Е.АФАНАСЬЕВА
Леонид, пожалуйста, расскажите, о чем речь.

Л.ПАРФЕНОВ
Ну, его можно называть «Гамбит» на месте событий». Собственно, так его и называют. Называют это еще телепредисловием, которое мы делали вместе с Григорием Шалвовичем, отправившись на места собственно событий и той войны русско-турецкой 1877-78 годов и, собственно, детектива «Турецкий гамбит». Мы прошли по следам Фандорина.

Е.АФАНАСЬЕВА
Григорий Шалвович, Вы первый раз были в телевизионном таком проекте документальном, участвовали. Каково Вам было участвовать в телевизионной работе?

Б.АКУНИН
Ну, это не так больно, как я думал. Вот. Это, конечно, какой-то для меня эпизод такой, ну, единичный, да. Не то, чтобы я собирался этим заниматься и дальше. Причины было две. Во-первых, мне было интересно посмотреть, как работает Леонид Парфенов, потому что его фильмы документальные, исторические я очень люблю, они мне нравятся. А во-вторых, тут еще вот что. Когда я писал роман «Турецкий гамбит», для меня эта война была чем-то таким совершенно книжным. Я специально выбрал войну, про которую мало кто что помнит. И еще эпизод, про который наши историки вообще стараются забыть: осада Плевны, потому что если что-то в школе учат, это про героическую оборону Шипки, а Плевну как-то не очень, это довольно тяжелый эпизод. Вот мне нужна была просто война, так сказать, «э война», чтобы было не так важно, кто с кем воюет, из-за чего, кто хороший, кто плохой. Меня интересовала ситуация люди на войне, женщина на войне. Потом перед тем как писать сценарий, я поехал туда и стал смотреть на эти места…

Е.АФАНАСЬЕВА
Т.е. у Вас не совсем все-таки было книжное представление. Вы там были?

Б.АКУНИН
Да, я там был, я был под этой Плевной, я видел это огромное поле, и оно произвело на меня вот какое-то особенное впечатление. Знаете, вот есть вот эти вот поля больших сражений, где одновременно насильственной смертью погибло очень много людей, и там… ну, там чувствуется что-то особенное. Вот я был на Бородинском поле, на поле Ватерлоо, на поле Аустерлица. И там, под Плевной то же самое, там вот какой-то такой особенный звенящий воздух.

Е.АФАНАСЬЕВА
Энергетика такая, да?

Б.АКУНИН
Да, и поэтому я сейчас еще поехал туда снова, потому что цель этого фильма в том числе, рассказать, как оно все было на самом деле. Не в выдуманном мной авантюрном романе, а в истории.

Л.ПАРФЕНОВ
Но все-таки и поддержать то, как было в выдуманном авантюрном романе, потому что самое интересное все-таки проходить по местам и говорить вот, с одной стороны, вот было так, а с другой стороны…

Е.АФАНАСЬЕВА
А вот здесь стоял Фандорин.

Л.ПАРФЕНОВ
Вот здесь стоял Фандорин, и в результате все изменилось, потому что вот Фандорин, которого тогда вроде не стояло рядом с генералом Скобелевым, да? Вот он, оказывается, все мог...

Е.АФАНАСЬЕВА
С генералом Соболевым все решить.

Л.ПАРФЕНОВ
…да, с генералом Соболевым все решить. Как только генерал становится Соболевым и рядом с ним Фандорин, так все оказывается, в действительности все совсем не так, как на самом деле, как в старой пословице.

Е.АФАНАСЬЕВА
Скажите Леонид, а откуда, давно ли взялась эта мода предварять какие-то художественные проекты проектами документальными. Я вижу, что в последнее время наше телевидение активно этим пользуется, использует как западные фильмы, например, у первого канала был фильм «Падение «черного ястреба», и документальный фильм на следующий день вызвал большой интерес «Подлинная история «Падения «черного ястреба». Никто бы не смотрел просто так, что там было в Могадишо в 93-м году, но после художественного фильма это вызвало большой интерес. Когда у нас возникла такая мода?

Л.ПАРФЕНОВ
Да, это не возникновение моды, это потребность аудитории, потому что, что там было в Могадишо или что там было под Плевной известно людям не очень. И, как известно, историю сегодня чаще узнают из каких-то беллетристических произведений или вот из фильмов или еще каким-то таким образом, а потом хочется посмотреть, а как оно было-то? На этом, собственно, успех чего угодно, включая – я не знаю, там, – «Код да Винчи», например, да? Он же...

Е.АФАНАСЬЕВА
Ну, самый навязший в зубах пример за последнее время.

Л.ПАРФЕНОВ
Да, да, да. Вот. Поэтому поскольку мы живем, не очень различая легенду и вымысел, а устроены мы так, что страшно любим открывать тайны, а как оно на самом деле было, вот это всего-навсего аудиовизуальное обслуживание населения, не больше, не меньше.

