Главная/Экономика/Дмитрий Мамлеев/Жизнь. Труды
Кужлев А. Герой-строитель в клещах эпохи: личные воспоминания о Дмитрии Николаевиче Мамлееве, с использованием печатных материалов и личного дела о нем // Кужлев А. Героями не рождаются, героями становятся. - Вологда, 2006.

Личные воспоминания о Дмитрии Николаевиче Мамлееве, с использованием печатных материалов и личного дела о нем.

Герой-строитель в клещах эпохи

9 октября 1948 года издан приказ о создании союзного строительно-монтажного треста "Череповецметаллургстрой", предшественником его 12 ноября 1947 года было создано строительно-монтажное управление № 2 "Череповецметаллургстрой" в составе союзного треста "Севзапромстрой". Начальником управления назначен И. Г. Подшиваленко. 29 апреля 1948 года секретарь Череповецкого горкома Беляев и начальник СМУ "Череповецметаллургстрой" Подшиваленко, по докладной записке в обком, просят для разворота работ на стройке выделить военнопленных в количестве 400 человек ежедневных выходов и 500 человек полноценной рабочей силы из числа заключенных ИТЛ (исправительно-трудовых лагерей), 300 комсомольцев и молодежи, 30 одноконных телег, провести в коммунальном секторе уплотнение жильцов для размещения строительных рабочих. На стройку направлялись двадцать 25-местных палаток. Управляющим вновь созданного треста "Череповецметаллургстрой" был назначен С.С. Семенов. Предстояло в кратчайший срок построить завод мощностью: по чугуну - 1,2 млн. т; стали- 1,6 млн. т; проката- 1,25 млн. т.
Город в то время располагался на площади 1422,0 га, с населением 35390 человек, весь жилой фонд составлял 172 тыс. кв. м. К началу 1949 года на стройке было сконцентрировано 1105 строителей, 75% из них не имели никакой строительной специальности. В предыдущем, 1948 году, строители выполнили годовой план всего на 7%, на стройке всего 9 экскаваторов, 8 бульдозеров, ни одного крана. В марте 1949 года управляющим трестом "Череповецметаллургстрой" был назначен Д. Н. Мамлеев. Фактически за два года сменилось два первых руководителя - Подшиваленко, Семенов и вот третий - 43-летний инженер-строитель.
Диниахмед Набиулиевич (в народе Дмитрий Николаевич) Мамлеев родился 7 ноября 1905 года в многодетной крестьянской семье городка Белебей Уфимской губернии, ныне республика Башкортостан. До 1924 года учился в школе. По окончании семи классов поступил на курсы телеграфистов. До 1926 года работал помощником начальника почтового отделения. В августе того же года направлен на учебу в Ленинградский сельхозинститут на рабочий факультет. Окончив рабфак, поступил в Ленинградский строительный институт, закончил его в 1933 году в 28 лет, уже в зрелом возрасте, проявив завидное упорство для получения высшего образования.
Первую строительную закалку получил в военном ведомстве на строительстве укрепрайона на Карельском перешейке, где приобрел опыт работы с монолитным железобетоном, поняв его многогранные возможности. После окончания института направлен на работу в Белорецк на строительство металлургического завода, где участвовал в возведении ТЭЦ, мартеновской печи, домны. В 1936 году был призван в армию в саперные войска, базирующиеся в Саратове. В 1939 году назначен и.о. управляющего трестом № 47 Народного Комиссариата авиационной промышленности. В начале 1941 года командирован в Нижний Тагил, затем в г. Уфу на строительство заводов Минавиапрома, передислоцируемых с запада. С декабря 1941 года член ВКП(б). В феврале 1943 года был назначен зам. управляющего трестом № 3 Минавиапрома. В феврале 1944 года назначен управляющим трестом № 16 в г. Рыбинск, в основном, на строительство авиамоторного завода, крупнейшего в этой отрасли до настоящего времени. В марте 1946 года назначен управляющим трестом № 21 Минавиапрома в г. Ленинграде, затем управляющим трестом "Череповецметаллургстрой".
Через военно-промышленный комплекс прошел школу строек Великой Отечественной войны, в том числе под бомбежками построил Рыбинский моторный завод в Ярославской области. Но строительством завода в роли первого руководителя с полным технологическим переделом и городом в придачу впервые занялся в Череповце.
Обстановка, предшествовавшая строительству завода, описана в книге Б. Челнокова "Как начиналась "Северсталь". С 1933 года в умах ученых, правительства, партийных вождей страны витает идея создания металлургического комплекса на северо-западе страны для обеспечения металлом Ленинграда и в целом северо-запада. Предлагалось несколько вариантов решения этой проблемы. На стороне создания завода в Череповце были авторитетные ученые, хозяйственники, партийные деятели, равно как и противники. В определенный период чуть не отказался от своей идеи и автор ее - академик Иван Павлович Бардин. Все с большей и большей уверенностью чаша весов склонялась в сторону Череповца. В 1940-1941 годах сделаны попытки развернуть строительство завода, помешала Великая Отечественная война. Но уже в начале 1944 года вновь встал вопрос о практическом осуществлении этого проекта. Академия наук дает заключение о праве на создание металлургического комбината в Череповце при условии удешевления северного металла за счет максимального использования местного сырья и топлива. Президент Академии наук В. Л. Комаров после беседы с И. В. Сталиным на президиуме Академии наук принимают постановление "немедленно включиться в работу по обеспечению скорейшего практического решения вопроса о создании металлургической базы Ленинграда и признать эту работу главной и первостепенной задачей Академии наук на 1945 год". Предыдущие экспедиции и комиссии по решению этой задачи возглавлял академик А. Е. Ферсман. По совету И. В. Сталина руководство последней экспедицией поручили академику И. П. Бардину. Кроме всех расчетов, анализов, ученые видели, что Сталин отдает предпочтение Череповецкому варианту. Решение было принято. И вот, не высохли чернила на всех документах, что Череповецкому металлургическому заводу быть, а 30 декабря 1947 года И. В. Сталин подписал постановление "возобновить предусмотренное постановлением Совнаркома СССР и ЦК ВКП (б) от 1940 года № 1066-417С "О строительстве Череповецкого металлургического завода на базе железорудных месторождений Кольского полуострова и углей Печорского бассейна". Министерствам черной металлургии, строительства предприятий тяжелой индустрии, внутренних дел предложено в двухмесячный срок представить в Совет Министров СССР свои мероприятия о создании строительных организаций и исправительно-трудовых лагерей для строительства Череповецкого металлургического завода, его сырьевой базы, сроков строительства завода горно-рудных и нерудных материалов.
