Главная/Искусство/Николай Бурмагин. Генриетта Бурмагина/Жизнь. Труды
Генриетта Николаевна и Николай Васильевич
БУРМАГИНЫ
Каталог
Автор вступительной статьи В. В. Воропанов
Краткая биография
Бурмагина Генриетта Николаевна
1939 - 7 декабря родилась в г. Харовске Вологодской области в семье служащего.
1957 - закончила Харовскую среднюю школу № 1.
1957-1959 - работала лаборантом Харовской контрольно-семенной лаборатории.
1959-1964 - училась в Ярославском художественном училище.
1962 - вышла замуж за Николая Васильевича Бурмагина.
1964-1968 - работала учителем рисования средней школы № 11 Вологды, художником редакции газеты "Вологодский комсомолец".
1965 - первое участие в выставке "Вологодская графика". Вологда.
1968 - принята в члены Союза художников СССР.
1973 - творческая командировка в ЧССР.
1975 - присвоено звание заслуженного художника РСФСР.
1980 - творческая поездка в Мезень (Архангельская обл.).
1983 - творческая командировка в Мишкольц (ВНР).
1984 - 1 августа умерла в Вологде.
Бурмагин Николай Васильевич
1932 - 20 января родился в деревне Журегино Никольского сельсовета Сокольского района Вологодской области в крестьянской семье.
1948 - поступил в ремесленное училище № 3 Вологды. По окончании училища работал штурвальным на пароходе "Псков" Сухонского речного пароходства, в зимнее время столяром в мастерских Вологодского судоремонтного завода.
1951- 1955 - служил в Военно-Морском Флоте.
1955-1957 - работал учителем рисования и ручного труда средней школы г. Сокола, вел кружок рисования при Доме культуры Сокольского ЦБК.
1957-1959 - работал учителем рисования и ручного труда средней школы Кадникова.
1959-1964 - учился в Ярославском художественном училище.
1962 - женился на Генриетте Николаевне Трапезниковой.
1964-1968 - работал учителем рисования и черчения а средних школах № 15, 20 Вологды, учителем рисования и эстетического воспитания ГПТУ № 15 Вологды.
1965 - первое участие в выставке "Вологодская графика". Вологда.
1968 - принят в члены Союза художников СССР.
1973 - избран членом Правления Союза художников СССР.
- творческая командировка в ЧССР.
1974 - 8 ноября умер в Вологде.
Творческий путь Бурмагиных
Среди мастеров изобразительного искусства Вологодской области творчество Г. Н. и Н. В. Бурмагиных занимает свое, особое место. Их работы отличаются индивидуальной, присущей только им стилистикой художественного языка, мастерством гравирования, серьезностью творческого мышления, что воплотилось в запоминающиеся, волнующие образы жизни природы и человека. По лучшим произведениям художников в сознании многочисленных любителей искусства рождается образ величественности и мудрой простоты памятников архитектуры русского Севера, создается представление о глубоких традициях народного творчества. Бурмагины в небольших формах гравюры на дереве сумели выразить такие емкие и необходимые нам сегодня понятия, как чувство памяти и чувство истории, их работы полны поэтического осмысления и переживания жизненного пути человека на земле.
Бурмагины органично вошли в образную структуру советского изобразительного искусства 1960- 1980-х годов. Хотя в своем творчестве они редко обращались к внешним приметам современности, характерные черты духовной жизни героя наших дней ярко отразились в созданных художниками образах крестьянки и солдата, поэта и художника. Графика Бурмагиных обращена не к бытописательству и сиюминутной репортажности, а к бытию, к нравственно-этическим проблемам жизни современника. Творчество художников развивалось в едином потоке возрождения широкого интереса к древнерусскому и народному искусству русского Севера, в постижении высоких нравственных качеств народного характера. Вот почему работы этих графиков так органично входят в поэтически-образный строй лучших произведений вологодских писателей и художников Н. Рубцова, В. Белова, О. Фокиной, Д. Тутунджан, В. Корбакова, А. Пантелеева.