Е.АФАНАСЬЕВА
А Вы когда делали сейчас этот проект, Вы Григория Шалвовича поймали на каких-то неточностях в романе?

Л.ПАРФЕНОВ
Ну, какие могут быть неточности в романе? Это же художественное произведение. В этом, собственно, и заключается в этих неточностях художественность. Вот пример, который обсуждался там нами особенно яростно. Вот в истории считается, что русские взяли Никополь вместо того, чтобы взять Плевну. И потом в результате страшно долго эту Плевну осаждали. Ну, вот в истории считается, просто, мол, ошибка полководческая. Ну, Бог его знает, так получилось.

Е.АФАНАСЬЕВА
А тут любовь оказывается и предательство.

Л.ПАРФЕНОВ
Да, а тут оказывается предательство, шпионство. Бог знает, там что.

Е.АФАНАСЬЕВА
Григорий Шалвович, а Вы когда поехали второй раз уже, уже написан роман, уже прошло много времени, Вы, наверное, забыли, что там происходило, другие романы, наверное, у Вас отодвинули эту русско-турецкую войну на дальний план. И сейчас вдруг снова вспомнили. Вы смотрели другими глазами на эту войну? Открыли для себя что-то иное или это было просто повторение пройденного?

Б.АКУНИН
Я, конечно, освежил в памяти все, что касалось исторических событий, поэтому на этот раз я смотрел на происходящее не глазами детективщика, а я, ну, в общем, представлял себе примерно, что и когда происходило вот на этом месте, вот на этом месте, на этом месте.

Е.АФАНАСЬЕВА
И рассказывали об этом Леониду или как строится ваш фильм?

Л.ПАРФЕНОВ
Да. мы рассказывали друг другу, мы делились взглядом… Ну, вот меня, там, прочитавшего энное количество книжек про это про все, исторических.

Е.АФАНАСЬЕВА
Специально к фильму прочитали?

Л.ПАРФЕНОВ
Да нет, это у меня было и в «Российской Империи», и до этого я как-то проходил. Вот. И потом во всех этих местах я бывал до того тоже. Кстати сказать, у нас вот в теледокументальном этом фильмике есть переправа через Дунай, а в фильме «Турецкий гамбит» ее почти нет. И Шипка у нас достаточно подробно, в фильме ее нет вовсе. Поэтому мы что-то шире все-таки делали, поскольку мы, кроме того, что это конспект детектива в известной степени, это все-таки и конспект войны. Поэтому вот мы, я со стороны нон-фикшена, Григорий Шалвович со стороны фикшена, если так по-русски можно выразиться.

Б.АКУНИН
Причем, вот когда мы там разговариваем друг с другом, это не то, что мы заранее все эти реплики между собой распределили и повторяем их вслух. Нет, это действительно разговор, возникающий спонтанно на этом месте, потому что перед самым началом мы, так сказать, обменялись темами, которые для каждого из нас представляют интерес в этом проекте. Значит, эти интересы не полностью совпадали. Почему мне, например, интересна эта тема и сейчас, да? Я перечислил темы, на которые мне интересно было бы поговорить. Меня интересует, например, вот наша вечная национальная болезнь, связанная с желанием экспортировать справедливость и добро в другие страны притом, что в собственной стране наблюдается дефицит и того, и другого. Так было давно, это началось не сейчас. XIX век и особенно эта война – это вот то самое, да? Меня интересует тема «Русский царь на войне». Это – особенная тема.

Е.АФАНАСЬЕВА
Но по фильму это не особо поймешь. Это, видно, в сериале потом будет уже, да?

Б.АКУНИН
Нет, ну… Нет, не особенно. Я говорю сейчас не про роман и не про фильм, а вообще про эту войну, про эту тему. Нас обоих интересовала тема такой вот… Как бы это сказать? Таких вот крепких удушливых объятий братской любви, да?

Е.АФАНАСЬЕВА
России к кому-то?

Б.АКУНИН
Которую Россия распространяла на маленьких соседей. Так было в XIX веке, так было в XX веке. Вот. А Леонида Геннадиевича что? Материальная культура… Да, и Леонид Геннадиевич замечательно говорит по-болгарски.

Е.АФАНАСЬЕВА
Леонид Геннадиевич, откуда, откуда?

Л.ПАРФЕНОВ
Для этого я и был взят таким, этим, Дерсу Узалой.

Е.АФАНАСЬЕВА
Откуда, откуда?