И. П. Бардин сознавал, что ему дан шанс доказать преданность партии и правительству в лице И. В. Сталина. Выбор сделан - Череповец. Ориентировочный состав первенца северо-западной металлургии первой очереди определился: две доменные печи с выплавкой 1,2 млн. т чугуна, мартеновский цех с выплавкой 2,0-2,2 млн. т стали и прокатный цех по готовому прокату 1,6 млн. т в год с перспективой расширения по стали - до 3,7-3,8 млн. т, чугуна - 2,33 млн. т, в том числе около 330 тыс. т товарного чугуна. Итогом полученных поисков Ленинградско-Мурманской экспедиции стала книга академика И. П. Бардина, профессора А. Е. Пробста и доцента В. В. Рикмана "Проблемы северо-западной металлургии". Заканчивается она словами "Два с лишним века лучшие умы России стремились к созданию северо-западной металлургии. Петр I, с гениальной прозорливостью понимавший все значение металлургической базы в этом районе, пытался ее создать любыми средствами... При ограниченном уровне тогдашней техники и слабом знании природных богатств нашей Родины Петр не мог успешно реализовать свою идею... То, что было не доступно в Петровскую эпоху, будет осуществлено в гигантских масштабах в Сталинскую эпоху, благодаря мобилизации всех средств современной науки и техники северо-запад СССР будет иметь свою мощную металлургическую базу в масштабах, о которых нельзя было мечтать".
Ученых, государственных деятелей примирило, в конечном итоге, выгодное географическое положение, новые виды топлива: газ и кислород. Наконец осуществляется мечта Петра Великого и идея Сталина - создание крупного металлургического центра вблизи Петербурга - Ленинграда. Вот уж воистину русские долго запрягают и быстро едут. Прошло около двух с половиной столетий до попытки конкретно решить проблему создания металлургической базы страны. Назначен новый управляющий трестом "Череповецметаллургстрой", ранее 4 октября 1948 г. Совет Министров СССР принял постановление по Череповцу "О создании строительных организаций и о сроках строительства Череповецкого металлургического завода". Сроки ввода в действие заводских объектов были предельно короткими: доменная печь, коксовая батарея, аглофабрика - 1952 год, мартеновские печи № 1 и 2, блюминг - 1953 год, прокатный цех - 1954 год. Не смотря на принятые правительственные, партийные решения, дан старт, определен финиш, решать эту громаднейшую задачу поручили одному человеку - управляющему трестом "Череповецметаллургстрой" Д. Н. Мамлееву, конечно, совместно с эксплуатационниками, и в этом немалая роль первого директора строящегося, а затем действующего Череповецкого металлургического завода Семена Иосифовича Резникова. Но решить на высшем уровне, кто прав в правильности выбора площадки, принятии технических решений о строительстве Череповецкого металлургического завода, предстояло Д. Н. Мамлееву или его сменщикам. А если он не справится, дрогнет перед поставленной задачей? И так, начиная с 1949 года - ввод первой домны, коксовой батареи, аглофабрики (1952 год) - четыре года с наличием 1105 мифических "строителей", нескольких бульдозеров, экскаваторов и все. Остальное - лошадиная тяга, лом, лопата, кувалда, носилки и в ближайшем будущем - тысячи заключенных. Ни рабочие, ни в огромном дефиците инженерно-технические работники не имеют опыта работы на подобных объектах, да и опыта работать круглогодично, при отрицательных температурах в комплексе - нет. Советников много от ЦК, Совмина, Минчермета, Минтяжстроя, обкома, горкома, да и демагогов на стройке предостаточно. Слушай всех, решай и отвечай - один. До наград, ой как далеко, а выговора и угрозы рядом, да и в реальности. Ставка на заключенных сработала на предыдущих крупных стройках, в том числе и в металлургии, но на этой и масштабы другие, как по мощности, так и по материалам, применяемым в конструкциях, выполнение которых неспециалистам не доверишь. А если заглянуть на несколько лет вперед - конец страны ГУЛАГ во главе с Берией близко. А все трубят: "Даешь домну!"
А Дмитрий Николаевич с утра на строительстве производственной базы, там, где ускоренно строятся завод ЖБИиК, ДОК, РМЗ, промпорт, автобаза, энергохозяйство, цех железнодорожных перевозок, снабженческие базы и другие объекты. Затем учкомбинат, ГПТУ строителей, базы монтажных организаций. А какого труда стоило ему заполучить в Череповец завод металлоконструкций! Не порадовал он вождя при его жизни пуском первой доменной печи в 1952 году - только в 1955. Он всецело был поглощен созданием многотысячного коллектива строителей и монтажников, их базой, как бы шестым чувством понимал,- ГУЛАГ кончается, нужны профессиональные строительные кадры рабочих всех специальностей, монтажников мирового уровня, ИТР с высшим и специальным строительным образованием, способные из строительных материалов сегодняшнего дня создавать новые укрупненные конструкции на собственных базах и заводах монтажников, доставлять на стройку и собирать, монтировать укрупненные блоки, в десятки-сотни раз сокращая сроки возведения объектов металлургического комплекса. Уже в 1950 году, 22 апреля, в день юбилея В. И. Ленина, на областной партконференции управляющий трестом доложил участникам: "Сегодня мы имеем тысячи девушек и юношей, освоивших строительные специальности, показывающих образцы социалистического труда. Мы имеем стахановцев, передовиков производства, которые изо дня в день от 200-300 до 700 процентов выполняют установленные нормы. В тресте создаются строительные подразделения жилищно-гражданского строительства, уже не кадры, а именно жилье для строителей и заводчан определяют объемы работ и ход строительства, люди едут, в том числе и строители, на комсомольскую стройку, необходимо жилье". В 1950 году Совет Министров РСФСР утвердил план реконструкции Череповца. Застройка предусмотрена от Советского проспекта в сторону завода. Первым застраивается двухэтажными кирпичными домами 103-й квартал, в основном немецкими военнопленными, далее улица Металлургов, Ленина, Красноармейская. Сотни строителей начали получать квартиры с полным благоустройством, к заводу из города строится трамвайная линия. А вблизи завода строятся из щитовых конструкций временные жилые дома в районе деревень Панькино и Богородское, а также на ул. Полевой. Помню, с какой гордостью в середине 60-х годов прошлого столетия, при строительстве сталепрокатного завода, сносились эти временные жилые сооружения еще при жизни Д. Н. Мамлеева. Он напоминал нам о том: "В ваши годы будьте неустанными борцами со всевозможными времянками, особенно при строительстве жилого фонда. Я создал эти бараки, я их и уничтожил. Мои рабочие и инженерно-технические работники въезжают только в постоянное благоустроенное жилье". Это был 1963 год.
