Главная/Искусство/Николай Бурмагин. Генриетта Бурмагина/Жизнь. Труды
В. В. Воропанов
ПАМЯТНИКИ ИКОНОГРАФИИ ВОЛОГДЫ
Альбом гравюр Г. и Н. Бурмагиных "Памятники архитектуры города Вологды". 1971 //
Вологда: Ист.-краевед. альманах - Вып. 2. - Вологда, 1997

В художественно-графической иконографии Вологды последних десятилетий наибольшую известность и популярность приобрели гравюры на дереве Генриетты и Николая Бурмагиных 1960-1980-х годов. Эти работы постоянно экспонируются на больших и малых выставках. Зачастую именно по ксилографиям Бурмагиных у многих людей, сопричастных изобразительному искусству, формируется первое, а иногда и наиболее сильное представление о своеобразии архитектурно-художественного облика Вологды.
Архитектурные мотивы Вологды являются неотъемлемой частью общего творческого наследия Бурмагиных. Это образный и стилистический стержень их видения мира, понимания задач искусства. Поэтому вологодская тема так полно представлена в их книжных знаках и книжных иллюстрациях, отдельных станковых гравюрах, в так называемой обстоятельственной графике. В 1969 году художники начали систематически работать над созданием единого цикла гравюр о городе и воплотили этот замысел в 1970-1971 годах в альбоме "Памятники архитектуры города Вологды". В серии ксилографии Г. Бурмагиной "Моя Родина" 1981- 1983 годов образ родной северной земли также ассоциируется с миром архитектуры, культуры и искусства Вологды. Вокруг центрального листа Цикла с изображением панорамы города располагаются гравированные портреты выдающихся людей Русского Севера: от К. Батюшкова до А. Яшина, Н. Рубцова, В. Белова и В. Астафьева.
Альбом гравюр Бурмагиных "Памятники архитектуры города Вологды" 1971 года явился прямым продолжением городской художественно-иконографической традиции, начатой в 1922 году совместной работой И. Варакина и Н. Дмитревского "Старая Вологда". Во многом возрождая и развивая идеи своих предшественников, Бурмагины придали им новое художественно-образное звучание, создали совершенно самостоятельный и оригинальный по пластике цикл гравюр. Это было обусловлено необычайно широким развитием искусства гравюры в Вологде 1960- 1970-х годов и активным процессом изучения культурно-исторического наследия города в то время.
Бурмагины пришли в изобразительное искусство Вологды в середине 1960-х годов, впервые заявили о себе в 1965 году на первой областной выставке графики. Их жизненный и творческий путь был во многом схож с судьбой ближайших коллег и друзей, определивших лучшие достижения искусства Вологодчины тех лет. Это В. Корбаков и Д. Тутунджан, Н. Баскаков и Е. Соколов, В. Сергеев и В. Едемский.
Николай Васильевич Бурмагин родился в 1932 году в деревне Журегино Никольского сельсовета Сокольского района нашей области, Генриетта Николаевна - в 1939 году в Харовске. Оба были связаны с традиционным укладом русской провинциальной жизни, начинали свой трудовой путь с простых профессий: штурвальный на пароходе "Псков" Сухонского речного пароходства и столяр в мастерских Вологодского судоремонтного завода; лаборантка Харовской контрольно-семенной лаборатории. Они вместе учились в Ярославском художественном училище с 1959 по 1964 год, там познакомились и поженились в 1962 году. После окончания училища Бурмагины жили и работали в Вологде. В первые годы они преподавали рисование в школах города, но очень быстро вышли на путь собственного творчества. Они были всегда полны конкретных интересных идей, замыслов, стремились участвовать в процессе возрождения художественных и общекультурных традиций города и края. Генриетта Бурмагина работала художником в редакции газеты "Вологодский комсомолец" и во многом сформировала новый стиль этого очень популярного в те годы молодежного издания. По инициативе Николая Бурмагина в Вологде была создана детская художественная школа, многие выпускники которой впоследствии стали известными художниками.
В 1968 году Бурмагины были приняты в члены Союза художников СССР, в 1975 году Генриетте Бурмагиной было присвоено звание заслуженного художника РСФСР. Судьба так распорядилась, что совместная творческая работа художников продолжалась всего десять лет. В 1974 году Николай погиб в автомобильной катастрофе. Через десять лет, в 1984 году, после тяжелой, изнурительной болезни умерла Генриетта Николаевна. Сегодня стоит только удивляться тому, как много было сделано ими за те годы напряженного и подвижнического творческого труда: около пятисот станковых и книжных гравюр, более ста книжных знаков, многочисленные рисунки и акварели. Самое главное, именно Бурмагины более всего определили своеобразие и значимость такого немаловажного явления в российском искусстве семидесятых годов, как "вологодская графика".
