В период с 1801 по 1856 год были пожалованы знамена ряду казачьих иррегулярных и регулярных инородческих частей, а именно полкам Польской армии, Литовского кор- пуса и Финским. У знамен Литовского корпуса и Лейб-гвардии Финского стрелкового батальона до 1831 го- да в гербе на груди двуглавого орла вместо Георгия По- бедоносца помещали соответственно литовскую "погонь" (скачущий всадник с мечом в руке) или финского льва. Кроме того, в гвардейских полках Литовского корпуса крест знамен первоначально был утвержден белый, а в ар- мии - углы не сплошь белые, а белые с малиновым, и у карабинер - сплошь малиновые, у гвардейских финских стрелков углы знамен голубые. В Польской армии 1813-1831 гг. знамена отличались от русских образца 1813 года рисунком орла в среднем круге и в копье на- вершия (польский одноглавый) и расцветкой. Средний круг у всех знамен был красный, орел одноглавый белый, крест в армии синий, в гвардии белый, углы для каждой части особые, что в России было лишь на гвардейских знаменах. После 1831 года отличия сохранены только в финских зна- менах, причем финский герб (лев) изображен уже не на груди двуглавого орла, а на двух углах полотнища вместо вензелей. Образцы знамен, жаловавшихся за этот период казачьим частям и инородческим милициям, продолжали по-прежнему носить случайный характер, и хотя в рисунке их начали уже намечаться некоторые характерные особен- ности, но строгих правил не было установлено. В 1802 году знамена были пожалованы Ногайским пол- кам, в 1803 г. - Черноморским казачьим полкам и Донско- му казачьему войску на замену пришедшим в ветхость зна- менам, пожалованным в 1722, 1733, 1746 и 1764 годах, в 1804 году - Бугским казачьим полкам (12), в 1805 - 1-му Башкирскому кантону, в 1807 - пожалованы первые Георгиевские знамена казачьим Донским полкам Ханженкова и Сысоева, по одному на полк, за подвиг при Шенграбене. Знамена эти были подобны первым пехотным Георгиевским знаменам, пожалованным за этот подвиг, но штофные, сплошь белые без креста, углов, вензелей, с венками в углах, на оборотной стороне вместо герба в венке имели императорский вензель в сиянии и были обши- ты золотой бахромой. В 1809 году пожалованы 10 знамен Сибирскому линейному казачьему войску. Новые знамена образца, близкого к регулярным, стали жаловаться после 1811 года, и впервые получили их Донские казаки, но и после этого Атаманский полк, как исключение, получил в 1814 году Георгиевское знамя (и к нему еще бунчук) сов- сем особого типа - голубое, с золотой бахромой с изоб- ражением Спасителя и надписью из Священного писания. В 1811 году пожаловано войсковое знамя Донскому войску за подвиги в войну 1807 года, причем оно было сделано по образцу знамени этого же войска, данного за кампанию 1799 года, но без Мальтийского креста, гроссмейстерских корон и с переменой вензеля и черной ленты на Георгиев- скую; такого же типа пожаловано в 1817 году войску зна- мя за Отечественную войну 1812 года. В 1813 году пожа- ловано Георгиевское знамя полку Дячкина, сделанное по образцу регулярных, но сплошь зеленое, штофное, с бах- ромой, вензелями на серебряном поле, с гербом на одной стороне и крестом на другой. В том же году пожалованы Георгиевские знамена четырем другим Донским полкам, сделанные уже точно по рисунку кавалерийских штандартов (образца 1817 г.), но лишь белого цвета и с крестом на одной стороне вместо герба; такого же типа знамена, но простые, пожалованы в 1816 году еще двум полкам. Лейб-гвардии Казачий полк в 1817 году получил Георгиевский штандарт, и с этого времени гвардейские казачьи части стали вместо знамен получать штандарты. В 1818 году Астраханским казакам пожалованы знамена, сделанные по размеру знамен, но по рисунку штандартов, лишь без бахромы. В 1831 году было установ- лено жаловать знамена казачьим конным полкам синие (или голубые), без бахромы и углов, причем рисунок лицевой стороны соответствовал знамени образца 1816 года, а на оборотной стороне вместо герба имел красный крест. Пе- шим казачьим частям было установлено жаловать знамена точно по образцу линейных батальонов. Знамена войсковые до 1856 года продолжали иметь отступления в рисунке, другим отступлением от общих правил были знамена, пожа- лованные в 1842 году Оренбургским и Бурятским, а в 1851 - Забайкальским казачьим полкам, которые имели вид пра- поров. В 1857 году при установлении нового образца зна- мен был утвержден и новый образец казачьих знамен, об- щий для войсковых и полковых (пеших и конных) знамен и отличавшийся от пехотного крестом вместо герба в кругу лицевой стороны полотнища. Знамена ополченских и милицейских частей, подобно казачьим, долгое время носили чисто случайный характер, и лишь знамена Кавказской туземной милиции в царствова- ние Николая I были одноцветные с бахромой и имели на одной стороне герб с надписью на местном языке, а на другой - изображение св. Георгия (у нехристиан - вен- зель императора) и ту же надпись на русском языке; навершия были в виде 4-гранных копий. 