Строя собственную производственную базу строителей и монтажников, Дмитрий Николаевич понимал, что без подобной базы, но уже металлургического завода, как-то: котельная, котельно-монтажный цех, цех железнодорожных перевозок, цех водоснабжения и канализации, электроремонтный, невозможно будет запустить и отладить основное производство металлургического передела. На этом поприще два первых руководителя Мамлеев и Резников были единодушны. Да и в целом, это были два крупных руководителя, нацеленных на скорейшее, но грамотное выполнение поставленной задачи - создание металлургического комплекса с полным переделом, с высокими экономическими показателями.
Март 1953 года, кончина Сталина, а вслед за этим рухнул ГУЛАГ с его всесильным Берией. У власти страны люди с новым мышлением во главе с Никитой Сергеевичем Хрущевым. 19 августа 1954 года ЦК КПСС и Совет Министров СССР приняли постановление "О развитии производства сборных железобетонных конструкций и деталей для строительства", а в августе 1955 года было принято постановление ЦК КПСС и Совмина СССР по вопросам строительства "О мерах по дальнейшей индустриализации, улучшению качества и снижению стоимости строительства". Мы, строители тех лет, убеждены, что ни до, ни после не принималось более важных, а самое главное, осуществленных решений по строительной отрасли. В стране было создано более 500 домостроительных комбинатов, 1000 заводов с металлооснасткой свыше 12 млн. т по выпуску сборных железобетонных конструкций для перекрытий зданий шириной 12, 18, 24, 36 м и более, сборных стеновых панелей, каркасов, не обошлось и без перегибов по внедрению сборных железобетонных конструкций. И как был прав Дмитрий Николаевич, не смотря на требования всех уровней власти: "строй завод дедовским способом", устоял, создал базу, которая впоследствии быстро переоснащалась под все виды новой техники и строительной отрасли. К началу 50-х годов и база, и уже почувствовавшие вкус к учебе строители взялись за сооружение основных производств металлургического комплекса. В конце ноября 1951 года заложен пень доменной печи № 1, а летом 1955 года пошел первый чугун. Зато вторая, более мощная домна, построена за 11 месяцев! В 1955 году численность населения города - 74 тыс. человек, жилищный фонд составил 332,2 тыс. кв. м. На одного человека приходится 4,85 кв. м при норме 8,0 кв. м. В промышленности занято 16647 человек, в том числе в тресте "ЧМС" 12153 человек, вместе с субподрядными организациями на металлургическом заводе 3237 чел. По сравнению с 1948 годом выпуск валовой продукции составил 289%. За эти годы введены в строй действующих: ДОК, бетонорастворный завод, спичечная фабрика; цехи на металлургическом заводе: доменный, агломерационный, металлоконструкций, ремонтно-механический, ТЭЦ, кислородная станция. Построено 160 тыс. кв. м жилья, 10 детских учреждений, школы на 2320 учащихся, 6 столовых, 15 магазинов, баня, прачечная, больница, ДК строителей вместимостью 500 чел. В июле пущена 1-я агломерационная машина.
За два дня до XX съезда КПСС, 11 февраля 1956 года, началась загрузка коксовой батареи-первенца. Есть череповецкий кокс! На съезде развенчали культ личности Сталина. Началась попытка свалить на него и ошибочность создания, и нерентабельность Череповецкого металлургического завода, так как он благословил его строительство. Но директивами этого съезда записано: <<В шестом пятилетии предусматривается завершить строительство Череповецкого металлургического комбината". Для этого необходимо построить и ввести в действие две доменные печи, шесть мартеновских печей, пять прокатных станов, цех холодного проката, четыре коксовых батареи и метизный завод.
Перед заводом стояла реальная задача уже к 1960 году стать рентабельным предприятием.
На декабрьском 1956 года пленуме ЦК КПСС кто-то передал в адрес президиума небольшую справочку о себестоимости тонны чугуна на основных заводах страны, начиная с Магнитки, кончая Череповцом (Магнитка - 160 руб., Череповец - 613 руб.), наглядный пример волюнтаристского решения о выборе места строительства Череповецкого металлургического завода, дескать, в угоду товарищу Сталину. Из дневника И. П. Бардина: "Неожиданно стало известно, что И. Т. Тевосяна снимают с поста заместителя председателя Совмина СССР, в том числе причиной указывается и Череповец, который съедает безумные деньги, построен не там и т. д.". Правительство поставило под сомнение целесообразность дальнейшего строительства завода, возник вопрос о его консервации, продаже Оленегорских железно-рудных концентратов на экспорт. Министерство прекратило финансирование второй рудной базы - Ковдорского ГОКа! Слухи о бесперспективности завода и его возможности закрытия дошли и до Череповца, кое-кто стал уже собирать чемоданы.
