Главная/Государство. Общество. Армия/Христофор Леденцов/Жизнь. Труды
Волков, В. Общество поддержки научных исследований им. Х.С. Леденцова . //Вопросы истории. - 1997. - N 9


О вкладе русского купечества в развитие отечественной культуры и здравоохранения наслышаны если не все, то многие. Даже после революции, "экспроприировавшей экспроприаторов", основанная братьями П. М. и С. М. Третьяковыми картинная галерея продолжала называться Третьяковской, основанная в 1903 г. в В. Е. Морозовым больница - Детской больницей его имени; С. И. Мамонтов основал в 1885 г. частную русскую оперу; С. Т. Морозов участвовал в создании Московского художественного театра. Но мало кому известно, что и отечественная наука не была обойдена вниманием российских предпринимателей. Сейчас, когда одновременно начинает возрождаться частное предпринимательство, самое время вспомнить о Христофоре Семеновиче Леденцове и о созданном им частном обществе поддержки научных исследований'.
Родился Леденцов в 1842 г. в семье вологодского купца первой гильдии С. А. Леденцова; после окончания вологодской гимназии учился в Московской практической академии коммерческих наук, которую закончил с похвальным листом в 1862 году. Отец Леденцова был богат: владел землей под Вологдой, винокуренными заводами, доходными домами в Петербурге и Вологде, имениями в Сыромятниках, на Сходне и под Звенигородом. Сын сумел своим трудом увеличить состояние семьи и стал одним из самых богатых представителей купеческого сословия. Энергичный и предприимчивый, Леденцов много путешествовал по странам Западной Европы, изучая организацию различных производств. Он был хорошо образован, знал восемь языков, уже в зрелом возрасте некоторое время посещал Кембридж, где занятия ему, однако, пришлось прекратить в связи со смертью в 1897 г. жены С. Н. Белозеровой.
Личная библиотека Леденцова в Вологде насчитывала несколько тысяч томов научной и технической литературы. Любовь его к науке передалась и детям: сыновья Леденцова, Христофор и Максимилиан, после окончания Московского технического училища (соответственно в 1893 и 1898 гг.) стали инженерами-механиками. Христофор Семенович был экономным хозяином: в доме не знали роскоши, семья была ограничена в расходах. Однако при этом Леденцов, не скупясь, тратил немалые суммы на благотворительность. Так, он был одним из членов Общества вспомоществования нуждающимся ученикам Вологодской гимназии; будучи избран городским головой, он в марте 1885 г. выступил с предложением об учреждении первого в России городского ломбарда, основными закладчиками которого стали городская беднота и крестьяне близлежащих к Вологде уездов, причем в качестве основного капитала ломбарда, открытого в 1888 г., Леденцов внес свое жалованье за время службы в должности вологодского головы - свыше 6 тыс. руб.; на его средства в Вологде была организована богадельня для престарелых.
В середине 90-х годов прошлого века Леденцов переехал в Москву, где поселился в особняке своей сестры купчихи Обидиной на Мясницкой; сюда же он перевез свою уникальную библиотеку (в советское время в этом здании располагался Дом научно-технической пропаганды, в библиотеке которого сохранилась часть книг, ранее принадлежавших Леденцову). В Москве его благотворительная деятельность приобрела новое направление: он стал одним из инициаторов создания Музея содействия труду, задачей которого было облегчение условий труда, совершенствование охраны труда, содействие изобретениям, рационализирующим трудоемкие операции. Этот музей был организован в 1900 г. при Московском отделении Императорского Русского технического общества. Для устройства музея Леденцов передал Обществу 50 тыс. руб. и стал его почетным членом и председателем правления. Эта работа ввела Леденцова в круг научной общественности Москвы. Он тесно сблизился с группой профессоров - С. А. Федоровым, Н. А. Умовым, К. А. Тимирязевым, Н. В. Бугаевым, М. М. Ковалевским и др. Возможно, именно общение с ними и привело его к мысли завещать свой огромный капитал, составлявший примерно 2 млн. руб., на развитие научных исследований [1].