21 августа 1857 г. был утвержден новый образец зна- мен, который отличался от предыдущего рисунком орла в среднем круге и в навершии (крылья подняты, на груди Московский герб, окруженный Андреевской цепью) и систе- мой расцветки. У всех знамен углы двухцветные - из черной и белой половины, а по шву этих половин и по шву креста и углов вышиты узкие оранжевые полосы. Кресты во всех гвардейских частях желтые, в армии и военно-учеб- ных заведениях - приборного цвета, а в казачьих частях - мундирного цвета: в пехоте по полкам - красные, свет- ло-синие, белые и зеленые, у стрелков - малиновые, у саперов - черные. Навершия оставлены: в гвардии и воен- но-учебных заведениях в виде орлов, а в армии в виде копий. Выдача знамен образца 1857 года была начата с полков, получивших Георгиевские знамена за отличие в Крымскую войну. В 1860 году несколько изменились рисун- ки и расцветка гвардейских знамен: отменена оранжевая полоска по шву креста и углов, а медальоны в углах (кружки внутри венков под вензелями) стали приборного цвета, т.е. цвета воротников, кантов и т.д. Некоторые особенности имели знамена гвардейских стрелковых ба- тальонов: 3-го Финского (в двух углах вместо малиновых медальонов с вензелями светло-синие с золотым львом) и 4-го Императорской фамилии (в двух медальонах вместо вензелей ополченские кресты). В 1857 году при утверждении рисунков знамен грена- дерских полков императора австрийского и короля прусс- кого для обоих полков установлено полотнище с белым крестом, а полковые цвета перенесены в угловые медаль- оны, как в гвардии. Кроме того, на знаменах гренадерс- ких полков на концах крестов помещены изображения гра- нат. В 1876 году на все армейские части распространено пожалование знаменами с белыми крестами и угловыми ме- дальонами полковых цветов. С того же времени на крыльях орла стали изображать восемь щитков с Титульными герба- ми. Пожалование этих знамен было начато с полков, наг- ражденных Георгиевскими знаменами за отличия в Русс- ко-турецкую войну 1877 - 1878 годов. Казачьим час- тям при этом повелевалось жаловать вместо знамен штан- дарты. В 1857 году введены и штандарты нового образца с ос- новной расцветкой: желтой для гвардии и белой (вместо зеленой) для армии. В среднем четырехугольнике помещена центральная часть соответствующего знамени (либо гвар- дейского, либо армейского), но орел и венок в круге вы- шитые, а полковые цвета - по-прежнему в углах рамки. В 1883 году были введены знамена нового образца, первые из которых были пожалованы 23 мая Лейб-гвардии Преображенскому и Семеновскому полкам. На лицевой сто- роне полотнища по краю внутренней части имелась как бы рамка из золотого орнамента, а внутри - икона полкового праздника. На оборотной стороне рамка в углах прерыва- ется квадратами, в которые вшиты государственные гербы (в означенных двух полках гербы на фоне кокарды из рас- ходящихся лучами черных, оранжевых и белых полос, у всех остальных полков без кокарды), посредине вышит вензель императора. В рамке на лицевой стороне изобра- жена надпись отличия, а на оборотной - нашита Андреевс- кая лента с юбилейными датами. Навершие - в виде вось- миконечного креста на шаре. На шар напаяно изображение двуглавого орла. Цвет каймы для обоих полков красный, а цвет полотнища полковой. Кисти даже на Георгиевских лентах новому образцу не были присвоены, а Георгиевский крест подвязан к трубке навершия на короткой Георгиевс- кой ленте. С весны 1884 года знамена стали жаловаться лишь по одному на полк. На всех знаменах полотнище ус- танавливалось белое, а кайма приборного цвета; в гвар- дии же полотнище было приборного цвета, а кайма крас- ная. На армейских знаменах - часть вышивки не золотом, а цветным шелком и шар под крестом гладкий, без напаян- ного орла. В 1896 году восстановлено прежнее навершие в виде копья (для армейских частей) и орлов (для гвардии). Знамена образца 1883 года оказались неудобными: крайне тяжелы- ми, непрочными и дорогими. В 1897 году вышивку золотом и серебром в армии заменили шелковой, и 21 апреля 1900 г. утвердили образец цельнотканых шелковых полотнищ одинакового для всех частей рисунка: с образом Спаса Нерукотворного и надписью над ним: "С нами Бог". Эти полотнища оказались значительно более легкими, прочными и дешевыми, но зато на них стало невозможным изображать надписи отличий Георгиевских знамен. Юбилейные даты сохранились на нашиваемых коротких голубых лентах. 11 июня 1912 г. повелено было восстановить на Геор- гиевских знаменах их традиционные отличия, т.