В начале января 1957 года три патриота - И. П. Бардин, С. И. Резников, Д. Н. Мамлеев наперекор правительственным и партийным чиновникам вступили, уже в который раз, в борьбу за спасение своего детища - Череповецкого металлургического завода, кто на высшем правительственном уровне - И. П. Бардин, кто с экономическими расчетами - С. И. Резников, а Дмитрий Николаевич непосредственно на строительной площадке через ускоренный ввод производств по выпуску металла (мартеновское производство) и полный металлургический передел. В этой борьбе, как никогда, пригодилась производственная база строителей, с таким упорством созданная управляющим. Он делает вызов высшим чиновникам, главный из них - устойчивая работа многотысячного коллектива строителей. Первого января 1957 года в новогоднем номере многотиражки Дмитрий Николаевич выступает с передовой статьей, которая называлась "За новые успехи". Он благодарит строителей и монтажников, всех участников строительства за достигнутые успехи в истекшем 1956 году. Они выражены в конкретных объектах и цифрах: введены две коксовые батареи с цехами ул." вливания и углеподготовкой, углеобогатительная фабрика, две агломерационные машины и другие объекты. Для рабочих ЧМЗ введено в эксплуатацию более 25 тыс. кв. м жилья, в два раза больше предыдущего года. Пущен трамвай, сдана в эксплуатацию поликлиника завода, другие объекты соцкультбыта на сумму 42 млн. руб. План выполнен! На текущий 1957 год задачи гораздо сложней. План увеличен на 25% в сравнении с предыдущим годом, а по объектам соцкультбыта более чем вдвое, 91 млн. руб. Это был год 40-летия Октября. Традиционно, но более конкретно, развернулось соцсоревнование коллективов к этой дате, но, конечно, главная задача, в том числе защита чести, достоинства инженерного ума,- ускоренное строительство мартеновского цеха, прокатного производства, блюминга. Под стать упорству и одержимости управляющего трудится и главный инженер Михаил Яковлевич Лаевский, и его технические службы. 1956 год стал первым годом, с которого трест стал работать прибыльно. Выработка в сравнении с 1951 годам выросла на 40%.
В декабре 1957 года пленум ЦК КПСС и Правительство приняли постановление "О расширении прав профсоюзов по привлечению широких масс трудящихся к управлению производством". Постановление сыграло значительную роль в повышении инициативы среди трудящихся по организации постоянно действующих производственных совещаний (ПДПС), организации ВОИР и НТО, созданных во исполнение этого постановления. Наступил 1958 год. Трест успешно справился с задачами 1957 года. Успешное освоение производств по чугуну, снижение из месяца в месяц его себестоимости, расчеты заводчан, подтвержденные учеными и проектировщиками, интенсивное строительство передельной части завода и жилищно-социальной сферы нового города Череповца предрешили по иному взглянуть власть на решение проблемы обеспечения так необходимого для страны металла глубокого передели, оцененного как "хлеб промышленности" при гигантском развитии страны в ближайших пятилетках, вплоть до 1990 года.
24 апреля 1958 года Совет Министров СССР принял постановление, которое определило новые рубежи увеличения мощности ЧМЗ в 2,75 раза по сравнению с первоначальной: по чугуну - 3 млн. т, по стали - 4,4 млн. т, по прокату - 4,3 млн. т. Подтверждением расчета заводчан, строителей, проектировщиков, конечно, в первую очередь самоотверженного труда строителей-эксплуатационников стал пуск в эксплуатацию первой мартеновской печи 1 мая 1958 года.
Трест "Череповецметаллургстрой" становится ведущей строительной организацией страны! Успешно выполнен государственный план и социалистические обязательства предыдущего года, с опережением выполняются показатели 1958 года, взят первый рубеж - есть череповецкая сталь, развернуто строительство блюминга, жилья и объектов соцкультбыта (40 тыс. кв. м для металлургов, 10 тыс. кв. м для строителей). Заканчивается строительство первой очереди "Фанеродеталь", специализация строительных и монтажных организаций. На строительстве жилья создается специализированное отделочное управление "Союзспецстрой", которое впоследствии вело отделочные работы и на промышленном строительстве. Соцсоревнование на стройках Череповца было не формальным, а реальным, с хорошими материальными стимулами. На ведущих объектах создаются штабы стройки с включением в них штатных работников аппарата треста (начальники комплексов). Управляемость на конкретном объекте, а, следовательно, и контроль сроков повышался. За второй квартал трест вышел победителем во Всесоюзном социалистическом соревновании среди строителей. В канун дня строителя большая группа (несколько сот человек) рабочих и инженерно-технических работников впервые награждена высокими правительственными наградами. Д. Н. Мамлееву "за успешное строительство Череповецкого металлургического завода, зачинателю передового и нового в строительстве, пионеру в развитии крупнопанельного домостроения в стране присвоено звание Герой Социалистического Труда".
Он стал двадцатым Героем Социалистического Труда в Вологодской области, первый строитель области, первый и единственный в области крупный хозяйственный руководитель за почти за 70-летнюю историю Вологодской области.