За 10 лет до смерти, в апреле 1897 г., Леденцов написал первый вариант завещания под названием "Нечто вроде завещания". "Я бы желал, - писал он, - чтобы не позднее 3 лет после моей смерти было организовано Общество (если к тому времени такового не будет существовать), если позволено так выразиться, "друзей человечества". Цель и задача такого Общества помогать по мере возможности осуществлению если не рая на земле, то возможно большего и полного приближения к нему. Средства, как их понимаю, заключаются только в науке и в возможно полном усвоении всеми научных знаний... Я не человек науки и техники, и нет у меня дара проповеди, но рядом со мной идут и люди науки и люди техники и после меня пойдут и те и другие. Облегчу и послужу их делу. Я не хочу дела благотворения, исцеляющего язвы людей, случайно опрокинутых жизнью, я ищу дела, которое должно коснуться самого корня человеческого благополучия" [2]. Леденцов боялся, что деятельность его Общества может свестись к "кабинетной" и поэтому особо настаивал на содействии разработке научных и технических задач, способных принести реальную пользу народу. Его девиз был - "Наука, труд, любовь, довольство". В разработке идеи нового общества Леденцову помогли советы тогдашнего президента Московского общества испытателей природы Умова, который очень точно понял намерения Леденцова и горячо поддержал его, вместе с ним разрабатывал первоначальный устав Общества, а после смерти Леденцова стал "идейным руководителем" Общества, развивая мысли его основателя.
Умов рекомендовал объединить в новом обществе представителей естественных наук, техники и широких кругов общественности, а во главе поставить два старейших и авторитетнейших московских вуза - Университет и Техническое училище (ныне Московский государственный технический университет). Директор Московского технического училища Федоров вспоминал: "В 1903 году Христофор Семенович обратился ко мне по рекомендации профессора университета, глубокоуважаемого Н. А. Умова, с просьбой помочь ему в осуществлении его заветной идеи - учредить Общество, которое бы имело своей целью: содействие научным открытиям и исследованиям в области естествознания, содействие изобретениям и усовершенствованиям в сфере техники и, наконец, содействие испытанию и проведению в жизнь научных и технических изобретений и усовершенствований. Этой последней задаче Христофор Семенович придавал особенно важное значение. Выражая тогда же полную свою готовность пожертвовать крупную сумму в видах обеспечения будущей деятельности общества, X. С. Леденцов ставил, однако, условием, чтобы пособия Общества направлялись преимущественно на такие открытия и изобретения, которые при наименьшей затрате капитала могли бы приносить возможно большую пользу для большинства населения, причем эти пособия Общества должны содействовать осуществлению и проведению в жизнь упомянутых открытий и изобретений, а не следовать за ними в виде премий, субсидий, медалей и т. п. Предварительный проект устава Общества, составленный самим инициатором при участии лишь небольшого интимного кружка лиц, был тогда же (в 1903 г.) предложен нами на обсуждение и разработку в особую комиссию в составе ректора Имп. Московского университета (А. А. Тихомиров), директора Имп. Технического училища (которым в то время был я), профессоров университета и Технического училища и некоторых лиц из среды общественных деятелей, известных выдающимися трудами в области промышленности и техники. Подобный троякий состав комиссии, по мнению инициатора проектируемого Общества, наилучшим образом гарантировал успех и наиболее правильное жизненное направление столь важного по значению и столь оригинального по замыслу начинания" [3].
Согласно проекту устава, Общество намеревалось давать отзывы о представленных исследованиях, открытиях и усовершенствованиях; выдавать денежные пособия на научные исследования, проведение опытов, изготовление моделей и аппаратов; оборудовать лаборатории и библиотеки; организовывать экспертизы; ходатайствовать о допущении лиц, нуждающихся в производстве специальных работ, в лаборатории Московского университета и Технического училища. Средства Общества, по уставу, составлялись из пожертвований, в частности из капитала Леденцова. Действительными членами Общества могли состоять лица, "заявившие себя трудами в области естествознания или техники, и лица, известные своей технической и промышленной деятельностью". Почетные члены должны были избираться из лиц, известных трудами по естествознанию и технике или оказывающих Обществу особые услуги. Всеми делами управляли общее собрание и избиравшийся на три года Совет Общества, в который входили: председатель и его товарищ (из числа занимающих или занимавших профессорские должности на физико-математическом факультете университета или в Техническом училище), 16 членов (в том числе четыре профессора Университета, избираемых Физико-математическим факультетом, и четыре профессора Технического училища, избираемых его Учебным комитетом), ректор Университета и директор Технического училища.