е. Георги- евскую ленту с серебряными кистями на знаменах образца 1883, 1897 и 1900 годов, а надписи отличия на цельнот- каных знаменах образца 1900 года нашивать на широкой Георгиевской ленте под иконой. Древки знамен с 1796 го- да были по полкам палевые, кофейные, белые и черные, а с 1808 года в 1-м и 4-м полках дивизии - желтые, во 2-м и 5-м - черные, в 3-м и 6-м - белые, а в гарнизонных - кофейные; с 1819 по 1834 год в 1-м полку - желтые, во 2-м - черные, в 3-м - белые и в 4-м - кофейные, у гвар- дейских сапер - рябинового дерева под лаком, у прочих сапер и пионер - желтые, у егерей и карабинер - черные; в 1834 году в 1-м полку дивизии - желтые, во 2-м - бе- лые, в 3-м - кофейные, прочие без перемен; в 1857 году в 1-х полках - желтые, в 3-х - белые, во всех прочих частях - черные. Таким образом, мы видим невероятное разнообразие знамен в России с XVI по начало XX века. Очевидно, что вряд ли возможно обращаться к истории знамен Российской армии для поиска истоков русской государственной геральдики. Скорее, можно говорить об обратном влиянии государственного герба на расцветку русских боевых зна- мен. На это обстоятельство в свое время указывали и В.И. Даль, и П.И. Белавенец. Истоки цветов русского го- сударственного флага следует искать в истории морских флагов, о чем в основном и будет рассказано в следующих разделах. Однако сначала о цветах и символах на стягах Руси.
Цвета и символы на стягах Руси княжеской и царской Четыре разноцветных флага живут в современной поли- тической жизни России. И каждый имеет корни в отечест- венной истории. Вопреки расхожему мнению, бело-си- не-красный восходит не к торговому, а к военноморскому флагу, Андреевский - не только к военно-морскому, но и к армейскому, красный - помимо того, что является сим- волом пролетарской солидарности, соотносится и с багря- ными древнерусскими знаменами, черножелто-белый - свя- зан с традициями Романовской династии. Все эти флаги - историческая ценность русского наро- да. В разные периоды новой истории их называли символа- ми то "неповиновения", то реакции, то русской свободы, то контрреволюции. За них, бывало, расплачивались жизнью. Государственный флаг в России, как и во многих дру- гих странах Европы, утвердился по-настоящему лишь в XIX веке. В России не было рыцарского сословия, цехов, гиль- дий, университетов, независимых епископатов, вольных городов и (до XVIII в.) флота, поэтому русские люди, кроме династических, военных и церковных, не знали также ни рыцарских, ни цеховых, ни городских знамен (знамена цехов булочников, каретников, сапожников и других появились в нашей стране тоже лишь в XIX веке). В странах Востока государственные флаги стали появлять- ся еще позже, чем в России. Например, японский "Хи-но- мару" - "Флаг Солнца" (древний корабельный знак сегуна из династии Токугава) был представлен миру впервые в связи с выездом японской правительственной делегации в США в 1860 году, официально утвержден в 1870 году, а на берегу был поднят впервые в 1882 году при открытии пер- вой японской железной дороги {Иванов К.А. С. 127). Подчеркнем еще раз. У древних славян, так же как и египтян, римлян, галлов, древних скандинавов, знамя первоначально, скорее всего, было без полотнища (слово "стяг", как было сказано выше, означает "шест", "жердь", "рычаг"). Как и многие другие народы мира, на- ши предки могли сражаться под изображениями тотемов, крепившихся в навершиях стягов-шестов. Говорить с пол- ной уверенностью о тотемных животных, растениях или предметах славян раннеродового строя трудно. Но по всей Восточной, Северной и Северо-Восточной Европе от Эльбы до Урала (и Зауралья) медведь был одним из основных то- темных животных. Священным он считался и у древних гре- ков и скандинавов. В Китае он олицетворял силу и храб- рость, в Японии - мужество и доброжелательность. Медведя почитали как родоплеменного прародителя, со- относили с плодородием, здоровьем, удачей. Праславянс- кий культ Волоса-Велеса, отождествлявшийся с медведем, восходил ко временам палеолита. Славяне верили, что медведь, условно похожий на человека, имеет магическую душу. Медвежья лапа, уложенная у головы покойника, символизировала переход души в мир мертвых. "Медвежьи" маскарады проводились в первую неделю после зимнего солнцестояния (под Новый год) и в дни весеннего равно- денствия (Рыбаков Б.А. 1994. С. 598). На святилищах VIII - V веков до н.э., кроме медвежь- их, были найдены и культовые глиняные фигурки быка, ры- си, лося, орла (Рыбаков Б.А. 1994. С. 334 - 335, 339, 598). На заселенных прежде западными славянами землях к востоку от Эльбы и Заале, а также в Чехии и Моравии су- ществует несколько десятков городов, эмблемой которых стали медведь, его голова или лапа. Эмблема медведя встречается и на огромных пространствах от Белоруссии до Зауралья (в гербах городов Ошмяны, Новгорода, Ярос- лавля, Перми и др.) (Похлебкин. 