9 лет прошло, как он впервые вступил на вологодскую землю, и все из них один к одному: изо дня в день, из недели в неделю, из месяца в месяц, из года в год - упорный труд, как его самого, так и его единомышленников. Прямо надо сказать, немало и противников, тормозов в претворении его идей. Но он победил как раз на промежуточном финише, впереди еще 11 лет не менее напряженного упорного труда, но уже с препятствиями, в основном, изобретенными как в его окружении, так и в областных и министерских структурах. Трест развивается, растет. На 1 октября 1958 года в составе треста 12 стройуправлений. Год завершен с положительными результатами: получено от хозяйственной деятельности 35 млн. руб. прибыли, в том числе 12 млн. руб. сверхплановой, введено 50 тыс. кв. м жилья, в том числе 10 тыс. кв. м для строителей. Наступил 1959 год. План, в сравнении с 1958 годом, возрастает на 23,4%. Для решения поставленных задач снова используются проверенные на практике в предыдущие годы методы: подготовка рабочих и инженерно-технических работников во всех формах обучения, в том числе и на строительной площадке, изучение и внедрение технического прогресса, неформальное соцсоревнование. 27 января 1959 года открылся XXI съезд партии, который утвердил контрольные цифры семилетнего плана 1959-1965 годов. В канун съезда руководители треста и завода дают телеграмму в ЦК КПСС и Совмин СССР, в которой говорится: "25 января получен первый прокат... С окончанием строительства блюминга на заводе завершен полный металлургический цикл". Жилищники берут обязательство - семилетний план по строительству жилья выполнить в шесть лет, а предстоит ввести за семилетку 398 тыс. кв. м жилья. Начат монтаж крупнопанельных домов с колес. За второй квартал трест признан победителем во Всесоюзном социалистическом соревновании. В этом году введены новые мартеновские печи, блюминг, две школы, 54 тыс. кв. м жилья, получена прибыль 32,0 млн. руб. В конце года сдан толстолистовой стан 2800, завершено строительство высоковольтной ЛЭП Рыбинск - Череповец протяженностью 170 км. В начале 1960 года Дмитрий Николаевич выступил с необычной и смелой инициативой по скоростному строительству цехов ЧМЗ. По проекту, в утвержденной мощности, завод должен быть закончен в 1965 году. Управляющий обосновал и доказал в Москве, что эту задачу можно решить раньше на два года, т. е. в 1963 году. Эти предложения были направлены в Москву и обком с выступлением в печати со статьей "Семь в пять". В феврале 1960 года инициатива была поддержана. В рекордно короткий срок был построен стан 1700. Задачи 1960 года были выполнены. Трест к этому году сформировался как мощная строительно-монтажная организация в составе: 14-ти строительных управлений, 4-х промпредприятий и хозяйств. На строительстве работали мощные специализированные строительно-монтажные организации, представленные управлениями: Стальконструкция, Электромонтаж, Сантехмонтаж, Металлургпрокатмонтаж, Коксохиммонтаж, Теплострой, хозрасчетными участками Промвентиляция, Термоизделия, Гидроспецфундаментстрой, КИП и автоматики, и ряд других. Трест успешно справился с повышенными задачами плана и ввода 1960 года в соответствии с предложениями управляющего. 1961 год был ударным на домне № 3, аглофабрике № 2, стане 250 и других, на промплощадке ЧМЗ, а также объектах жилья и соцкультбыта, для строителей готовилась к вводу собственная больница. Расширялась производственная база, особенно завода железобетонных изделий и конструкций по выпуску новых серий и сборных домов, большепролетных несущих и кровельных конструкций, стеновых ограждений. Значительную роль в успешной работе треста сыграло создание Карьерного хозяйства в обеспечении природными нерудными материалами, с пуском доменных печей - дробленой продукции из доменного шлака, а затем и гранулированного. Этот материал, используемый в основании подъездных дорог к объектам, воистину изменил облик строек в начале 60-х годов. Тогда и появилось требование управляющего: ИТР на стройке должен ходить в ботинках, а не в резиновых сапогах, для этого созданы все условия. На протяжении всей производственной деятельности он вел борьбу с носилками, резиновыми сапогами и неопрятностью даже в рабочих условиях.
Если металлурги осваивали все новые и новые мощности за счет привлечения опытнейших специалистов - доменщиков, мартеновцев, сталеплавильщиков, прокатчиков с других предприятий, как рабочих, так и ведущих инженеров, то строительство производств и цехов осуществлялось рабочими и инженерами, подготовленными на месте, через учкомбинаты, ГПТУ, затем техникумы, а позднее институты области. Инициатором и руководителем такого метода подготовки кадров был Мамлеев. К началу 60-х годов на стройке, в основном, работали доморощенные высококвалифицированные кадры без привлечения исправительно-трудовых учреждений. Дмитрий Николаевич как никто другой понимал, что опытный, высококвалифицированный рабочий е несколько раз ценнее и добросовестнее любых временщиков, в этом у чего был богатый опыт работы с кадрами первых лет стройки. Молодым рабочим - высококвалифицированным специалистам, он рекомендовал, а зачастую и сам советовал учиться дальше в техникумах, институтах, выпускники которых впоследствии стали руководителями стройки.
Строители, монтажники, пуская новые мощности, пополняли их кадрами эксплуатационников из своих рядов, которые впоследствии становились знатными металлургами. Некоторые инженеры стройки переходили также на завод в УКС, в службы эксплуатации завода, а то и приобретали вторую инженерную специальность по заводскому профилю. Дети родителей-строителей, в подавляющей массе, стали металлургами. Вывод на поверхности: быть работником завода престижней, экономически предпочтительней. В "перестроечно-капиталистические годы" это был выход из критической ситуации в строительном комплексе. Что будет в ближайшее время, кто будет строить так, как строило наше старшее поколение и мы - шестидесятники?
В те годы, перед Дмитрием Николаевичем все время стоял главный вопрос - комплектование стройки высококвалифицированными кадрами. От труда заключенных, условников, временных пришельцев он уклонялся, на практике доказал, что высококвалифицированный рабочий эффективнее в пять раз, чем эти "кадры", а обустройство их требует средств и обслуги не меньше, а больше, чем хороший рабочий.