Искусство Бурмагиных определило своеобразие и творческие достижения такого незаурядного явления в советском искусстве последних десятилетий, как вологодская графика. Художники продолжили традиции развития в крае гравюры на дереве, которая в 1920-е годы была представлена в Вологде работами Н. Дмитревского и И. Варакина. Бурмагины придали этой традиции новые качества пластического и образного своеобразия, расширили жанрово-стилевые границы вологодской ксилографии. Они создали свой стиль оформления поэтической книги, дали примеры работы над крупными тематическими сериями в станковой гравюре, способствовали широкому распространению искусства книжного знака. Творчество Бурмагиных развивалось в кругу таких мастеров вологодской графики, как В. Сергеев, А. Наговицын, Д. Тутунджан, В. Корбаков. На примере их произведений совершенствовались работы молодых художников В. Едемского, Е. Шевченко, Л. Щетнева, В. Егорова, Ю. Воронова.
Бурмагины пришли в большое искусство в середине 1960-х годов. Их путь к зрелому творчеству и широкому признанию был стремителен. Но как немного времени было отпущено этим мастерам для жизни и труда. После окончания Ярославского художественного училища они проработали вместе в Вологде только десять лет, ровно столько же работала в графике Г. Н. Бурмагина одна. И удивляешься, как много было сделано за эти годы напряженного и подвижнического творчества - около пятисот станковых и книжных гравюр, более ста книжных знаков, многочисленные рисунки и акварели. В разных издательствах страны было оформлено более сорока книг, работы художников экспонировались на всех крупнейших графических выставках в стране и за рубежом. Сейчас произведения Бурмагиных представлены в коллекциях ведущих художественных музеев, в собраниях Государственной Третьяковской галереи, Государственного Русского музея, Государственного музея изобразительных искусств имени А. С. Пушкина и других. Полная коллекция творчества художников собрана в Вологодской областной картинной галерее.
Станковая гравюра
Чтобы определить основные характерные черты искусства Бурмагиных, необходимо прежде всего обратиться к их гравюрам на дереве. Ксилография с ее строгой и четкой выразительностью, условно-обобщенной образностью, постоянным сопротивлением материалу стала основной сферой приложения творчества художников. Их гравюры рождались в соединении двух начал. Прежде всего был изобретательный и необычный по замыслу рисунок Г. Бурмагиной, далее задуманная композиция под резцом Н. Бурмагина обретала свою плоть и кровь, воплощалась в строго выверенную, мужественно-упругую систему штрихов, линий, соотношений черного и белого. Их путь шел от ранних работ, полных плоскостно-декоративных приемов и орнаментики, к пониманию белого поля листа как особого пространства, где строится сложный, духовно-насыщенный мир взаимосвязи природы и человека.
Центральное место в станковой графике Бурмагиных 1960 - начала 1970-х годов занимало изображение памятников архитектуры Вологодской области. Гравюры рождались в результате собственного знакомства и изучения старины в то время, когда только начиналась постановка на учет, охрана и реставрация многих замечательных памятников русского зодчества в отдаленных уголках края. Работы художников не стали простой фиксацией увиденного или самовыражением по поводу прошлого, что встречается не так уж редко. При бережном сохранении всех структурных и выразительных черт конкретных зданий и ансамблей Бурмагины нашли необходимые формы обобщения и типизации, чтобы создать для нас живой, очищенный от ненужных временных и бытовых наслоений образ родного исторического прошлого.
В 1967-1969 годах был выполнен цикл гравюр, который можно условно назвать первой серией "Архитектурных памятников Вологодской области". В него вошли ксилографии с изображением ансамблей Вологды, Спасо-Прилуцкого, Кирилло-Белозерского, Ферапонтова монастырей и памятников деревянного зодчества области. Для многих гравюр этой серии еще характерна излишняя детализация, путь творческого переосмысления конкретно увиденного мотива первоначально шел через стилизацию, включение в рисунок элементов декоративной орнаментики. В эти же годы Бурмагины работали над циклом гравюр по мотивам русских народных сказок: "Снегурочка и Лель", "Весна", "Купава", "Лешачок". Изучая фольклор, народное искусство, художники вводили в композиции традиционные сказочно-обрядовые мотивы - солнце с человеческим ликом, сказочные птицы на деревьях, пролетающие журавли. Ранние приемы гравирования у художников напоминали традиционную резьбу по дереву с ее узорочьем и характерной вязью рисунка.