Началось бесконечное хождение проекта по канцеляриям - попечителя Московского учебного округа, генерал-губернатора, Министерства народного просвещения. Необычность проекта настораживала. Чтобы ускорить бюрократические формальности, весной 1904 г. Леденцов внес в кассу Московского университета первоначальный взнос ценными бумагами на 100 тыс. руб. от имени "лица, пожелавшего остаться неизвестным". Он был в курсе всех перипетий переговоров директора Технического училища С. А. Федорова и ректора университета Л. К. Лахтина с властями. В письме Федорова Лахтину от 7 (20) октября 1904 г. об этом говорится: "X. С. Леденцов, получив Ваше письмо с приложением замечаний Министерства народного просвещения на проект устава сего Общества и с предложением собрать учредителей, подписавших устав, обратился ко мне, когда я был у него, с просьбой по поводу этого дела [...]. Ввиду сего позвольте покорнейше просить Вас как ректора университета или собрать учредителей, или же, по примеру прошлого, выразить согласие, чтобы я разослал повестки заинтересованным лицам, назначив собрание в один из праздничных дней или воскресных в два часа дня и в зале Правления университета. При этом должен заметить, что проект устава разрабатывался ближайшим образом при участии следующих лиц: А. А. Тихомирова, проф. Н. А. Умова, проф. Н. Е. Жуковского, проф. П. П. Петрова, проф. А. П. Гавриленко, проф. М. П. Прокунина, проф. Я. Я. Никитинского, проф. С. А. Федорова, X. С. Леденцова, инженера Н. П. Зимина, инженера В. В. Зотикова и присяжного поверенного В. В. Приживальского" [4].
Устав Общества был утвержден министром народного просвещения лишь 24 февраля 1909 года. Леденцову не суждено было дожить до этого дня: 31 марта 1907 г. он умер в Женеве, где около двух лет лечился от туберкулеза легких. Тело его было перевезено в Вологду и захоронено на Введенском кладбище, рядом с женой. Согласно духовному завещанию, составленному им 13 апреля 1905 г. и утвержденному к исполнению Московским окружным судом 20 июня 1907 г., все его движимое и недвижимое имущество переходило в собственность Московского университета и Московского технического училища и после реализации и обращения в государственные или правительственные гарантированные бумаги должно было составить специальный фонд имени X. С. Леденцова [5].
В завещании были указаны особые условия, на которых Общество, учреждаемое при Московском университете и Московском техническом училище, могло распоряжаться капиталом Леденцова. В частности, все расходы должны были производиться из процентов с неприкосновенного капитала, причем собственно на нужды Общества отводилось 90% дохода с капитала, а на "аппаратные" расходы (канцелярские, почтовые, издательские и т. п.) - не более 10%. Завещанием также предусматривалось, что "Совет Общества по мере надобности обращается циркулярно к русским и иностранным университетам и к высшим техническим учебным заведениям, а также к различным учреждениям и лицам за указанием тех работ, которым, в той или другой форме, Совет мог бы придти на помощь и оказать содействие при разработке научных и технических вопросов". Кроме того, поддержка Обществом изобретателей предполагалась не только в денежной форме, но и "в организации возможно выгодно использования открытий и изобретений на заранее письменно согласованных условиях", причем "часть прибылей должна поступать в особый фонд Общества, предназначенный исключительно на осуществление и проведение в жизнь открытий и изобретений".
Торжественное открытие Общества содействия успехам опытных наук и их практических применений состоялось в Москве 24 февраля 1909 г. в помещении Политехнического общества (Малый Харитоньевский пер., д. 4, а 17 мая того же года на первом общем организационном собрании был избран Совет, в который вошли заслуженный профессор Федоров (председатель), заслуженный профессор Умов (товарищ председателя), А. А. Мануйлов (ректор Московского университета), профессора Университета П. П. Лебедев, И. А. Каблуков, А. П. Павлов, профессора Московского технического училища А. П. Гавриленко, П. П. Петров, Я. Я. Никитинский и В. И. Гриневецкий. В число 110 действительных членов Общества были избраны такие выдающиеся ученые, как Д. Н. Анучин, А. М. Бочвар, В. И. Вернадский, В. В. Зворыкин, Н. Д. Зелинский, К. А. Круг, П. П. Лазарев, Д. Н. Прянишников, С. А. Чаплыгин, А. Е. Чичибабин, Л. А. Чугаев и др. Почетными членами стали Н. Е. Жуковский, И. И. Мечников, К. А. Тимирязев и др. К 1 января 1917 г. действительными членами Общества состояли уже около 300 человек, в него вошли и представители деловых кругов - директор Правления Товарищества Московского металлического завода Ю. П. Гужон, председатель Московского биржевого комитета Г. А. Крестовников, директора правления Богородско-Глуховской мануфактуры Н. Д. Морозов и П. А. Морозов, директор Товарищества Новокостромской мануфактуры С. Н. Третьяков, а также представители гуманитарных наук - П. И. Новгородцев, М. К. Любавский.