Л.ПАРФЕНОВ
Да все очень просто. Я с болгарами жил в общаге, там и выучил. Вот. И с того времени это периодически практиковал. Поэтому мне еще это понятно, я это как-то вот… осязаю просто вот еще… вот что там брынзу какую-нибудь покупать, вино красное пить, цыганскому оркестру заказывать мелодии Бредовича, в том числе, звучащие в фильме «Турецкий гамбит», вот это мне все родное.

Б.АКУНИН
Сигареты «Шипка».

Л.ПАРФЕНОВ
Сигареты «Шипка». Что там?

Е.АФАНАСЬЕВА
Что-то вот сейчас начали рассказывать Алексею Венедиктову перед началом передачи о том, кто-то танцевал, я вас еще попросила прерваться, чтобы рассказать в эфире. Что за эпизод?

Л.ПАРФЕНОВ
А да. Ну, это вот то, что… Там нет этого ни в фильме и нету этого в детективе, но если снимаешь документально на Балканах все, что угодно, тебе все время же попадаются цыгане, которые у всех этих балканских народов, без конца воевавших друг с другом, они же там периодически считали, что соседи хуже, чем они. И болгары, и сербы, и турки, и все на свете. Но вот уж хуже всех, это цыгане. И так продолжалось до тех пор, пока вот Кустурица не воспел цыган как настоящих балканских героев. Поэтому вот пляшущие цыгане, ну, это – обычное дело. Где машина остановилась, там действительно пляшут цыгане по принципу альпийского нищенства: «Деньги давай, деньги давай!» Вот, с нами так было…

Е.АФАНАСЬЕВА
И вы давали деньги?

Л.ПАРФЕНОВ
Ну, да, разумеется, что же. Вот, так с нами было и в культурном виде, в ресторанах, так было и на болгаро-турецкой границе, потому что вот и болгарам туда нельзя, туркам сюда нельзя, а цыгане туда-сюда ходят, играют и поют, выпрашивают евро, поскольку страны устремились в Европу.

Б.АКУНИН
Но левы тоже берут.

Л.ПАРФЕНОВ
И левы берут, да.

Е.АФАНАСЬЕВА
Т.е. у вас не было такого классического телевизионного «стендапа», как обычно записывающегося…

Л.ПАРФЕНОВ
Нет, нет, нет.

Е.АФАНАСЬЕВА
Это построено по принципу диалога?

Л.ПАРФЕНОВ
Нет, это путешествие. Это – путешествие, это разговоры в дороге.

Б.АКУНИН
А что такое: «классический телевизионный «стендап»»?

Е.АФАНАСЬЕВА
А вот это Леонид теперь объяснит. Даже есть Парфенов определил…

Л.ПАРФЕНОВ
«Стендап» – это вот стоишь и говоришь или идешь и говоришь, ну т.е. когда это не является документальной съемкой.

Е.АФАНАСЬЕВА
Григорий Шалвович, перед Вами человек…

Б.АКУНИН
Это когда сказал, и в конце надо сказать: «Леонид!».

Е.АФАНАСЬЕВА
Нет, нет, нет.

Б.АКУНИН
Не то?

Л.ПАРФЕНОВ
Нет, нет, нет, это – прямое включение.

Е.АФАНАСЬЕВА
Перед Вами человек, который привел моду на «стендап» в движении. «Стендап» – это когда корреспондент или ведущий говорит в кадре.

Б.АКУНИН
Но тогда это не «стенд» все-таки «ап».

Е.АФАНАСЬЕВА
Но тогда это сейчас называют уже парфеновками: «стендап» в движении.

Л.ПАРФЕНОВ
Но, в общем, вот это вот наговаривание, которое как бы является вроде документальным, но на самом деле ясно же, что человек позирует перед камерой. Нет, мы здесь никогда ничего не позировали. Это в жанре путешествие. Мы переезжали из города в город. Мы вот сколько дней…

Е.АФАНАСЬЕВА
Сколько дней?

Л.ПАРФЕНОВ
Неделя. И каждый день – новый городишко.

Е.АФАНАСЬЕВА
А вы когда снимали?

Л.ПАРФЕНОВ
Мы снимали в январе.

Б.АКУНИН
В прошлом месяце, да.

Л.ПАРФЕНОВ
Месяц назад.

Е.АФАНАСЬЕВА
А, т.е. это совсем свежий проект.

Б.АКУНИН
Да, да, да, мерзли вполне себе.

Е.АФАНАСЬЕВА
Но мы говорим с вами сегодня о телевидении, программа о телевидении. Вот как Вам хотелось, Григорий Шалвович, чтобы эту работу посмотрели до фильма или после? Документальный проект.

Б.АКУНИН
Наверное, все-таки лучше до фильма, потому что за исключением там небольшого количества историков и людей, интересующихся этой историей, ну, действительно, мы не помним совсем эту войну и ее событий. И происходящее на экране, надо еще учитывать, что это кино, это киновариант, т.е. там не было возможности создателям фильма что-то уж особенно объяснять и рассказывать.