1994. С. 256). В средние века медведь превратился в добродушный персонаж русского фольклора и скоморошьих игрищ. В XVII веке его фигурки украшали главные башни Московского Кремля. В XVI II - XIX веках о языческом значении медведя давно забыли, но в городах и помещичьих усадьбах держа- ли косолапых, выгуливая их по ночам, а гостиницы, выс- тавки и дома украшались чучелами медведей. На Западе же, начиная со средних веков, медведь считался символом грубости, безжалостности, похотливости, воплощением дь- явола и ярости и крайне редко появлялся в геральдике. Шведы в начале Северной войны 1700 - 1721 годов изображали свои победы на гравюрах в виде льва, загры- зающего поверженного "русского медведя". Особенно часто иностранцы стали представлять русских, русское самодер- жавие и наше огромное государство диким, иногда белым медведем, со времен царствования Николая I (1825 - 1855). Отечественная печать с конца XIX века приняла в качест- ве символа нашей страны простодушного Топтыгина, подоб- но Демократической и Республиканской партиям США, при- нявшим для себя с 1872 года карикатурные эмблемы осла и слона. (В XVIII веке русская публицистика использовала для Русского государства эмблему "северного орла".) В период первой мировой войны русский "Легион чести" привез во Францию живого мишку, который вместе с нашими солдатами тянулся по стойке "смирно" на смотрах (Ва- сильев. С. 12 - 13). После 1917 года стоящий на задних лапах медведь, правда, белый, был помещен на красный вымпел морского Северного пароходства в 1923 году (Иванов К.А. С. 46). Официально нашей национальной эмблемой улыбчивый "медвежонок" стал в 1980 году в год московской Олимпиа- ды. Лишь один символ Руси языческой возродился как госу- дарственный: гербом Украины в 1917 - 1918 и 1992 годах был утвержден трезубец русского князя Владимира Святос- лавича (980 - 1015), хотя, строго говоря, право на "ро- довые знаки Рюриковичей", княживших от Ильменя и Ладоги до Львова и Киева, имеют и белорусы, и великороссы, и карпато-россы (русины Прикарпатья). Поэтому вполне объ- яснимо было принятие этой эмблемы в период между двумя мировыми войнами русской эмигрантской организацией НТС - Народно-Трудовой Союз, где она была помещена в центр бело-сине-красного флага. Относительно полотнищ стягов древнерусских племен можно предположить, что до принятия христианства они были разных форм и цвета, но преимущественным цветом был, видимо, красный. С глубокой древности воины счита- ли цвет огня и крови цветом мужества. Именно такой цвет щитов был наиболее распространен у русских, поля- ков и литовцев. У скандинавов красный щит, поднятый на мачту, означал войну. Краска, изготовляемая из насеко- мого - "дубового червеца", была ярко-розово-красной, поэтому строй "чърленых" русских щитов на поле брани сравнивался с зарей. Судя по героическому произведению древнерусской во- енной эпики "Слово о полку Игореве", стяг-древко и прикрепленный к нему вверху конский хвост (челка) окра- шивались в красный цвет. Стяги русских племен VIII - IX веков, вероятно, хра- нились в "жилищах богов" - городищах-святилищах так же, как святая хоругвь Святовита у полабских славян (Kucv- nski. 1970. С. 83). Форму стягов первой половины Х века можно предста- вить по граффити (процарапанным рисункам) на нескольких арабских дирхемах начала Х века, найденных в Минской и Смоленской областях (см. рис. на с. 407). Русские полотнища имели, как правило, трапециевидную форму или ступенчатые выступы у свободного края, или два-три "языка" ("хвоста", "яловца"), трепетавших на ветру, как языки пламени. Цвет каймы и языков у стяга (см. рис., б, на с. 407), видимо, отличался от основного поля. Широкая кай- ма и скошенный снизу вверх клин-откос продержались на русских знаменах с дохристианских времен до конца XVII века. Такая форма стяга-"косыни" утвердилась не случай- но - взметающийся ветром откос бодрил и придавал уве- ренность воинам. Неслучайным было и другое название полкового знамени - "прапор", восходящее к праславянскому "лечу, двига- юсь" (Фасмер М. С. 353).
|
Русские знамена X в |
Навершие стяга (см. рис., а, на с. 407) было кресто-
образным. И это не должно удивлять - прочерченные на
монетах кресты известны на Руси с середины Х века и
ранее (Нахапетян, Фомин. С. 170, 266), о том же писали
и арабские путешественники начала Х века. На полотнище
стяга, возможно, изображался "знак Рюриковичей" (Раби-
нович. 1972. С. 177), так как на оборотной стороне дир-
хема вычерчен четкий двузубец великого князя Святослава
(Добровольский, Дубов, Кузъменко. С. 63 - 67; Нахапе-
тян, Фомин. С. 189). К выступам стяга (см. рис., в, на
с. 407) пришиты три кисти.