Бурмагиным повезло, так как они пришли в искусство в период буквально всеобщего интереса к графике и в первую очередь к авторской гравюре - эстампу. Возрождение интереса к гравюре в конце 1950-х - 1960-е годы было связано со стремлением творческой молодежи уйти от ложной патетики, штампов и догм живописи социалистического реализма сталинской эпохи. Черно-белая, строгая и мобильная по отклику на волнующие события жизни ксилография была созвучна устремлениям искусства того времени, часто определяемого понятием "суровый стиль". Гравюры Бурмагиных по образно-пластическому решению близки произведениям таких ярких "шестидесятников", как В. Попков, В. Иванов, И. Сбросов, П. Оссовский, Б. Успенский. Тем более, что они были дружны. В 1970-е годы Николай Бурмагин как художник и творческая личность выдвинулся в число ведущих графиков России, был избран членом правления Союза художников СССР.
Создание альбома Бурмагиных "Памятники архитектуры города Вологды" было обусловлено своеобразием городской художественной жизни 1960-1970-х годов. Именно это наложило особенный отпечаток на понимание стилистики бытия прошлых традиций в контексте меняющегося вологодского быта, что мы остро чувствуем в гравюрах альбома. В отличие от линогравюр И. Варакина и Н. Дмитревского 1922 года с их тревожно-ностальгическим ощущением уходящей эпохи, гравюры на дереве Бурмагиных полны оптимизма, веселой сказочности и фантазии. Это было обусловлено верой нового поколения художников не только в сохранение и возрождение русских архитектурно-художественных традиций, но и в возможность органичного вхождения прошлого в динамичный мир современности.
Своеобразными соавторами Бурмагиных в работе над циклом гравюр о вологодской архитектуре можно считать активных деятелей культуры Вологды тех лет. Это искусствоведы, критики, музейные работники: С. Г. Ивенский, Л. Ф. Дьяконицын, И. А. Пятницкая, ученые и коллекционеры П. А. Колесников, В. В. Гура. Именно они вместе со своими коллегами и друзьями способствовали формированию общественного и творческого интереса к старой Вологде, к искусству гравюры. Альбом Бурмагиных создавался на фоне интенсивной творческой деятельности областной картинной галереи и областной организации Союза художников по развитию традиций серьезного профессионализма в искусстве и культуре Вологодского края.
Необходимо отметить отдельные важные факты из истории культурной жизни Вологды 1960-х годов. В августе 1961 года в картинной галерее открылась первая в истории города специальная графическая выставка "Советский эстамп. 1917-1961", на которой были показаны работы из коллекции ленинградского искусствоведа и собирателя П. Е. Корнилова. Тогдашний директор галереи С. Г. Ивенский писал о выставке: "Массовость эстампа, его сравнительная доступность обещают ему большое будущее. Однако для широкого проникновения в быт трудящихся недостаточно одних добрых пожеланий. Пусть же выставка советского эстампа в равной степени послужит не только предметом воспитания вкуса, но и непосредственным стимулом для вологодских художников, от которых мы ждем массового высокохудожественного эстампа"1.