Были созданы экспертные комиссии по специальностям, которые возглавили Жуковский (воздухоплавание), Каблуков (химия), Лебедев (электротехника), Петров и Никитинский (химическая технология, горное дело и металлургия), Гавриленко (строительное дело) и Гриневецкий (двигатели всех родов).
18 мая 1909 г. состоялось первое заседание Совета Общества под председательством Федорова, который в своей приветственной речи назвал задачи, стоящие перед Обществом, беспримерными - "как по разнообразию и сложности вопросов, так и по разносторонности развития внутренней жизни Общества и проявления его деятельности в областях не только научно-технической, но в гуманно-просветительной, и даже отчасти, быть может, предпринимательской". "Мы не встречаем подобного широкого поля деятельности, пожалуй, ни у одного из существующих учреждений, не только русских, но и иностранных", - сказал он [6].
Из протокола этого заседания видно, что среди членов Совета разгорелась оживленная дискуссия при обсуждении вопроса об основных принципах финансирования лиц, желающих получить помощь Общества, и о характере деятельности Общества в целом. Умов представлял себе деятельность Общества как работу ряда комиссий по всестороннему изучению естественных производительных сил и насущных нужд страны для определения тех мер, которые принесли бы наибольшую пользу населению; он проектировал небольшие съезды специалистов по отдельным отраслям науки и техники, которые разрабатывали бы намеченные Обществом вопросы, заданные Обществом темы в поисках оптимального решения выдвинутых жизнью задач, содействуя тем самым прогрессу науки и техники и как следствие - повышению "довольства" людей.
С точки зрения Умова, не следовало "ограничивать роли Общества ответом на готовую уже собственную идею или тему изобретателя, принадлежность которой именно изобретателю к тому же не всегда легко установить и которая в громадном большинстве случаев оказывается безрезультатной, а наоборот, идя более надежным путем - создания собственной установки, указывать при этом самые темы или задачи, обещающие при надлежащей их научной и технической разработке наиболее надежные и плодотворные результаты; такую обстановку могли бы дать лаборатории и другие пособия научно-экспериментального характера, учреждаемые или субсидируемые Обществом".
Жуковский, напротив, утверждал, что деятельность Общества должна заключаться и "в непосредственной помощи - деньгами, советами, указаниями тем изобретателям, которые, имея уже готовую идею и проект, не в состоянии реализовать их по разным обстоятельствам, чаще всего по недостатку средств для опытов; особенного внимания заслуживает категория изобретений из области различных приспособлений для кустарной или хозяйственной отрасли промышленности, обслуживающих интересы народных масс". Петров предложил, следуя примеру некоторых зарубежных обществ, установить премии и медали за успешно проведенные работы на темы, указанные Обществом.
Никитинский, поддержавший Умова, предостерег, кроме того, членов Совета от поощрения или субсидирования коммерческих начинаний "в виде, например, устройства целых промышленных предприятий для эксплуатации изобретений, так как эти начинания, успех которых зависит далеко не от одних технических условий, могут вовлечь Общество в непосильные затраты и во всяком случае сопряжены с большим риском. С другой стороны, - заявил он, - всякий живой почин людей, идущих путем строго научной разработки вопросов, ищущих поддержки в виде сумм на необходимые опыты, заслуживает всяческого поощрения". Федоров, сославшись на ясно выраженную волю Леденцова, напомнил, что "ввиду уже существующего громадного наплыва всяких изобретателей, ждущих нашего содействия, Общество не вправе было бы отказываться от этой стороны своей деятельности, тем более, что многие, быть может, действительно ценные изобретения, часто не могут реализоваться из-за окружающих неблагоприятных условий" [7].
Результатом дискуссии стало решение проводить работу в двух направлениях - создание "собственной установки" Общества и непосредственная индивидуальная помощь изобретателю, причем первое было признано важнейшим и основным. По решению Совета Обществу было присвоено имя Леденцова, а его девиз - "Наука, труд, любовь, довольство" - вместе с его портретом изображены на дипломах, адресах и медалях, выпускаемых Обществом, и стали его эмблемой. В 1910 г. на могиле Леденцова в Вологде был установлен памятник, на постаменте которого также были выбиты слова девиза.