Высокую духовную культуру логичнее считать не надс-
тройкой, а основанием любой цивилизации. Всю символику
христианства Русь получила от своей крестной матери -
Византии.
Византийское влияние, оказавшееся столь значительным
для культуры Руси после принятия христианства, затрону-
ло и военную символику. Из всего многообразия религиоз-
ных изображений (явления ангелов, образы Софии Премуд-
рости, Никиты Великомученика, Василия Великого и др.)
предпочтение отдавалось лику Спасителя.
Роскошный стяг освящался как икона, и перед ним до
сражения воины на коленях молились о победе и спасении.
Заметный издали, он указывал место ставки (шатра) вели-
кого князя или центр боевого порядка. Он считался ду-
шой, славой и честью древнерусского войска. Под ним,
бывало, ставили самые чтимые реликвии - так было в 1164
году, когда князь Андрей Боголюбский при походе на бул-
гар поставил в поле у древка икону Святой Владимирской
Богоматери (ПСРЛ Т. I. M., 1962. С. 352-353).
"Наволочить" (надеть на древко) стяг означало при-
вести войско в боевую готовность. Свалить, склонить,
"понизить" стяг означало признать свое поражение, поэ-
тому в битве одной из главных считалась задача пробить-
ся к нему, убить богатырей-стяговников и подсечь древ-
ко. По количеству стягов определялся состав войска.
В сече с ордынцами на Куликовом поле в 1380 году в
центре войска Дмитрия Донского трепетал как "облако",
как "светящий светильник" образ Нерукотворного Спаса на
багряном стяге, и вокруг него разгорелась самая жесто-
кая схватка (Сказание... С. 88). Этот стяг был не чер-
ного, как ошибочно записали некоторые летописцы (черное
полотнище не могло светиться как "облако" и "светиль-
ник") и вслед за ними считала часть историков, а "чёрм-
ного", т.е. багряно-красного цвета (Арсеньев. 1911-1.
С. 12). Черное - это отсутствие света. По самой природе
светоносного Иисуса Христа черный цвет не мог даже со-
седствовать с ним. Лик Спаса всегда изображался на бе-
лом плате и золотом фоне. В лицевых рукописях XVII века
знамя Дмитрия Донского изображалось белым, иногда обве-
денным красным контуром, с восьмиконечным русским крес-
том вместо Лика Спасителя (Сказание... Л. 43- 45, 73
об.). Черный цвет оставлен для обозначения зева могил и
дикого зверья, терзающего трупы павших татар.
Черным стяг не мог быть и потому, что он был бы иск-
лючением в ряду "червчатых" великокняжеских и царских
знамен XIV-XVII веков, да и красных стягов Древней Руси
(см. также: Дегтярев. С. 3-6).
С XIV века за стягами стало закрепляться новое наз-
вание - "знаменье" (знамя) по церковным знакам-знамени-
ям на полотнище.
Судя по миниатюрам Радзивилловской летописи конца
XIV века, "косыни" и знамена с "хвостами", "хоботами"
крепились к древку, навершие которого часто было в виде
креста. Православная церковь признает все виды крестов,
но восьмиконечный русский крест (именно так он называ-
ется в западной исторической литературе (Неinz.-Mohr.
S. 167), известный по крайней мере с XII века на Руси,
а также в Сербии и Греции, определенно указывал на при-
надлежность населения, храмов, знамен и вещей к правос-
лавию.
На миниатюрах конца XVI века русские воины изображе-
ны чаще всего сражавшимися под красными знаменами.
Участвовали ли княжеские и великокняжеские знамена в
церковных церемониях посажения князя на престол и при-
соединения уделов к Москве, пока неизвестно. Видимо,
нет, ибо на русских средневековых печатях отсутствуют,
в отличие, например, от польских, изображения князей со
знаменем.
Сильный импульс культуре, быстро поднимавшейся од-
новременно со становлением единого Русского государства
во второй половине XV века, дал династический брак Ива-
на III с племянницей последнего константинопольского
императора Софьей Палеолог в 1472 году.
В 1439 году император Иоанн VIII Палеолог (1391 -
1448) подчинил Византию Риму, заключив Флорентийскую
унию. В 1453 году Византия прекратила существование
после захвата Константинополя османами. Среди правос-
лавных народов Русь рассматривалась в качестве преемни-
ка Византийской империи. С конца XV века великий князь,
государь и самодержец Иван III именовался в церковной
публицистике "новым царем Константином", а Москва - но-
вым Константинополем (Вилинбахов. 1983. С. 27). И так
же, как Константинополь, имел центральный собор империи
- архитектурное чудо света - Собор Святой Софии, в Рос-
сии в 1475 - 1479 годах был выстроен храм, посвященный,
подобно первой церкви в Киеве (989 - 996 гг.), Успению
Пресвятой Богородицы, небесной покровительницы России.