По согласованию с руководством Ленинградского инженерно-строительного института на стройку приглашались группы выпускников института. В апреле 1961 года, в дни торжеств по случаю полета в космос Юрия Алексеевича Гагарина, в одной из аудиторий ЛИСИ с нами, выпускниками-строителями, встретился управляющий трестом "Череповецметаллургстрой" Герой Социалистического Труда Дмитрий Николаевич Мамлеев. Он рассказал нам о строительстве металлургического завода, его роли в развитии Ленинградского промышленного узла, промышленности города. Гарантировал нам много работы, предоставление жилья и другие условия для нормального благоустройства на первых порах на новом месте, приглашая в Череповец. Из группы около 20 человек согласились поехать 9. Прижились из них на стройке 5 человек: В. Дроздов, Э. Ковалев, А. Кужлев, А. Попов, В. Яхлаков. У каждого из нас по разному сложилась жизнь и карьера на этой стройке, но убежден - все были полезны стройке и до конца дней не раскаиваются, что выбрали этот путь. Как сказано выше, Дмитрий Николаевич - выходец инженерной школы Ленинграда, да и первые годы его работы подтвердили убеждение: наиболее приживаемы и эффективны инженеры-строители из Ленинграда. Это направление комплектования кадрами он осуществлял еще и потому, что вырабатывалась с годами тесная связь инженеров-практиков со стройки с Ленинградскими проектировщиками из институтов "Гипромез", "Ленпромстройпроект", "Механобр" "ЛоТЭП", "Гипродрев", "Ленгорпроект", "ЛенНИИПградостроительства" и т. д., в которых работали коллеги-выпускники. Эти институты, как правило, выполняли проектную документацию для Череповецкого промышленного узла, да и области в целом. Ученые ленинградских институтов по договорам с трестом, металлургическим заводом, городом выполняли крупные научно-практические работы, которые незамедлительно внедрялись в производство, зачастую по ним вносились изменения в СНиП, ТУ, т. с. формировали новую техническую политику строительного комплекса страны. Так, ученые ЛИСИ в строительных условиях Череповца внедрили пластификаторы в бетоны и растворы, противоморозные добавки, предложили новые методы устройства дорожных насыпей из глинистых грунтов, устройство фундаментов зданий на слабых и частично заторфованных грунтах, расчет свай на основе конкретных работ в Череповце Обосновали возможность получения легких заполнителей на отходах металлургического и химических производств. Они на основе доменных шлаков Череповца на Пикалевском цементном заводе освоили выпуск шлако-портландцемента, они же в последние годы разработали технологию производства высокомарочного цемента тоже на череповецких шлаках, к сожалению, до сих пор не нашедшего применения у нас в области. Значительная заслуга ленинградцев в создании и отладке подготовки специалистов-строителей с высшим образованием в Череповце.
Являясь частым гостем ЛИСИ, встречаюсь с преподавателями старшего поколения. Они с большой теплотой отзывались о Д. Н. Мамлееве, т. к. готовили свои научные работы, стали учеными на конкретном материале череповецкой стройки.
При назначении на работу в управление Дмитрий Николаевич лично встретился с нами, в присутствии зам. управляющего трестом по быту и кадрам, дав указание по нашему обустройству, и распределил в разные управления на должности мастеров. С этого момента мы были под постоянным, незримым контролем со стороны управляющего. Наши успехи и неудачи были ему известны, т. к. стройка росла, задачи усложнялись, каждый инженер-строитель, особенно из ЛИСИ, был на особом счету. Меня распределили в строительное управление "Мартенстрой". Управление было на спаде, план не выполняло, сильные начальники из этого управления были взяты в трест и Совнархоз. Новые руководители, Н. П. Чехии и главный инженер Бацевицкий, казалось бы, принимали все меры по стабилизации обстановки, возвращению былой славы управлению. Но теперь понимаю, что кроме опыта их руководства, резко изменилась структура управления, снизились объемы монолитного бетона в связи с сокращением работ в мартеновском цехе. Работы на ТЭЦ, кислородном цехе, доменной печи № 3 (остатки от других управлений) и т. д. Мне поручили вести возведение ТЭЦ на два энергоблока. Ознакомился с технической документацией, ПНР, а самое главное - с бригадирами, рабочими мастерского участка. Хорошо, что с аналогичной работой я столкнулся в Назарозо Канско-Ачинского района Красноярского края, где работал мастером на преддипломной практике, затем прорабом, да и диплом готовил и защищал по этой тематике. Бригадиры поняли, что я не в теории, а на практике знаю стройку, стали относиться ко мне с доверием, а я к ним с уважением. Знакомство сократилось до минимума. В первые месяцы участок план не выполнял, а мастер получал 90% от месячного оклада - 90 руб. Для семьи в три человека - это на уровне студенческого дохода, в квартире пусто. Столяр участка сделал и подарил мне столик, который до сих пор берегу на даче. А в магазинах все есть: от живой рыбы, мяса, колбасы до мебели, одежды, обуви и т. д. Это были хрущевские времена начала 60-х годов! Пришлось по-настоящему вникнуть в низовую экономику, формирование плана, выработку на одного работающего и т. д., а главное - изучить документы низового хозрасчета. Оказалось, что положение рабочих, мое финансовое положение связано с грамотной работой по низовому хозрасчету. Запустили его в работу, все научились считать и экономить. Как уже сказал, объекты энергетики строить очень сложно. Изготовление монолитных тонкостенных железобетонных конструкций многодельно и малоемко по бетону, но требует высокой насыщенности арматурой, хотя разница в стоимости кубометра железобетона в этих конструкциях незначительно дороже в сравнении с крупными фундаментами, например: в мартеновском или прокатном цехах. Нас выручили два направления: до 1961 года в армировании монолитных конструкций применялся гладкий арматурный материал, в основном, стали 3 из штучных с загнутыми анкерами на концах деталей (в марках по чертежам). Армирование было сложнейшим многотрудным процессом. На этом использовалось большое количество высококвалифицированных рабочих, как на площадке в котлованах, так и на подготовке, маркировке и доставке на стройку. В конце 1961 года строители ввели в эксплуатацию стан 250, а затем 250-2, 280 и проволочные станы. На них велась прокатка и выпуск рифленой арматуры стали 5, ГС высокопрочной по сравнению со сталью 3. Естественно, что мы стали получать эту продукцию для строительства завода. Это было поистине революцией по работе с монолитными железобетонными конструкциями. Эра арматурных вязальщиков с пассатижами стала исчезать, на стройку поступали сначала плоские, а затем и объемные арматурные конструкции, требовалась их установка в будущую конструкцию или частичная сварка в объемной конструкции. Зачастую в крупных конструкциях они являлись несущими для крепежа опалубки. В тресте, одном из первых, на опалубочных работах при устройстве монолитных конструкций стали применяться опалубочные деревянные щиты (слезингера), выполненные на собственном ДОКе. На площадке их собирали в объемные конструкции. Причем, в технических условиях проектировщикам задавались в соответствии с ними и размеры монолитных конструкций, конечно значительных размеров, а прочность конструкций компенсировалась маркой бетона и процентом армирования.