Одним из первых шагов нового Общества стало "Обращение к иностранным университетам, высшим техническим училищам и обществам научным и техническим" с предложением об установлении взаимных контактов по обмену литературой, патентной информацией; кроме того, Леденцовское общество выразило готовность оказывать содействие зарубежным изобретателям и исследователям [8]. Уже в 1910 г. начал выходить печатный орган Общества - журнал "Временник", редактором которого до 1915 г. был Умов, а с 1915 г., после смерти Умова, - Каблуков. Журнал выходил три раза в год и включал сведения о работе Общества, рефераты экспертных комиссий, правительственные распоряжения по поводу изобретений и открытий, изложение иностранных законодательств по вопросам изобретений, оригинальные и переводные научные статьи, ответы на вопросы по изобретениям и объявления. Позднее в журнале стали печатать отчеты об исследованиях, проводимых при поддержке Леденцовского общества. Помимо основных выпусков, периодически выходили "Приложения" к ним, посвященные актуальным научно-техническим проблемам.
Следуя уставному положению о распространении содействия Общества на всех лиц, независимо от их звания, национальности и пола, Совет рассматривал заявления о предоставлении субсидий демократично и быстро. Для получения помощи следовало направить в адрес Общества заявление, в нем назвать проблему, которую автор собирался разрешить, предполагаемые результаты в случае успеха, необходимые приборы и оборудование, примерную стоимость работ и заполнить краткий, из семи вопросов, опросник. В течение месяца экспертная комиссия представляла Совету свое заключение, а тот принимал окончательное решение. Лицо, получившее субсидию, обязывалось по истечении установленного Советом срока отчитаться о расходовании полученных средств. Формы отчетности Совет мог назначить разные: доклад на заседании Совета или годичного собрания Общества, публикация статьи во "Временнике" или просто письменный отчет, после чего Совет принимал решение о возобновлении или прекращении финансирования той или иной работы.
Первые итоги работы Общества подвел Умов в статье "Несколько слов о деятельности Общества имени X. С. Леденцова", напечатанной в "Русских ведомостях" 14 июля 1911 г.: "По 1-е января 1910 г. в восьми работающих при Обществе экспертных комиссиях ... рассмотрено и в случае надобности исследовано около 300 изобретений, авторы которых желали получить помощь в совокупности на сумму около 300 000 р. (доход Общества - 72 000 р. в год) ... По каждому заявлению состоялось мотивированное постановление совета Общества, занесенное в протокол. Из этих заявлений только около 18% оказались заслуживающими поддержки, которая и оказана сообразно действительной потребности, в размере около 12 000 р. Изобретатели, которым было отказано в помощи, т. е. 82%, получили подробную мотивировку отказа, и им предоставлена возможность получать дальнейшие разъяснения. Я не имею права приводить здесь примеры фантастических и несообразных проектов, предлагавшихся изобретателями, т. к. Общество обязано соблюдать тайну доверяемых ему идей; но Общество вменяет себе в заслугу, что разбором подобных проектов, нередко представляющих большие затруднения в улавливании или идеи, или ошибки изобретателя, оно получает возможность охранять от бесплодных затрат труда, времени и материальных средств людей, заблуждающихся по тем или иным причинам. Для осуществления подобного содействия, вполне гармонирующего с идеями X. С. Леденцова, который под содействием разумел не одну материальную помощь, но и разумный совет, Общество употребляет все зависящие от него меры. И в этом отношении совет Общества с полным правом может сказать, что им удовлетворены все, если не изобретатели, то вопросы, ими возбуждаемые". В последующие годы число удовлетворенных заявок росло и в 1913 г. составляло уже более 30%.