В 1970-1972 годах Бурмагины выполнили вторую большую серию гравюр "Архитектурные памятники Вологды". Листы этого цикла составляют как бы единый рассказ о городе и его памятных местах. Центральная гравюра "Вологде 825 лет" воспринимается как широкая панорама старинного города, увиденная с высоты птичьего полета. В отдельных листах этой серии перед нами проходят памятники архитектуры города в их природном и житейском, окружении, в них прошлое соединяется с современностью, бытовая конкретность - со сказочностью. В стиле гравюр постепенно выявлялись характерные черты зрелого творчества художников - гармоничное соединение выразительного рисунка основных форм с необычайно четкой и тонкой параллельной штриховкой, которая придала работам ощущение фактурной и эмоциональной наполненности. Так построены ксилографии "Петровский домик", "Церковь Варлаама Хутынского", "Деревянный особняк на улице Гоголя". Цикл Бурмагиных "Архитектурные памятники Вологды" стал закономерным продолжением альбома линогравюр И. Варакина и Н. Дмитревского "Старая Вологда", который был издан в 1922 году. Созданные в другую эпоху, гравюры Бурмагиных полны нового эмоционального содержания, в них есть настрой оптимизма, веселой сказочности и фантазии.
Наиболее полно мироощущение и принципиальные черты творчества художников раскрылись в двух сериях ксилографии 1973-1974 годов. Это два триптиха - "Лето" и "Земля". Гравюры на дереве "Лето" можно назвать единым тематическим циклом, посвященным жизни и труду человека на земле, образу русской женщины-крестьянки. Бурмагины обратились к той системе образов, которая в советском искусстве идет от работ К. Петрова-Водкина, А. Кравченко, А. Дейнеки к произведениям В. Попкова, В. Иванова, М. Савицкого. В вологодской живописи и графике обобщенный образ русской крестьянки, женщины-матери с большой силой выражен в работах Д. Тутунджан.
Центральный лист триптиха "Лето" назван "Полдень", его второе авторское название звучит совершенно естественно - "Материнство". Изображена сидящая под яблоней молодая крестьянка, она держит на руках грудного ребенка. Отбирая самое существенное, обобщая конкретные формы предметов и окружающей среды, Бурмагиным удалось создать емкий обобщенно-символический образ вечно прекрасного и светлого материнства. Фигура женщины изображена на черной плоскости, прорезанной белыми линиями. Это и подобие деревенского лоскутного одеяла, и образ самой земли с цветами и травами. Над этой землей возвышается дерево с плодами. Оно напоминает яблоню, но олицетворяет собой как бы дерево жизни, которое мы часто видим в работах художников.
Серия "Земля" стала последней крупной совместной работой Бурмагиных в станковой гравюре. Этот цикл продолжает начатую ранее тему жизни человека на земле, но рассматривает ее во временных изменениях, в извечном движении от настоящего к будущему и вечному. Путь человека в этом гравюрном триптихе предстает перед нами в образах "Детства", "Дороги" и "Космоса". Этот путь пролегает мимо раскидистой яблони, под которой изображен сидящий маленький ребенок в первом листе, далее мимо лесов, полян со стогами, озера с лодкой в центральном листе "Дорога" и далее, к вечному дереву жизни в последней работе цикла. Триптих "Земля" воспринимается очень ясно и емко по своему образному смыслу, гравюры наиболее выверены по использованию основных элементов и деталей, которые воспринимаются как метафоры.
