" (ст.  160).  В ст.  158 было предусмотрено,  что
знатное лицо могло быть подвергнуто за кражу не уголов-
ному,  а  "гражданско-правовому  наказанию".  Нарушение
"земского  мира",  которое  строго  каралось при прочих
равных условиях, считалось вполне законным для лиц, по-
лучивших  дозволение императора отомстить за нанесенную
обиду или враждующих с недругами  своего  господина.  В
ином  положении  находились лица незнатного происхожде-
ния, малоимущие. Правда, совершение незначительной кра-
жи плодов днем и "по прямой голодной нужде" также могло
повлечь только  имущественную  ответственность.  Однако
неимущему было гораздо труднее возместить ущерб.  Кроме
того,  в иных случаях за кражу урожая, рыбы, леса, осо-
бенно в ночное время, по-                              
лагались телесные или иные наказания по усмотрению  су-
дей и по местным обычаям.  Особенно сурово и незамедли-
тельно предписывалось  карать  подозрительных  нищих  и
бродяг  как  "опасных для страны насильников" (ст.  39,
128).                                                  
   Широта судейского усмотрения в "Каролине" была огра-
ничена лишь формально указанием на верховенство импера-
торского права при определении высшего предела  наказа-
ния.  Судьи  могли  по своему усмотрению назначать одно
или  несколько  рекомендованных  наказаний,   применять
местные обычаи, а в затруднительных случаях прибегать к
разъяснениям законоведов.                              
   Вся система наказаний  определялась  основной  целью
карательной политики - устрашением. В "Каролине" содер-
жатся  следующие  основные  виды  наказания:   смертная
казнь,  членовредительские  наказания  (урезание языка,
ушей и т.п.); телесные наказания (сечение розгами); по-
зорящие наказания (лишение прав, выставление у позорно-
го столба в железном ошейнике, клеймение);             
   изгнание; тюремное заключение;  возмещение  вреда  и
штраф.  Смертная  казнь была прямо предписана или могла
быть применена за подавляющее большинство преступлений,
причем в квалифицированной форме (сожжение, четвертова-
ние, колесование, повешение, утопление и погребение за-
живо - для женщин). Телесные и членовредительские нака-
зания могли назначаться за обман и кражу. Тюремное зак-
лючение,  изгнание  и позорящие наказания чаще применя-
лись как дополнительные,  к  которым  относились  также
конфискация  имущества,  терзание  раскаленными клещами
перед казнью и волочение к месту казни.  Вместе  с  тем
"злонамеренных"  и  "способных на дальнейшие преступные
действия" лиц предписывалось заключать в тюрьму на  не-
определенный срок.                                     
   "Каролина" ознаменовала утверждение нового вида уго-
ловного процесса.  В период раннего феодализма в Герма-
нии  применялся обвинительный (состязательный) процесс.
Не было разделения гражданского и уголовного видов про-
цесса.                                                 
   В XIII-XIV вв.  частноправовой принцип преследования
начинает дополняться обвинением и наказанием  от  имени
публичной власти.  Изменяется система доказательств.  В
конце XIII в. был законодательно упразднен судебный по-
единок. Однако окончательное утверждение нового, следс-
твенно-розыскного (инквизиционного) уголовного процесса
происходит в Германии в связи с рецепцией римского пра-
ва.                                                    
   "Каролина" сохранила некоторые черты  обвинительного
процесса.  Потерпевший  или другой истец мог предъявить
уголовный иск,  а обвиняемый - оспорить и доказать  его
несостоятельность. Сторонам давалось право представлять
документы и свидетельские показания, пользоваться услу-
гами юристов.  Если обвинение не подтверждалось,  истец
должен был "возместить ущерб,  бесчестье и оплатить су-
дебные издержки" (ст. 13). Однако эти права сторон были
связаны многими формальными ограничениями, а обвиняемый
находился в более ущемленном положении.                
Основная форма рассмотрения уголовных дел в  "Каролине"
- инквизиционный процесс. Обвинение предъявлялось судь-
ей от лица государства "по долгу службы". Следствие ве-
лось  по  инициативе суда и не было ограничено сроками.
Широко применялись средства физического воздействия  на
подозреваемого.  Непосредственность, гласность судопро-
изводства сменились тайным и преимущественно письменным
рассмотрением дела.                                    
   Основными стадиями   инквизиционного  процесса  были
дознание, общее расследование и специальное расследова-
ние.  Задачей дознания было установление факта соверше-
ния преступления и подозреваемого в нем лица. Для этого
судья  занимался сбором предварительной тайной информа-
ции о преступлении и преступнике. Если суд получал дан-
ные о том, что кто-либо "опорочен общей молвой или ины-
ми заслуживающими доверия доказательствами, подозрения-
ми и уликами", тот заключался под стражу. Общее рассле-
дование сводилось к предварительному  краткому  допросу
арестованного об обстоятельствах дела,  в целях уточне-
ния некоторых данных о преступлении.  При этом действо-
вал принцип "презумпции виновности" подозреваемого. На-
конец,  происходило специальное расследование - подроб-
ный допрос обвиняемого и свидетелей, сбор доказательств
для окончательного изобличения и осуждения  преступника
и его сообщников.                                      
   Специальное расследование являлось определяющей ста-
дией инквизиционного  процесса,  которая  заканчивалась
вынесением приговора. Это расследование основывалось на
теории формальных доказательств.  Они были  подробно  и
однозначно регламентированы законом.  Для каждого прес-
тупления перечислялись виды "полных и доброкачественных
доказательств,  улик и подозрений". Вместе с тем по об-
щему правилу все доказательства,  улики и подозрения не
могли  повлечь  за собой окончательного осуждения.  Оно
могло быть вынесено только  на  основании  собственного
признания или свидетельства обвиняемого (ст.  22). Пос-
кольку такое признание далеко не всегда могло быть  по-
лучено добровольно, инквизиционный процесс делал основ-
ной упор на допрос под  пыткой.  Таким  образом,  целью
всего  сбора доказательств фактически становилось отыс-
кание поводов для применения пытки.                    

К титульной странице
Вперед
Назад