В числе получивших помощь Общества в 1910 г. были как маститые ученые (И. П. Павлов - на постройку здания физиологической лаборатории, Л. А. Чугаев - на проведение исследований комплексных соединений платины и ее спутников; А. Е. Чичибабин - на исследование отходов переработки нефти с целью получения из них медицинских препаратов, живший в Болгарии профессор Софийского университета П. И. Бахметьев - на исследование явлений анабиоза, профессор Киевского политехнического института К. Г. Шиндлер - на нужды станции испытания земледельческих машин и орудий), так и недавние выпускники вузов и изобретатели-самоучки, предложившие оригинальные исследовательские проекты. Например, студент Московского технического училища Л.Я.Карпов, в ноябре 1910г. блестяще защитивший дипломную работу "Об окислении этилового спирта в присутствии катализатора", решил использовать найденную технологию в производственном масштабе, но средств на это у него не было. По совету своего научного руководителя проф. С. П. Лаптового, Карпов в том же месяце обратился в Общество с заявлением, в котором излагал суть своей идеи - новый, дешевый способ получения уксусной кислоты - и пути ее реализации и просил материальной поддержки. Менее чем через месяц, в декабре, Совет, рассмотрев просьбу Карпова, вынес решение: выдать ему шестимесячное пособие (по 50 руб. в месяц для проведения исследований и 100 руб. на материалы и оборудование). Благодаря этой поддержке работы были успешно проведены, и год спустя, в ноябре 1911г., Карпов представил в Совет подробный отчет о полученных результатах. (После революции Карпов стал первым советским организатором и руководителем химической промышленности).
Химик-изобретатель московской фирмы "Богатырь", производящей резинотехнические изделия, И. И. Остромысленский, работавший над проблемой синтеза мономеров, получения каучука и превращения его в резину, в начале 1912 г. получил от Общества средства на приобретение необходимого оборудования [9] и в немалой степени именно благодаря этому смог в 1915 г. осуществить полимеризацию изопрена под действием света. (В 1922 г. Остромысленский эмигрировал в США, где создал ряд промышленных производств синтетического каучука). Совет Общества поддержал предложение молодого изобретателя химика Г. С. Петрова об использовании отходов химической очистки продуктов первичной переработки нефти - сульфокислот. Выделенные Обществом средства позволили Петрову провести в лаборатории Московского технического училища исследования процесса образования сульфокислот при очистке нефти, а уже в конце 1911 г. разработать и запатентовать промышленный метод использования сульфокислот в качестве расщепителей жиров при получении глицерина и свободных жирных кислот, а позднее - в качестве катализатора при получении феноло-формальдегидного полимера - первой отечественной пластмассы под названием "карболит", выпуск которой начался в 1914 году. Таким образом, в этой работе Общество помогало исследователю на всех стадиях - от лабораторных испытаний до успешного промышленного применения полученных результатов.
Характерным для Общества было направление средств не на исследования, приносящие скороспелые плоды, а на рассчитанные на длительную разработку, не скользящие по поверхности знания, но затрагивающие его глубины, на исследования, закладывающие фундамент новых направлений в науке. Именно к таким относятся исследования радиоактивных минералов Российской империи, инициатором которых был В. И. Вернадский. С 1910 г. он неоднократно обращался в Академию наук с обоснованием необходимости поисков и разведки радиоактивных минералов на территории России, а также систематического изучения их свойств. По его настоянию Академия наук обратилась к правительству с просьбой о выделении средств для организации экспедиций с целью исследования залежей радиоактивных минералов в Фергане, Ильменских горах, на Кавказе и в Западной Сибири. В 1911 - 1914 гг. эти экспедиции состоялись при личном участии Вернадского. Однако и работа в лаборатории требовала денег, и Владимир Иванович обратился за поддержкой в Леденцовское общество. В своем обосновании он писал, что планируемая им работа, с одной стороны, "заключается в изучении явлений радиоактивности среди минералов и горных пород Российской империи, но с другой стороны она связана с исследованием свойств природных соединений тора, урана, редких земель, благородных газов", и эти знания "должны быть положены в основу всех наших поисков радиоактивных руд и всех наших соображений о распространении радиоактивных тел в земной коре... Обдумывая характер быстрого и планомерного исполнения этой работы, я остановился в конце концов на исследовании спектроскопии минералов... Я думаю, что в течение двух лет при систематической работе этого рода получатся данные, которые выяснят основные черты парагенезиса химических элементов земной коры... Для этой работы необходима особая комбинация спектроскопов" [10]. И далее Вернадский просил выделить средства на приобретение спектроскопов и другого оборудования, а также на оплату труда сотрудников.