Закономерным продолжением и развитием принципов совместного творчества художников стали работы, выполненные Г. Бурмагиной во второй половине 1970 - начале 1980-х годов. От триптиха "Земля" идет прямой путь к циклу гравюр "Земля и люди", созданному в 1975-1977 годах. Основной объединяющей линией всей серии стало лирическое ощущение счастья любви и дружбы, материнства, семьи. Не случайно выбраны названия для отдельных ксилографии - "Посади дерево", "Двое", "Песня".
Лирическая интонация нашла яркое воплощение в цикле гравюр "Детство", над которым Г. Бурмагина работала в 1976-1979 годах. Ксилографии художника приобрели новые черты. Ведущим стал сюжетно-образный композиционный замысел с чертами фантазийности, сказочности, своеобразной полетности. Кажется, композиционный дар Г. Бурмагиной полностью раскрепостился, вырвался наружу, проявил себя в интереснейших находках и замыслах. Таковы ее мальчишки, окруженные в гравюрах птицами, цветами и травами, юные художники и строители, делающие свои первые шаги в творчестве на фоне старого города. Художница использовала неправильные очертания и даже трещины доски, экспериментировала в печати разным тоном, вводила раскраску, чтобы более органично передать ощущение праздничной приподнятости, романтики, мечты.
Третьим большим циклом станковых гравюр Г. Бурмагиной стала серия ксилографии "Моя Родина", над которой она работала до своих последних дней. В этой многочастной композиции были обобщены те образы родной истории, литературы, которые питали творчество Бурмагиных. Это и необходимая дань памяти прошлого, и признание в любви современнику, и выражение своей личной привязанности к отчему краю. Основу серии составляют портреты выдающихся деятелей литературы и искусства русского Севера - от М. Ломоносова, К. Батюшкова до С. Писахова, У. Бабкиной, А. Яшина, Н. Рубцова, В. Астафьева, В. Белова. Эти портреты воспринимаются не как конкретно-бытовое изображение, а как своего рода романтический образ творческого порыва, творческого труда. Не случайно в руке К. Батюшкова мы видим горящий факел, а руки В. Астафьева широко расставлены, как бы раскрыты для защиты природы от целящихся в нее охотников. Подобно "Архитектурным памятникам Вологды" всю серию объединяет пространственный панорамный пейзаж, который назван "Родина". В нем изображена старая и современная Вологда, травы и цветы, готовая взлететь птица - все то, что было так дорого художникам.
Книжная гравюра
Еще одной значительной областью творчества Бурмагиных стала книжная графика. Вернее сказать, это книжная гравюра, так как большинство изданий, оформленных художниками, украшено гравюрами на дереве. Когда смотришь десятки книг, над которыми они работали, листаешь страницы иллюстраций, всматриваешься в рисунок заставок и концовок, думаешь о напряженном и кропотливом труде, о необходимости пережить и осмыслить тот или иной литературный материал для раскрытия судеб его героев.
Бурмагины прежде всего работали над оформлением книг вологодских писателей. Можно сказать, что они буквально одели в иллюстрации всю вологодскую поэзию 1960-1970-х годов. Первой работой художников в книжной гравюре стало оформление в 1965 году сборника стихов А. Романова "Красное застолье". Затем с иллюстрациями Бурмагиных выходили, сборники стихов С. Викулова, Н. Рубцова, О. Фокиной, В. Коротаева, Б. Чулкова. Они работали над книгами А. Яшина, В. Белова, Л. Славолюбовой, В. Аринина, В. Дементьева, Д. Ушакова, В. Мусикова. Художники обращались к русской и советской классике. Это С. Аксаков, Д. Мамин-Сибиряк, Н. Дурова, А. Блок, Л. Сейфуллина, Б. Шергин, С. Писахов. Книги с их иллюстрациями выходили в Северо-Западном и Южно-Уральском издательствах, в "Советской России", "Молодой гвардии" и "Удмуртии". Лучшими книгами Бурмагиных стали те, которые в издательстве задумывались и осуществлялись как художественные, подарочные, печатались с авторских досок ограниченным тиражом. В них раскрылось все богатство граверного мастерства художников, ксилографии сплелись с поэтическим текстом в единое творческое целое.