Этот собор строился наподобие храмов "Небесного Кремля"
и "симфонии музыки сфер" и стал главным кафедральным
храмом всей Русской земли. Успенский собор и икона Вла-
димирской Божьей Матери явились, по сути, инсигниями -
вещественными
символами - русского народа и государства (Похлебкин.
1989. С. 181).
Придворный церемониал приема послов и "гостей" ус-
ложнился. Царевна перевезла в Москву трон из слоновой
кости с изображением двуглавого орла на спинке, русская
государственная печать тоже обрела орла, который имел
больше сходства с византийским, чем с габсбургским (Со-
болева, Артамонов. С. 21). И хотя византийские печати и
монеты с двуглавым орлом неизвестны, есть сведения о
красном с золотым орлом знамени.
Багряным с золотым орлом было оно у императора Анд-
роника II (1282 - 1328) (Rabbow. S. 17).
На барельефах бронзовых врат базилики Святого Петра
в Риме, изготовленных не позднее 1445 года, показано,
среди прочего, отплытие Иоанна VIII в 1439 году из
Царьграда и прибытие в Феррару к папе Евгению IV на
двухмачтовой галере. Император сидит в шатре, на пологе
которого виден огромный двуглавый орел; на носу галеры
укреплено треугольное знамя с тем же изображением. Оба
орла без корон, державы и скипетра, с крыльями, опущен-
ными вниз (Хрептович-Бутенев. С. 16).
На монетах русских княжеств в XIV и XV веках уже че-
канились двуглавые орлы. С византийской эмблематикой
связан и "единорог" как "геральдическая фигура на зна-
менах, печатях и других памятниках Русского государс-
тва" (Вилинбахов. 1982-2. С. 24). Ничто не мешает выс-
казать гипотезу, что русские государи, начиная с Ивана
III, могли иметь знамена, на которых мог изображаться и
двуглавый орел.
Так византийская символика на Руси и православная
культура, отторгая традиции Золотой Орды и утверждая
преемственность с "Греческим царством", помогали само-
определению народа и освобождению от чужеземного ига.
И русские, и европейские стяги средневековья не имели
строгих правил составления и несли религиозную символи-
ку. Так, религиозный характер, как и русские, имело
главное знамя-панир Германии Х века с изображением Ми-
хаила Архангела (в XII веке с изображением орла); не-
бесно-голубое знамя и пятихвостая алая Орифламма (aurea
flamma), сопровождавшая французских королей на войну с
начала XI века по 1415 год, восходящая к церковному
знамени аббатства Сен-Дени; знамя императора Карла V
(1500-1558); многоцветно-узорчатое с распятием знамя
объединенных флотов Ватикана, Испании и Венеции, раз-
бивших османский флот при Лепанто в 1571 году.
Святым символом правоверных было зеленое знамя
"Санджак-и-шериф" ("благородное знамя"), перекочевавшее
в Стамбул из Азии в 1595 году и ставшее главным знаме-
нем Османской империи. (Боевые знамена турок, призывав-
шие биться насмерть с неверными, были красного цвета, с
навершием в виде полумесяца.)
В XVI - XVII веках на русских знаменах, как на ико-
нах и церковных хоругвях, отражая идеал мира высшего,
сияющего и огненного, изображались помимо Спаса кресты
с сиянием, архангелы, ангелы, восьмиконечные звезды и
другие астральные знаки, а также тексты Священного Пи-
сания. Кресты символизировали победу над смертью и
воскрешение. Смысл знамен состоял в том, чтобы прежде
всего внушить уверенность в победе: на стороне русского
земного воинства - Воинство Небесное!
Перед штурмом Казани в 1552 году Иван Грозный раз-
вернул темно-красное, червчатое, как у Дмитрия Донско-
го, знамя Всемилостивого Спаса с тем же крестом в на-
вершии, которое в 1380 году было свидетелем русской по-
беды на Дону.
Такое же крестоносное знамя противопоставлялось ногайс-
ким и крымским бунчукам во время походов на Крым в 1687
и 1689 годах: "А то великих государей полковое Большое
знамя писано на камке лудатной червчатой, на нем... вы-
шит образ Спасов Еммануила; бахрома - золото пряденое,
древко тощое, яблоко большое, резное; древко и яблоко
писано, позолочено; Спасов крест - серебряный, позоло-
чен, весу в нем 66 золотников..." (ОМОП. Ч. III. Кн. 1.
С. 6).
На миниатюрах, созданных в 1680-е годы к "Сказанию о
Мамаевом побоище" и отражающих реалии конца XVII века,
русские знамена с прямым крестом и двумя "языками"
раскрашены (по аналогии со стрелецкими знаменами) в
шахматном порядке красным и зеленым, одноязыковые - яр-
ко-красным, желтым, коричневым, зеленым или двумя цве-
тами - желтым и голубым, желтым и зеленым (Сказание...
Л. 26 об., 48 об., 55, 63, 71, 74).
С ликом Спасителя на таком же большом стяге ходил на
шведов в Ливонию еще в 1701 году фельдмаршал Б.П. Шере-
метев. В целом великие стяги царей XVI - XVII веков
("государевы большие знамена") были однотипны.