Выставка "Советский эстамп", наряду с открывшимися в том же году в картинной галерее экспозициями "Русская гравюра" и "Русские рисунки 19-20 века", действительно оказалась тем импульсом, который способствовал обращению вологодских художников к гравюре. В феврале 1962 года В. Н. Корбаков представил коллегам свои первые гравюрные опыты, о чем С. Г. Ивенский написал так: "Присутствующие увидели, что в Вологде возрождено искусство большой культуры и огромных возможностей - искусство эстампа"2. Затем последовала большая серия специальных графических выставок, на которых воспитывались и Бурмагины, и другие вологодские художники-графики: первая в городе выставка книжного знака в 1962 году, выставка графики Н. П. Дмитревского в 1964 году, персональные выставки работ известных советских граверов Н. И. Пискарева, Г. А. Кравцова, И. И. Варакина, М. С. Чураковой. В 1964 году в Вологде состоялась первая в истории края выставка работ зарубежного графика - экспонировались ксилографии бельгийского художника Г. Годуэна. Затем последовало знакомство вологжан с графикой Я. Водражки из Чехословакии, Р. Вольфа и Т. Марангони из Италии, с польским экслибрисом. Приезжавший в Вологду на открытие своей выставки в январе 1969 года известнейший немецкий книжный график В. Клемке сказал: "Я думал, что приеду на какую-нибудь скромную железнодорожную станцию. То, что я увидел у Вас, меня просто потрясло. Я не думал, что вдали от Москвы может быть так развита культура, искусство. Я не думал встретить здесь таких интересных художников, увидеть столь серьезные и высокопрофессиональные работы. Меня просто удивила свободная творческая обстановка, которая царит у Вас в Вологде"3. Итогом этой целенаправленной и перспективной работы стали обобщающие графические выставки вологодских художников: экспозиция "Вологодская графика", показанная в 1965-1967 годах в Вологде, Ярославле, Перми, Кирове, и большая экспозиция "Вологодская графика" (1971 год) в Москве. Центральное место на этих выставках занимали гравюры Бурмагиных.
Обращение Бурмагиных к изображению памятников архитектуры Севера было обусловлено не только их собственными, специфически гравюрными интересами. Север России в 1960-1970-е годы был центром притяжения буквально для всей думающей и серьезно работающей молодой творческой интеллигенции. Художники и актеры, писатели и композиторы ехали в большие и малые древнерусские северные города в поисках истоков национальной культуры, отходя от столичного официоза, желая обрести новый материал и освежающий импульс для творчества. Это было характерно и для Бурмагиных. Они получали знание русских традиций в первых за послевоенные годы художественных экспедициях по области, организованных И. А. Пятницкой при областном краеведческом музее. Альбом гравюр Бурмагиных - итог их собственного изучения памятников архитектуры в то время, когда только начиналась постановка на учет, охрана и реставрация этих памятников. Многое из того, что художники сумели изобразить или реконструировать в своих гравюрах, уже погибло, не дошло до нас за истекшие годы. Таков "Пейзаж с ветряными мельницами" 1965 года, гравюра "Амбары 18 века в Череповце", ксилография "Первое здание театра в г. Вологде".
Первые архитектурные образы Вологды появились в гравюрах Бурмагиных 1965-1968 годов. Их можно отнести к группе ранних работ с условным названием "Северные мотивы". Художники создавали рисунок белым штрихом на больших черных пятнах - плоскостях земли, озера, неба. Постепенно, идя от работы к работе, они начинали отказываться от привычных, визуально наблюдаемых композиционных планов, сосредоточивались на основных элементах самого памятника и его окружения и создавали декоративно-плоскостную орнаментальную композицию, более соответствующую природе ксилографии. Отвлекаясь от конкретно-бытовой фиксации ранних работ, Бурмагины постепенно пришли к созданию художественного образа памятника архитектуры в его непреходящей историко-культурной значимости. Об этом писала исследователь творчества вологодских художников О. П. Воронова: "От обобщенности в рисунке - к обобщенности в мысли. От созерцания - к философии, всеми корнями своими связанной с исконно русским миросозерцанием, глубоким уважением к своему народу, к его представлениям об эстетике и жизни. Таков путь Бурмагиных"4.
В 1967-1969 годах Бурмагины создали серию гравюр, которую можно условно назвать первой серией "Архитектурных памятников Вологодской области". В нее вошли ксилографии с изображением архитектурных ансамблей Вологды, Спасо-Прилуцкого, Кирилло-Белозерского, Ферапонтова монастырей и памятников деревянного зодчества области. Для многих гравюр этой серии характерна чрезмерная насыщенность деталями, перегруженность композиции. Путь творческого переосмысления конкретно наблюдаемого мотива первоначально шел у Бурмагиных через стилизацию, включение в рисунок элементов декоративной орнаментики. Это-деревья, травы, цветы, создающие своеобразные кулисы или орнаментальный фон. Изучая фольклор, народное искусство, художники вводили в композиции традиционные сказочно-обрядовые мотивы. Перед нами - пролетающие журавли, солнце с человеческим ликом, сказочные птицы на деревьях, крестьянки в традиционных костюмах.