Совет Леденцовского общества в заседании от 8 февраля 1911 г. вынес решение "ввиду высокой важности и национального значения намеченных исследований" ассигновать испрашиваемую сумму в размере 3600 рублей и просить Вернадского подготовить на эту тему статью для "Временника". В дальнейшем субсидии на эти цели выделялись неоднократно. Таким образом, на средства Общества было закуплено оборудование для Минералогической лаборатории при Геологическом и минералогическом музее Академии наук в Санкт-Петербурге. Эта лаборатория стала первой в мире геохимической лабораторией. Позднее, по мере накопления материала радиевых экспедиций, она превратилась в Радиогеохимическую, или Радиологическую, лабораторию, на базе которой оформилась крупная научная школа геохимиков и минералогов, заложившая основу для создания радиевой промышленности и развития радиогеологии. Сама радиологическая лаборатория вошла позднее составной частью во вновь организованный Радиевый институт при Российской Академии наук.
Леденцовское общество оказало материальную и моральную поддержку группе профессоров, оставивших в 1911 г. Московский университет в знак протеста против реакционных действий министра просвещения. В их числе был и П. Н. Лебедев - блестящий физик, экспериментатор-виртуоз, автор исследований, выполненных скромными средствами на грани технических возможностей своего времени, открывший короткие электромагнитные волны, в частности давление света на твердые тела. Выйдя из университета, он потерял возможность продолжать исследования. При желании он мог бы уехать за границу - многие зарубежные лаборатории сочли бы за честь принять Лебедева в число своих сотрудников. Однако при этом перестала бы существовать созданная им лаборатория - школа научных работников и отечественная наука понесла бы невосполнимый урон. В марте 1911г. Лебедев обратился за помощью в Леденцовское общество. В заседании Совета было решено "сохранить в России выдающуюся научную силу, представляемую членом Лондонского Королевского Общества П. Н. Лебедевым, и обеспечить существование лаборатории как школы научных работников, которыми далеко не так богата Россия" [11] За рекордно короткий срок (менее 3 месяцев) с помощью Общества, выделившего 15 тыс. руб., Лебедев организовал физическую лабораторию и рентгеновский кабинет при Московском городском народном университете им. А. Л. Шанявского. Работы по спектроскопии и магнетизму были рассчитаны на несколько лет. 14 марта 1912 г. П. Н. Лебедев умер; исследования были продолжены под руководством П.П.Лазарева, и до 1917г. лаборатория ежегодно получала от Общества дополнительные ассигнования на приобретение оборудования.
С помощью Леденцовского общества в Московском университете была оборудована аэродинамическая лаборатория Жуковского, а для уже существующей в Московском техническом училище лаборатории приобретено оборудование для испытания гребных винтов и моделей. По просьбе проф. Г. В. Вульфа на средства Общества были приобретены приборы для изучения строения кристаллов; в 1913 г. независимо от английского физика Л. Брэгга он вывел условия интерференционного отражения рентгеновских лучей от кристаллов, положенные в основу рентгеновской спектроскопии.
Леденцовское Общество постоянно расширяло круг своей деятельности. В конце 1913 г. на одном из заседаний Совета было рассмотрено и одобрено предложение Лазарева "о устройстве в Москве выставки приборов, изобретенных русскими учеными, а также печатании в изданиях Общества диссертаций по естествознанию, в особенности тех, которые вышли из лабораторий, субсидируемых Обществом. В России нет центрального места, в котором можно было бы получать напечатанные диссертации". К октябрю 1918 г. библиотека Леденцовского общества насчитывала 2,5 тыс. книг и 3,5 тыс. русских и иностранных журналов и была лучшей технической библиотекой Москвы того времени [12]. Общество субсидировало научные командировки ученых по России и за рубеж. Отчеты об этих поездках, как правило, рассматривались на заседаниях Совета или годичных собраниях, а затем публиковались на страницах "Временника". Живо и интересно написанные, они сохранили познавательное значение и до наших дней - таковы, например, статьи Каблукова "Как популяризуется наука в Германии" и "Институт Карнеги в Вашингтоне" [13].
Периодическую материальную поддержку от Леденцовского общества получали Московское общество испытателей природы, Карадагская научная станция, Русское физико-химическое общество, Оргкомитет I Всероссийского съезда по вопросам изобретений, который состоялся в октябре 1916 г. в Москве. С началом первой мировой войны значительную часть средств Общество направляло на проведение исследований и приготовление остродефицитных медикаментов, в частности морфия и кодеина. Их производство было налажено Чичибабиным с помощниками в Московском техническом училище. Субсидировались также проводимые в 1916 - 1917 гг. под руководством Н. Я. Демьянова опыты по получению новокаина в Московском сельскохозяйственном институте.