Е.АФАНАСЬЕВА
Фильм, который мы видим в кинотеатрах, он очень дорогой продукт. По современным меркам в него вложено немало средств. Фильм, который мы увидим на экране телевизионный, естественно, намного дешевле, как я понимаю.

Л.ПАРФЕНОВ
Ну, разумеется.

Е.АФАНАСЬЕВА
При этом люди уже видели, если они смотрели фильм, картинку роскошную, а нет ли такого опасения, что не настолько прекрасно снятая, не настолько идеально выстроенная картинка может несколько разочаровать зрителей, Леонид?

Л.ПАРФЕНОВ
Но мне кажется, что от телевизора все-таки этого не ждут. Потом мы старались это выдержать вот в духе… ну, как это? Такого проекта – сопровождения. Можно это, конечно, называть предисловием и, конечно, по жанру это, прежде всего, предисловие, но даже если человек уже видел фильм «Турецкий гамбит», он может посмотреть и какие-то вещи… ну, не то чтобы там дополнительно понять, как-то еще разобраться, а просто узнать что, а вот это вот было первоисточником. А вот такими-то были события, а вот это вот приключение имеет под собой те или иные реальные действия турецких войск или русских войск, а вот здесь вот жил царь. Ну, в фильме вот он просто в какой-то там избе, но у нас она показана, какая именно изба и как они там в пяти комнатах четверо помещались: министр двора, государь, военный министр и личный лекарь Боткин. Т.е. это все равно, мне кажется, вещь, которая что-то дополняет, что-то досказывает.

СЛУШАТЕЛЬ
Леонид, можно вам вопрос задать, меня зовут Игорь? Вопрос такой: фильм великолепный, очень понравилось, но я так понял, что Вы хотите соблюсти историческую правду в вашем документальном фильме, да?

Л.ПАРФЕНОВ
Ну, чтобы она тоже присутствовала, скажем так.

СЛУШАТЕЛЬ
Вы знаете, в конце фильма есть величайшая историческая неправда.

Л.ПАРФЕНОВ
А именно?

СЛУШАТЕЛЬ
А именно: отвечаю. Когда господин Фандорин произносит фразу, что нам воевать нельзя, потому что англичане предъявили ультиматум и в окно показывают что?

Б.АКУНИН
Эскадру английскую.

СЛУШАТЕЛЬ
Английскую эскадру в Босфоре показывают. Так вот это величайшая историческая неправда, уважаемый Леонид. В это время не было английской эскадры в Босфоре.

Е.АФАНАСЬЕВА
Но Леонид к фильму «Турецкий гамбит» прямого отношения не имеет.

Л.ПАРФЕНОВ
Не важно, мы все отвечаем за историческую правду, за историческую правду отвечают все.

Б.АКУНИН
Эскадра, по-моему, стояла в Мраморном море.

СЛУШАТЕЛЬ
Нет. 11 января британский кабинет министров принял решение только о мобилизации эскадры у Мальты. В это время…

Е.АФАНАСЬЕВА
Ну, хорошо, давайте мы прервемся, и создатели фильма учтут Ваше замечание.

Л.ПАРФЕНОВ
Вот видите, а вы говорите, важно ли, правда, вымысел и т.д. Вот, ну, на самом деле, в художественном произведении допустимо для вящей наглядности, за окошком чтоб стояла английская эскадра.

Б.АКУНИН
Ну, да, потому что сказать в фильме, что отдан приказ о мобилизации эскадры, и показать – это разные вещи.

Е.АФАНАСЬЕВА
Леонид, скажите, Вы для себя все-таки из вот этого нового фильма что-то открыли? Вот Вы столько читали про эту войну, Вы знали, по-болгарски говорили и столько проектов телевизионных сняли. «“Гамбит” на месте событий» что Вам дал?

Л.ПАРФЕНОВ
Вы знаете, это всегда интересно, то, что вот говорил Григорий Шалвович, проходить по местам, потому что вот, ну, некая эманация, некое излучение от того, что вот было. У меня не получалось, например, прежде, не греб я никогда через Дунай. Тут я Григория Шалвовича перевозил…

Б.АКУНИН
Как? Вы раньше не гребли? А что же Вы мне сказали, что Вы опытный гребец? Нас чуть в Черное море не снесло.

Л.ПАРФЕНОВ
Я – опытный гребец, но через Дунай я никогда не греб. Вот. Потому что тут мы все честь по чести начали, как и русская армия, с переправы через Дунай. Мы все форсировали просто…

Е.АФАНАСЬЕВА
Но в палатках не жили.

Л.ПАРФЕНОВ
Нет, так не было. Вот. Но на Шипке так мерзли приметно.