Эти два мероприятия значительно облегчили труд в общестроительных работах плотников и арматурщиков, приблизив их как бы к монтажникам. Стройка стала значительно чище, не так загромождена от разобранной опалубки и леса. В общем, вскоре низовой хозрасчет стал не мифом, а реальным на мастерском участке. Бригады стали получать по реально выполненным объемам, с учетом экономии строительных материалов и сроков исполнения в сравнении с нормативными. Появился мастерский фонд, на совете бригадиров он распределялся дополнительно к зарплате, мастер стал получать как минимум в два раза больше оклада.
После авральных работ, сначала на пусковой доменной печи № 3, затем цеха холодного проката (на работах, что осталось от основных генподрядчиков) уже в должности прораба поручили строить кислородный цех, крайне необходимый для завода, где я впервые познакомился с первым секретарем обкома КПСС А. С. Дрыгиным. В 1963 году наш участок закончил отвод газопровода на ЧМЗ от Саратовского газопровода. Кислородный цех, один из сложнейших по технологии строительства, мы сдали в эксплуатацию в 1964 году. До мелочей запомнился эпизод с возобновлением строительства ТЭЦ в 1963 году. С начала года назначают меня старшим прорабом-начальником участка. Основной объект - ввод ТЭЦ и цеха ПВС, без чего не может устойчиво работать доменный цех, главное - только что пущенная доменная печь № 3. С уходом рабочих на помощь другим этот объект в зимних условиях был в тяжелейшем состоянии. Еще в 1961-1962 годах, когда я работал мастером, под главный корпус были выполнены фундаменты, а также фундамент под турбогенератор. Остальной грунт в пролетах (турбинном, бункерном, котельном и дымососном) был оставлен для прохода монтажных кранов "Стальконструкции". А надо отметить, что впервые каркас здания монтировался из сборных железобетонных конструкций, высота колонн в котельном пролете до 42 м, колонны стыковались из нескольких элементов, т. к. они поступали с Невской Дубровки из-под Ленинграда. Качество конструкций - отличное, против наших, поступающих с завода ЖБИ, выполненных в деревянной опалубке. Приступаем в 30-градусные морозы к уборке грунта из цеха для устройства подземного хозяйства. Экскаватором с клин-бабой нам работать не разрешили, опасаясь повредить смонтированный корпус. Нужно работать вручную, с применением компрессора и частично отогрева паром. Компрессор работает в три смены, добросовестно трудится бригада К. А. Синицына. Вскрываем первый промороженный слой. Вдруг поступает команда треста снять компрессор на другой объект. Я к начальнику управления, главному инженеру - бесполезно. Поручил приварить компрессор к колонне здания, чтобы не смогли увести без специальных мероприятий. Снимают и отзывают компрессорщиков. Тогда рекомендую бригаде остановить работу до положительного решения проблемы. Наехали корреспонденты, "доброжелатели": бригада не работает - ЧП, забастовка. Но никто "с комсомольским задором" не попытался взять в руки лом и кувалду, чтобы отколоть хоть кусок мерзлого грунта. Тогда, впервые, набираю телефон управляющего - у нас пытаются отобрать единственный механизм, компрессор, без которого остановилась работа на пусковом объекте ТЭЦ, прошу помочь! Приезжает главный диспетчер, глупость ликвидирована. Но какой ценой?! Вынужден вспомнить этот абсурдный случай. Оказалось, что это разыграли как забастовку бригады К. А. Синицына, а Д. Н. Мамлееву бюро обкома КПСС объявило партийный выговор, записано в личном деле. Уж кому-кому, а только не управляющему должен быть предназначен этот выговор. Но мощность мы все-таки ввели в срок. В короткое время я прошел путь от мастера до главного инженера управления (апрель 1964 года). При назначении на должность меня неожиданно с площадки вызвали к управляющему. Здесь по-настоящему, с глазу на глаз, я познакомился с Дмитрием Николаевичем (он-то ведь знал, что перед ним возмутитель спокойствия, по "вине" которого ему подарили партийный выговор в начале 1963 года), он был делегатом XXII съезда партии. Здесь курьез! И я, в чем был, помыв в луже резиновые сапоги, явился перед его взором. А кабинет у него солидный, в длину метров 20. Вхожу в кабинет, иду к столу. Он встает мне навстречу, остановился, оглядел меня с ног до головы и говорит: "Молодой человек (ему 58 лет, мне - 28), в таком виде в кабинет ко мне не заходят, я добиваюсь и надеюсь с помощью Вас, молодых, сделать стройку, на которой в любое время можно будет пройти в ботинках. Садитесь". Я бессвязно оправдываюсь, успокаиваюсь, а потом он перешел к вопросам стройки. Зная, что я в то время был уже известный на стройке рационализатор, отметил это. Затем перешел к главному, предложил должность главного инженера строительного управления, в котором я вырос, но управление работало неустойчиво. Выслушав его доводы по назначению, сказал, что я являюсь еще молодым специалистом. Если по технической части, как инженер, видимо, справлюсь, а по экономике, технике безопасности, работе с субподрядчиками - мне далеко до этой должности. Тогда он сказал мне, что его правило "выдвигать на повышение недозрелых, а не перезрелых специалистов. Выдвижение с опозданием чревато большими отрицательными последствиями и для человека, и для государства". Считая, что вопрос с назначением решен, он поставил передо мной, как главным инженером, задачи (численность управления с субподрядчиками в пиковые нагрузки доходила до 600 -700 человек), поздравил меня с назначением и при необходимости разрешил обращаться к нему в любое время суток на работу и домой. Его доверие, считаю, оправдал. К концу года управление вышло из прорыва, справилось с планом, экономическими показателями и вводом объектов. Начальником управления "Мартенстрой", незадолго до моего назначения, пришел, работавший ранее начальником управления в Сокольском строительном управлении № 205, пожилой человек с бухгалтерским практическим