В научных кругах Общество пользовалось большим авторитетом - просвещенные современники быстро поняли и высоко оценили его значение. И. П. Павлов, выступая в декабре 1910 г. на собрании Общества, отозвался о нем так: "Общество, уже располагающее большими ежегодными суммами для поддержки назревающих научных предприятий и потребностей в области естествознания и его приложений, общество с особо благоприятными на здешней почве видами на дальнейший рост своих материальных средств, общество с обширной жизненной программой и с практичным способом ведения дела, общество, руководимое в своей деятельности коллегиями академических представителей теоретического и практического знания, представляется мне огромным, небывалым фактором русской жизни" [14]
Деятельность Леденцовского общества продолжалась еще целый год после Октябрьской революции. Однако постановлением ВСНХ от 8 октября 1918 г. его имущество было национализировано. Общество им. X. С. Леденцова прекратило свое существование. Ученые Московского университета и Московского технического училища пытались противостоять этой акции. 24 октября 1918 г. Комиссия, созданная по поручению Совета университета, под председательством заслуженного профессора И. А. Каблукова (в ее состав входили: ректор университета М. А. Мензбир, председатель Общества С. А. Федоров, профессора А. П. Павлов, А. М. Настюков и др.) обсудили вопрос "о создавшемся для Леденцовского общества положении". Совещание выразило пожелание, "чтобы ВСНХ при проведении в жизнь этого декрета имел в виду интересы также Университета и Технического училища не только материального порядка, как правопреемников Общества при ликвидации или прекращении его деятельности, но и особенно морального порядка, дабы при таком переходе не потерпело ущерба вполне налаженное многолетним опытом участие их в совместной с Обществом имени Леденцова научной деятельности. Эта деятельность проявлялась в основании и поддержании существующих лабораторий и научных станций, в поддержке научной инициативы известных деятелей, а также и начинающих молодых научных сил России в создании научных трудов и диссертаций и проч." [15]. Но все хлопоты оказались напрасными. К моменту ликвидации в Обществе состояло около 300 человек. Членами его были люди, оставившие заметный след в истории отечественной науки. Общество Леденцова, существовавшей всего девять лет (1909 - 1918), сыграло исключительно важную роль в развитии научных и технических исследований в нашей стране. Однако имя его основателя оказалось незаслуженно забытым. Историкам еще предстоит осветить вклад русского купечества в развитие производительных сил России, поощрение изобретательства, помощь учебным заведениям и отдельным ученым.

Примечания
1. См. РЫБНИКОВ В. Инкогнито из Вологды. - Изобретатель и рационализатор, 1987, № 9; МОРОЗОВА С. Г. Общество содействия успехам опытных наук имени X. С. Леденцова. М. 1993.
2. Центральный исторический архив г. Москвы (ЦИАМ), ф. 372, оп. 2, д. 1097, 1644.
3. ФЕДОРОВ С. А. Памяти Христофора Семеновича Леденцова. М. 1910, с. 1 - 3.
4. ЦИАМ, ф. 418, оп. 72, д. 560, л. 23 - 23 об.
5. Там же, л. 63 - 64 (текст завещания X. С. Леденцова).
6. Там же, ф. 224, on. 1, д. 4, лл. 2 - 2 об.
7. Там же, л. 4 - 5.
8. Временник, 1910, вып. 3, с. 3 - 5.
9. ЦИАМ, ф. 224, on. 1, д. 965.
10. Там же, д. 204, л. 1 - 3 об.
11. Временник, 1911, вып. 2, с. 17.
12. Там же, 1914, вып. 1, с. 28; КАРАТЫГИНА Т. Ф. Библиотека Общества содействия успехам опытных наук и их практических применений им. X. С. Леденцова. - Научные и технические библиотеки СССР, 1979, № 6.
13. Временник, 1912, № 1, с. 80 - 90; 1913, вып. 2, с. 15 - 36.
14. ПАВЛОВ И. П. Задачи и устройство современной лаборатории для изучения нормальной деятельности высшего отдела нервной системы у высших животных. - Временник, 1911, вып. 1, с. 67 - 68.
15. ЦИАМ, ф. 418, оп. 72, д. 560, л. 177 - 178.

Жизнь. Труды
Альбом
 
скачать видео по охране труда для офисных работников