На войсковых станах перед православными знаменами
(знамениями) служились молебны Спасителю и Богородице о
победе. Образы "Покрова", "Знамения" Пресвятой Богоро-
дицы и даже длинные молитвы, посвященные ей, тщательно
выписывались на боевых полотнищах. В XVII веке имелось
и Большое "государево знамя" Успения Пречистой Богоро-
дицы (ОМОП. Ч. III. Кн. 1. С. 13, 17 - 19). Вместе со
знаменами выносились и иконы, и среди них - образ Вла-
димирской Божьей Матери, который Русь Древняя, Московс-
кая и Императорская окружила особым почитанием и лю-
бовью. Эта икона, подаренная художественным гением Ви-
зантии, "ни в искусстве Возрождения,
ни позже не была превзойдена инвенцией равной силы,
равного вдохновения, равного очарования" (Грабарь. С.
221). Считалось, что Богоматерь через икону-защитницу
предохраняет Русскую землю от врагов. Иконой Владимирс-
кой Божьей Матери, которая прошла через погром Батыя,
смуту 1603 - 1613 годов и все бури русской истории,
благословлялись великие князья на великое княжение, у
этой святыни служились молебны перед выборами митропо-
литов и патриархов и происходило коронование русских
царей.
В конце XIX - начале XX века Богородица изображалась
на знаменах и штандартах более чем полутора десятков
полков старой русской армии, на четырех из них изобра-
жалась Владимирская Божья Матерь (Звегинцов. С. 119).
Таким же великим духовным символом, как в России Влади-
мирская Божья Матерь, стала для польского народа другая
икона византийского письма (XII век) - икона Ченсто-
ховской Божьей Матери, попавшая через Галицкую Русь в
конце XIV века в Польшу (Рогов. С.316 - 319). На поль-
ских боевых знаменах "Матка Бозка" изображалась вплоть
до второй мировой войны.
На военных знаменах XVII века (как, впрочем, и позд-
нее, с конца XIX века) помимо Богоматери изображались и
другие святые, в том числе "Святой Сергий - Строитель
Русской Духовной Культуры" (по словам Н.К. Рериха).
Ордынское нашествие XII века растерзало первую госу-
дарственность вокруг "матери городов русских" - Киева и
общерусской святыни - Киево-Печерского монастыря. После
погибели "светло-светлой и украсно-украшенной" земли на
Днепре новому очагу суждено было воскреснуть в заокских
далях, вокруг новых центров духовности и державности -
Троицкого монастыря и Московского Кремля. Национальный
пантеон русских святых
сложился в XV - XVI веках, и центральными "осевыми" об-
разами для русского народа были Сергий Радонежский и
Владимир-Креститель, которые прочно держались в народ-
ной памяти, так же как св. Вацлав у чехов, св. Войцех у
поляков, св. Савва у сербов, св. Иштван у венгров,
Сен-Дени у французов.
Сергий Радонежский, подобно св. Франциску Асизскому
для итальянцев, дал народу духовную опору после Батыева
погрома и вызванного им "мертвого оцепенения" (по сло-
вам В.О. Ключевского).
Св. Сергий вдохновил русских людей на битву за русс-
кую свободу в 1380 году на Куликовом поле и послал с
войском Дмитрия Донского двух монахов - Пересвета и Ос-
лябю, превратив тем самым поход против Орды в священное
дело. Вот почему в похвалу Сергию помимо боевых знамен
"строились" плащаницы и хоругви на дорогих тканях с ли-
цевым шитьем, самоцветами, шелковыми, серебряными и зо-
лотыми нитями. Вот почему боевым кличем-зовом русских
ратей XVI - XVII веков (а также стрелецких полков) были
"Сергиев!" и "Москва!" (Восстание... С. 61). И тот и
другой были воинским девизом и программной идеей Рос-
сии.
Главные знамена средневековой России были уникальны
по исполнению. Стяг "Всемилостивейшего Спаса" 1552 года
был из багряной шелковой узорчатой ткани, образ Христа
вышит шелком, серебром и золотом, по откосу разбросаны
восьмиконечные звезды и два прямых креста, кромка обши-
та золотом. "Великий стяг" (1560 г.) Ливонской войны
Ивана Грозного площадью около 12 м2 имеет лазоревую се-
редину с образом Христа, едущего на коне в сопровожде-
нии сонма "небесного воинства", откос желтоватого, кай-
му брусничного цвета. "Государево знамя" царя Алексея
Михайловича 1653 года с ликом Спасителя, вышитым по
червчатой ткани, поразительно
по совершенству исполнения. Середина знамен Большого и
Особого полков 1653 и 1654 годов была малиновой, откосы
- белыми и зеленоватыми. Малиновым было и воеводское
знамя князя Д.М. Пожарского с изображением Архангела
Михаила с Иисусом Навином.