Наиболее крупным циклом в книжной графике Бурмагиных стало оформление поэтических сборников "Библиотеки северной поэзии". Над ними художники работали с 1969 по 1974 год, всего было издано 8 книг. Сложилась определенная система иллюстрирования. Она включала ксилографии на суперобложке, титульном листе, шмуцтитулы, заставки и концовки. Думается, что среди изданий серии наиболее значимым по художественному оформлению стал сборник Н. Рубцова "Избранное", вышедший в 1974 году. Стилистика гравюр передает многие существенные черты лирики поэта. Фронтиспис книги связан со стихотворением "До конца", которое воспринимается сегодня как своеобразное духовное завещание поэта, его жизненное кредо. В гравюре Бурмагиных изображен деревенский мальчишка среди полевых цветов. Его освещенное лицо, поднятые в радостном восторге руки как бы передают душевное состояние, выраженное в стихах. Как и в станковых гравюрах этого времени, художники стремились создать единый образ природного окружения человека: травы и цветы, деревья и птицы, деревенский дом на берегу, облака- все это сплетается в единый хоровод, в котором как бы затерялся маленький герой. Фантастические цветы изображены вровень с головой мальчишки. Этот прием важен для передачи особого чувства слитности с природой, что характерно для многих стихов Н. Рубцова.
В книжной графике Бурмагиных особняком стоит цикл ксилографии "Русские народные песни Вологодской области", интересны его пластика и образное решение. На плоскости листа как бы составлен узор из больших плоскостей земли, деревенского одеяла, крестьянских сарафанов. В него вплетены цветы и травы, журавли, сказочные птицы. Изображение дополнено текстами частушек, припевок. Получается плоскостно-декоративная композиция, характерная для народных росписей, лубочных картинок. Для сопровождения каждого типа песен художники выбирали необходимые изобразительные формы и графические приемы. Так, для грустной песни использован плавный ритм линий. Это распущенные волосы молодой крестьянки, лежащей под раскидистым деревом. В другие гравюры художники ввели элементы юмора, выделили острохарактерные детали, чтобы подчеркнуть задорность народной песни, сочность и изобретательность языка частушки.
В 1973-1974 годах Бурмагины работали над оформлением книг Л. Сейфуллиной для Южно-Уральского книжного издательства. Это было их первым обращением к историко-бытовой и историко-революционной теме. В гравюрах к "Мужицкому сказу о Ленине" они использовали традиции агитационно-массового искусства первых лет революции, народной картинки. Художники верно схватили основную смысловую суть произведения, изобразили в центральных образах две противоборствующие социальные силы - "белую кость" в лице помещиков и попов и "черную кость" в лице рабочих и крестьян. В героях "черной кости" выявлен яркий, запоминающийся образ крестьянина, шагающего по деревне с красным бантом на груди. Бурмагины впервые ввели в свои черно-белые гравированные иллюстрации цвет, который в данном случае приобрел символическое значение, олицетворяя революционную принадлежность изображенных персонажей.
Последней совместной книгой художников стала "Виринея" Л. Сейфуллиной, издание было осуществлено уже после смерти Н. Бурмагина. Необходимо отметить смысловую и пластическую цельность всего иллюстрационного цикла. Впервые использованы страничные развороты, и самое главное - в ксилографиях к "Виринее" наиболее ярко выражена эмоциональная страстность и глубокий психологизм творчества Бурмагиных. Единый драматический настрой гравюр начинается с излюбленного художниками мотива летящих журавлей, переходит в трагизм кричащей женщины, провожающей мужиков на войну, своего накала достигает в надрывности образа Магары. Через все иллюстрации проходит жизнь северной деревни в первые послереволюционные годы, раскрывается сложная судьба главной героини. В четырех портретах Виринеи, сюжетных композициях с ее участием художники сумели передать страстный, незаурядный характер героини, драматизм ее судьбы.
В творчестве Г. Бурмагиной книжная графика приобрела новые черты. Даже сам выбор произведений не случаен: это русская лирическая и романтическая проза, поэзия, сказки, фольклор. Такой литературный материал давал простор яркому ассоциативному мышлению художника, раскрывал характерные черты ее лирико-романтического дарования.