В 1970-1972 годах Бурмагины выполнили вторую серию ксилографии "Памятники архитектуры города Вологды". Серия состоит из 12 ксилографии среднего формата, цветной гравюры на дереве с 2-х досок и гравюры большого формата "Вологде 825 лет". 10 гравюр из серии впервые были показаны в 1971 году на выставке "Вологодская графика" в Москве, затем в 1974 году - на зональной выставке "Советский Север". Полностью вся серия впервые экспонировалась в 1976 году на персональной выставке Бурмагиных в Вологодской областной картинной галерее. В 1971 году 12 черно-белых ксилографии, цветная гравюра с 2-х досок, 6 заставок и концовок были включены в состав отдельного альбома5. Все гравюры в альбоме отпечатаны с авторских досок тиражом в две тысячи экземпляров. Именно этот альбом дает наиболее полное представление о своеобразии искусства гравюры Бурмагиных в области архитектурной графики. В предисловии к альбому известный график М. В. Маторин писал: "Большое и зрелое графическое мастерство Г. и Н. Бурмагиных помогло им в серии "Памятники архитектуры города Вологды" ярко и убедительно раскрыть художественную силу и выразительность произведений вологодского зодчества"6.
Листы серии составляют как бы единый рассказ-картину об архитектуре города. В центральном большом листе "Вологде 825 лет" Бурмагины создали общую панораму "каменного города". Они "сгрудили" вместе здания разных эпох, пытаясь осмыслить своеобразие всего городского ансамбля. Этот лист своим композиционным построением напоминает городские гравированные ведуты 17-18 веков. В отдельных листах серии перед нами предстают памятники архитектуры города в их типичном природном и житейском окружении, в котором современность соединяется с прошлым, бытовая конкретность со сказочностью. Всю серию по стилистическим признакам можно подразделить на несколько групп. Альбом открывают ксилографии "Софийский собор" и "Церковь Варлаама Хутынского". Это наиболее темные по печати гравюры: почти вся плашка доски оттиснута на бумагу. Перед нами ночные пейзажи, в которых авторы стремились воссоздать образ величественности прошлого, жизнь архитектуры в веках.
В первых листах серии Бурмагины используют обычные и широко известные точки зрения на памятники в окружающих их ансамблях. Художественную образность и творческое своеобразие придает гравюрам сама специфика работы художников в материале. Они прорабатывают практически всю поверхность доски, но в каждой ее части стремятся найти новый прием для передачи фактуры или образного состояния оттиска. Отмеченные выше ксилографии строятся на соединении основных больших пятен темного неба и снега с четко прорисованными линиями архитектуры соборов. Оригинальность и ощущение естественной живописи вносят детали: белая змейка тропинки на снегу, изгиб дерева, орнамент куста, рисунок деревянной изгороди. На суровые и строгие архитектурные формы как бы накладывается декоративный и эмоциональный пласт найденных деталей. Они осмысляются поэтической метафорой. Это пролетающие птицы над темным небом в гравюре "Церковь Варлаама Хутынского", белые полосы и штрихи на фоне Софийского собора, передающие снежную заметь. В этих деталях постепенно все более выявлялась наиболее характерная для периода зрелости Бурмагиных необычайно четкая и тонкая параллельная штриховка, которая придает гравюрам ощущение фактурной и эмоциональной наполненности. М. Лебедянский писал о гравюрах Бурмагиных: "Как правило, Г. и Н. Бурмагины использовали всю плоскость доски, оставляя мало мест, не тронутых резцом, поэтому композиции их работ получались всегда насыщенными, отличались напряженностью линейных и тоновых построений, воспринимаемых иногда как густой затейливый орнамент"7. И. Романова в предисловии к папке-альбому гравюр на дереве Бурмагиных 1978 года отмечала: "У них никогда нет "дежурных приемов" для заполнения малозначимой поверхности доски. Умение в каждом цветке, листке, травке или рисунке костюма найти созвучие образному смыслу и строю всей композиции придает внутреннюю смысловую цельность работам"8.
Вторую группу гравюр в альбоме "Памятники архитектуры города Вологды" составляют следующие листы: "Дом Левашова", "Церковь Иоанна Златоуста", "Церковь Дмитрия Прилуцкого", "Церковь Иоанна Предтечи". Это наиболее декоративные композиции. Основной элемент образности в них составляет графическая характеристика окружающей среды. Сами памятники размещены в центре композиций. Бурмагины точно изображают все подробности фасадов. Художники лишь несколько деформируют прямизну линий стен и архитектурных деталей, тем самым привнося в изображение элемент поэтической игры. Основная художественная находка этих гравюр видится в изображении деревьев и земли вокруг храмов, домов. Ветви деревьев как бы сливаются в единый ковер, окружающий здания. Земля в гравюре "Церковь Дмитрия Прилуцкого" изображена как поэтичная волнообразная среда, созданная разбегающимися от порога линиями. Разъединение и соединение линий, их разная толщина создают своеобразную вибрацию тона, ощущение живописности.