Основными регальными цветами русских великих князей,
царей и императоров были красный и золотой. С Петра Ве-
ликого к ним добавились черный и лазоревый.
В Российском царстве наследник престола, царевич,
присутствовал на приемах послов в красном кафтане. Того
же цвета были кафтаны царских сокольничих XVII века,
чертежное место для царского трона (вплоть до 1917 го-
да) и переносные балдахины над царем во время крестных
ходов. Красным с черным двуглавым орлом было знамя са-
мозванца Лжедмитрия I. Красным бархатом выложил Степан
Разин судно, на котором якобы должен был находиться ца-
ревич Алексей Алексеевич (Записки иностранцев... С.
111).
Красным бархатом или атласом обивались внутри царс-
кие кареты, сани, тронные кресла и государственный шит
Российской империи. В XIX веке алыми были парадные чер-
кески императорского конвоя.
Заметное место, как и при дворах всех европейских
монархов, занимал золотой цвет. На государственные и
религиозные праздники бояре, думные чины и московские
дворяне должны были являться либо в бархатных, либо
"объяринных" (из шелковой материи, которая иногда "про-
биралась" тонкими полосками золота или серебра) ферезях
(длинных мужских платьях с длинными рукавами,
без воротника, имевших значение официального "мунди-
ра").
В XVII веке на важнейшие праздники: Рождество, Кре-
щение, Пасху, Новолетие 1 сентября - предписывалось по-
являться в палатах Кремля в "золотых" ферезях (ПСЗРИ-1.
Т. 2. СПб., 1830. С. 288 - 289), что могли себе позво-
лить только богатые. Желтое с золотым шитьем, золотыми
цепями и наперсным крестом парадное облачение русских
царей ("большой чин"), а также золотой цвет орла на
гербовом знамени могут условно соотноситься с желтым
полотнищем императорского штандарта Петра Великого и
Государственных знамен России (1742 - 1917 гг.), а так-
же с полосой черно-желто-белого флага 1858 - 1883 годов
(см. ниже).
Почетным "царствующим" цветом считался у "белого ца-
ря" и белый цвет. На торжественных приемах у трона сто-
яли рынды в белых дамастовых кафтанах, белых сапогах, с
серебряными топориками на плечах. Перед Романовыми час-
то выносились белые гербовые знамена с золотой бахро-
мой, на одном из них орел был выписан "чернилами" (Ар-
сеньев-1. С. 146 - 148).
Во время парадных встреч послов часто выносились ла-
зоревые, красные и белые знамена. Знамя отряда телохра-
нителей в 1634 году было из белого атласа с двуглавым
орлом, лавровым венком, тремя коронами и надписью:
"Доблестью побеждаю". Появлялись иногда и поясные
двухцветные бело-красные штандарты (Олеарий. С. 46, 53
- 54).
Во время триумфа царя Алексея Михайловича, возвра-
щавшегося в Москву из победоносного похода под Вильнюс
и Ригу в 1655 году, алое "государево знамя" с ликом
Спасителя несли следом за вышитым золотом на драгоцен-
ном покрове орлом в самом почетном месте процессии.
"...Пред царским величеством несли знамя государе-
во, а по нем шел царское величество, в белой собольей
шубе с широким собольим ожерельем без шапки" (ПСЗРИ-1.
Т. 1. СПб., 1830. С. 373).
В 1668 году, в год создания первого военно-морского
бело-сине-красного флага (см. ниже), царь Алексей Ми-
хайлович указал написать гербовое ("гербовное") знамя,
которое вместило почти всю официальную и неофициальную
символику православного Российского царства. В опреде-
ленной мере это знамя можно считать предтечей Государс-
твенных знамен Российской империи 1742-1917 гг.
Как и знамя Спаса Нерукотворного, оно было трапецие-
видным, с широкой малиновой каймой, но образ Христа был
перемещен на ее верх, среди двух восьмиконечных русских
крестов с подножием.
На большую белую "косыню" (шириной 1,69 м, длиной
поверху 4,36 м) был помещен золотой двуглавый орел с
двумя коронами, скипетром и державой, на грудном щитке
орла - "царь, колющий копием змия". Под орлом был вид
Кремля с надписью "Москва", а кругом - областные гербы
царства. Все это, а также полный титул царя по кайме
раскрывало политическую программу правительства - объ-
единение всех земель Древней Руси под властью правос-
лавной Москвы.
Знамя участвовало во время государственных и церков-
ных церемоний и выполняло функции царского штандарта -
носилось перед царем в походах (ОМОП. Ч. III. Кн. 1. С.
44-49).
Красное гербовое знамя Петра I 1696 года, сшитое при
втором Азовском походе против османов, несло четкий от-
печаток правительственной программы "Морским судам
быть!". Оно было построено также по старым традициям, в
виде "косыни", с титулом царя на белой кайме. Но коро-
нованный тремя коронами золотой орел со Спасителем на
груди сжимал в лапах не скипетр и державу, а
два копья и парил над морем, по которому шли военные
галеры.