Почти пять лет работала Г. Бурмагина над иллюстрациями к сказкам С. Писахова. Темы сказок воплотились в рисунках тушью, двух сериях литографий. В 1979 году был выполнен большой цикл иллюстраций в гравюре на дереве, изданный в 1982 году в издательстве "Удмуртия". Сам сказочно-притчевый материал дал возможность полностью раскрыться фантазии художника. Она часто варьировала полюбившийся сюжет "девки в небе пляшут" как олицетворение силы праздника, песни, поднимающей человека на своих крыльях от обыденности прямо в небо. Любовь к необычному орнаменту и узорочью получила творчески смелое, графически яркое решение в иллюстрациях "Сила моей песни плясовой", "Как я яблоней цвел", "Дерево сказки", "Лень", "Отеть", "Малина".
Две последние книги Г. Бурмагиной можно рассматривать как новый этап в развитии ее книжной графики. Это оформление "Двенадцати" А. Блока и "Избранного" Н. Дуровой. Новым был сам историко-бытовой материал, требовавший изучения эпохи, большой подготовительной работы. Наметились поиски соответствующих пластических решений, обогативших творческий арсенал художника, В "Двенадцати" мы ощущаем повышенную экспрессивность и драматизацию, усиление контрастности белого и черного, линии и пятна, в гравюрах появилась большая условность в передаче деталей для выявления основного эмоционального настроя произведения.
Цикл иллюстраций к "Избранному" Н. Дуровой стал самым обширным в творчестве художника. Все детали этих романтических усадебных мемуаров нашли свое место в заставках, концовках, шмуцтитулах и страничных иллюстрациях. Бурмагина сумела передать особый аромат эпохи. Неспешная бытовая жизнь проходит перед нами через серию черно-белых заставок. Напротив, драматические события Отечественной войны 1812 года, трагедия и романтизм героев повести "Павильон" органично изображены в страничных ксилографиях, раскрашенных от руки акварелью. Цвет был необходим художнику, чтобы передать ту эмоциональную среду, тот "воздух истории", которым окутаны повествования Н. Дуровой.
Книжный знак
Широкой известности творчества Бурмагиных способствовала их активная работа в книжном знаке. Они были среди первых советских графиков, которые в середине 1960-х годов возрождали традицию гравированного экслибриса. Книжный знак был для художников и постоянной пробой материала, поиском новых выразительных возможностей гравюры. Работа в области малой графики оттачивала мастерство. Кроме того, любовь к книге, ее изучение и собирание, общение с библиофилами и коллекционерами книжного знака сделали экслибрис своего рода средством дружеского общения, фактом творческой жизни.
Круг людей, для которых Бурмагины гравировали знаки, сравнительно невелик. Как правило, это друзья, знакомые, коллеги-художники, коллекционеры. Вот почему в их экслибрисном наследии нет проходных, дежурных работ, каждая наполнена смыслом и озарена искренностью.
В ранних экслибрисах для своей библиотеки, для С. Ивенского, И. Козловой, И. Бакусовой, Р. и В. Григорьевых можно проследить постепенное овладение законами жанра, стилистикой малой графики. От работы к работе изобретательней становилась сюжетная композиция, более тонким и изящным становилось исполнение. Уже к концу 1960-х годов относятся первые поистине индивидуально-творческие экслибрисы Бурмагиных. Это книжные знаки небольшого формата, разработанные в стиле гравюрной миниатюры. Они воспринимаются как своего рода знаки-символы. Так, в экслибрисе для В. Королюка использован образ древнерусского князя, в знаках для Л. Щетнева, П. Бессонова, В. Кириченко - всадник с копьем, царевна, деревянная церковь в лесу. Многие композиции построены по принципу декоративного орнамента, в гравюрах появилась столь свойственная художникам тонкость штриховой разработки.