В альбоме гравюр необходимо особо выделить ксилографию "Петровский домик". Это, пожалуй, самая простая по композиции, но самая выразительная и творчески оригинальная по графическому решению работа. Ее основу составляет соединение старого раскидистого дерева и каменного дома - памятника архитектуры 17 века. Тонкая параллельная штриховка создает ощущение загадочности и серебристости. Стволы и кроны деревьев образуют единое декоративное пятно. В глубине изображен дом, стены которого проработаны более тонкими штрихами, которые присоединяются к линиям стен и расходятся к центру. Создается эффект "внутреннего свечения" оттиска гравюры. Гравюра имеет необычные, свободные очертания на плоскости листа. М. Маторин писал об этом: "Очень важную, и не только декоративную, но и смысуювую роль в композиции гравюр играют деревья. Часто они помогают художникам полнее раскрыть характер памятника. Так, например, большие деревья в гравюре "Петровский домик" не только создают красивое, темное декоративное пятно первого плана, но и помогают ощутить масштаб скромного жилого дома 17 века"9.
Три последних листа альбома представляют облик старых деревянных домов Вологды. В затейливом узорочье наличников на фасадах, в балконных решетках и дымниках, в общем затейливо-орнаментальном композиционном решении с особой силой проявилось сказочно-романтическое свойство рисунков Генриетты Бурмагиной. Тонкая штриховая проработка каждой детали доносит до нас совершенство и силу резьбы по дереву Николая Бурмагина. Черное на белом и белое на черном. Вот и весь возможный арсенал технических средств художников. Но как много они смогли в этом сказать, раскрывая своеобразие прошлого и бытовую повседневно-поэтическую жизнь Вологды.
Альбом гравюр Бурмагиных "Памятники архитектуры города Вологды" стал закономерным продолжением "Старой Вологды" Варакина и Дмитревского. Созданный в другую эпоху, он отразил новые черты. В гравюрах Бурмагиных есть настрой веселой сказочности, фантазии, домашней задушевности, мечтательности. Архитектура раскрыта этими художниками в непосредственном пейзажном и бытовом окружении как ее органичная и естественная часть. На смену суровым, монументально-аскетичным формам линогравюр Варакина и Дмитревского пришло изысканное и прихотливо-изобретательное узорочье ксилографии Бурмагиных. Серия гравюр архитектурных памятников, выполненная в 1970-1972 годах, стала для художников первым произведением зрелого периода, получившим широкое признание. Заложенные в альбоме творческие идеи преемственности эпох, времен, отношений людей, стремление сохранить память и дело рук человеческих получили дальнейшее развитие в основополагающих циклах Бурмагиных более позднего времени: "Земля", "Земля и люди", "Детство", "В этом непростом мире", "Родина", в циклах иллюстраций к классической русской и современной литературе. Образы альбома Бурмагиных "Памятники архитектуры города Вологды" побудили к дальнейшей разработке художественно-графической иконографии города других вологодских художников: В. У. Едемского, Л. Н. Щетнева, Ю. А. Воронова, А. И. Савина, В. Н. Морозову, Д. В. Медведева.
ПРИМЕЧАНИЯ
1 Ивенский С. Искусство с большим будущим // Красный Север. 1961.6 августа.
2 Ивенский С. Вологодский эстамп // Красный Север. 1962.13 февраля.
3 Корбаков В. Гости из ГДР в Вологде // Красный Север. 1969. 8 января.
4 Воронова О. П. Художники Вологды. Л., 1979. С. 69.
5 Памятники архитектуры города Вологды в гравюрах Г. и Н. Бурмагиных. Альбом /Вступит. статья М. В. Маторина, Ю. Ю. Савицкого. Вологда, 1971.
6 Там же. С. 5.
7 Лебедянский М. С. Талант земли Вологодской // России строгие черты. Л., 1978. С. 20.
8 Генриетта и Николай Бурмагины. Гравюры на дереве. Альбом / Вступит. статья И. А. Романовой. Л., 1978. С. 7.
9 Памятники архитектуры города Вологды в гравюрах Г. и Н. Бурмагиных... С. 4.

Жизнь. Труды
Альбом