Лучшие книжные знаки Бурмагиных были созданы в 1970-е годы. Это типично подарочные экслибрисы, среднего формата гравюрные миниатюры, включающие сюжетную композицию и текст. Тематически они почти не связаны с характером библиотек владельцев, сама тема книги и книжного собирательства почти в них не встречается. Чаще мы видим книжные знаки со сказочно-фантастическим сюжетом. Это любимые художниками образы народного фольклора: Жар-птица в знаке для И. Кротова, кони и карета в сказочном городе в экслибрисах для Н. Тарасенковой и X. Товмянского, звездная королева на коне - для В. Григорьевой, царь с посохом - для П. Колесникова. Подобно станковой и книжной гравюре через книжные знаки Бурмагиных проходит лирическая тема русской природы, вновь мы встречаем образ русской крестьянки. Это молодая девушка в поле на экслибрисе для X. Хуфферта, изобразительные мотивы книжных знаков для А. Яшина, А. Рогова, В. Гладникова, Е. Минаева. Многие знаки отличаются чувством творческой свободы, раскованности в композиции сюжетных мотивов на маленьком поле экслибриса, интересны использованием цветной печати с нескольких досок.
Книжные знаки Г. Бурмагиной продолжили ранее наметившуюся линию их понимания и использования как дружеское послание, выражение дружбы и памяти. Экслибрисы художника стали меньше по размеру и камерней по содержанию. Зачастую в этих небольших гравированных миниатюрах мы видим образ семьи, ощущаем тепло близких друг другу людей. Это знаки для И. Романовой, Б. Левых, семьи Смирновых. Г. Бурмагина использовала свои любимые мотивы - цветы и травы, сказочные звери, птицы на ветке. Таковы экслибрисы для Г. Ивановой, М. Северина, Б. Алимова. В отдельных работах появляются такие характерные для позднего творчества художника мотивы, как парящие в воздухе фигуры, олицетворяющие мечту и романтику, необычайное соединение современного человека и сказочного города. Этим своеобразны книжные знаки для И. Иванович, Л. Кузнецовой, Л. Вязовикова. Г. Бурмагина сумела сделать свои экслибрисы интимно-ласковыми по выраженному чувству. Очи менее всего воспринимаются знаками-символами или эмблемами, это лирические композиции малого формата, воспевающие природу, дружескую общность людей.
Творческое наследие Бурмагиных не ограничивается гравюрой на дереве. В разные годы художники работали в технике линогравюры, офорта, цветной литографии. Сохранились многочисленные рисунки Н. Бурмагина, выполненные в поездках по старинным городам края. Поиск новых выразительных возможностей привел Г. Бурмагину в 1980-е годы к активной работе в акварели и цветной гуаши, пастели. В результате поездки в Венгрию была создана многофигурная композиция из керамики "Венгерская свадьба".
На всех работах этих художников лежит печать не просто талантливости, но подвижнически напряженной работы над материалом и образными возможностями искусства. Главным в их творчестве стало стремление выразить и передать людям радость, романтическую приподнятость от встречи с вечно прекрасной природой, оптимизм и веру в преобразующую силу добра и красоты.
Не все удалось свершить. На рабочем столе Г. Бурмагиной остались задуманные, начатые работы. Это иллюстрации к поэме А. Пушкина "Полтава", оформление сборника русской лирической поэзии.
Последняя гравюра на дереве, над которой она работала, может быть названа "Дерево жизни". Ксилография не завершена, но понятна и выражена в своих основных качествах. На небольшом листе гравюры в центре изображено могучее дерево, которое тянется к небу. Все меньше ветвей остается на его кроне, в него стреляют воины разных эпох. Смотришь работу и думаешь о том, что это дерево, несмотря ни на что, живет и олицетворяет собой саму прекрасную и вечно молодую жизнь. Этот образ проходит через многие работы художников, он стал для Бурмагиных излюбленной метафорой вечного жизненного и творческого стремления, движения вперед. Так и их искусство - это постоянное совершенствование, открытие новых путей в творчестве.
В. Воропанов.



Жизнь. Труды
Альбом
 
Сколько стоит дистанционное высшее образование? Стоимость обучения на сайте imtp.ru