опытом Николай Ионович Белявский. Он предоставил мне, кроме экономики, полную свободу действия на площадках, в бригадах, на строительных участках, во взаимодействии с монтажниками, представлять управление на оперативных совещаниях. В должности главного инженера мне представилась возможность по серьезному взяться за решение организационных и технических вопросов на уровне того времени. До конца дней буду благодарен бригадирам управления К. А. Синицыну, С. М. Олыкайнену, А. П. Колосову, Н. А, Проничеву, И. П. Громову, И. П. Чаплюн, М. Смирновой, Н. Королевой, В. Терехову, В. Быкову, главному механику и его заму Б. Н. Успенскому и Э. И. Овсянкину, прорабам О. Е. Пищикову, Л. М. Фролову, В. И. Казначееву, А. К. Мясникову. Н. Я. Грабарову, начальнику ПТО Р. Б. Волковой, планового отдела Спивак и Б. К. Прокофьеву, зам. начальника по снабжению П. Я. Басову, начальнику отдела кадров Т. Н. Арташовой. Мы сумели работать единой командой. Проявили производственную злость, упорство, чтобы вырваться из отстающих (положение, не свойственное для этого управления). И главное, достигли этого не за счет получения выгодных массивных объемов общестроительных работ, не за счет перегрузки рабочих сверхурочными, "на хвостах" после других управлений или многодельных объектах энергетики. Вот за счет чего мы решили эту задачу:
1. Перед трестом доказали, что каждое управление со старыми валовыми показателями находится в неравных трудовых условиях, нужен новый показатель оценки по трудозатратам на выполнение единичной готовой продукции, и в целом объекта. Так появился показатель нормативно-условной чистой продукции. Родился он при содружестве инженеров нашего управления и экономиста-плановика, выпускника Московского инженерно-экономического института им. Плеханова Б. К. Прокофьева, затем он развил и блестяще обосновал эту идею на уровне, в целом, треста и министерства. Мы стали участниками и победителями Всесоюзного конкурса на лучшую организацию экономической работы в строительной индустрии в 1965 году. В нашем управлении проводились школы-семинары по обмену опытом этой работы.
2. Управляющий трестом, как сказано выше, принял беспрецедентные меры по созданию производственной базы,
в частности по выпуску новых сборных железобетонных конструкций. Если раньше весь сборный железобетон по возведению зданий использовался специализированной монтажной организацией "Стальконструкция", то теперь они не переваривали весь объем по монтажу сборного железобетона. Мы в управлении воспользовались этим, создали свою бригаду в комплексе по монтажу некрупных зданий в сборном железобетоне. Участок О. Е. Пищикова с успехом выполнял их, в том числе в комплексе и расширение ДК строителей, где монтажный кран прогнали через основной зрительный зал и сцену, по специально выполненной эстакаде. Сборность в управлении возросла более чем в два раза. Мы первыми из генподрядных строительных управлений начали самостоятельно вести забивку свай. Для этого отдел главного механика выполнил свое навесное оборудование на кран-экскаватор для погружения свай длиной до 13 м. Научились погружать сваи не только вертикально, но и под углом до 18 градусов. Такую уникальную работу мы выполнили при устройстве свайного основания при строительстве градирни № 2 на расширении ТЭЦ вместо гравийного основания по нашему с Э. А. Ковалевым рацпредложению. Работа уникальна, но, к сожалению, не получила распространения на других объектах.
3. Первыми в практике треста, по согласованию с институтами, стали применять сваи-стойки при строительстве надземных эстакад под материалопроводы вместо фундаментно-стоечных эстакад.
4. Для эстакад под тяжелую вертикальную нагрузку (6-8 трубопроводов диаметром 600-800 мм) колонны весом до 15 тонн стали изготовлять собственными силами на сборных передвижных бойках с укладкой предварительно разогретого бетона, вместо колонн, изготовленных на заводе ЖБИиК треста, что позволило экономить на каждом кубометре железобетона в деле до 30% в пользу управления.
5. В управлении вместо обычного монолитного железобетона стали применять торкрет-бетон, что позволило в два раза сократить расход опалубки, убавить толщину конструкций в деле.
6. Отдел главного механика управления для облегчения труда строителей, внедрял многие приспособления как собственного изготовления, так и заимствованные с других строек.
В 1966 году, зимой, произошла крупная авария на теплосети, подающей тепло в город. Проектный отдел ЧМЗ разработал документацию на поднятие теплотрассы из грунта на бетонные опоры. Я подал и внедрил предложение - выполнил эстакаду на коротких сваях-стойках. Причем, были проведены опытные испытания этой конструкции на горизонтальную нагрузку. Случилось так, что при окончательном фиксировании факта (нужно было подтвердить актом работоспособность конструкции на расчетные горизонтальные нагрузки) присутствую на испытаниях вместе с заводчанами. Едет управляющий, остановил машину, подходит, спрашивает, чем занимаюсь? Объяснил суть идеи, возможность экономического эффекта. Он поблагодарил за смелость. Кроме значительного экономического эффекта срок работ сократился в десятки раз (ведь город по теплу висел на волоске, на ликвидацию аварий в жилой зоне по замене систем отопления были брошены все сантехники, подключены "Металлургпрскатмонтаж" и "Коксохиммонтаж"). Работа по строительной части по моему варианту была выполнена досрочно. В 1964-1965 годах, в кратчайшие сроки, совместно с монтажниками-эксплуатационниками мы выполнили уникальную работу в стесненных условиях между 11-й мартеновской печью и миксерным отделением по подземной части опорной конструкции печи внутри цеха, а монтажники вне зоны работающего цеха собрали каркас двухванной мартеновской печи. Затем совместно с эксплуатационниками остов ее был надвинут на строительную часть печи. Обстройка, обмуровка печи одновременно со строителями велась уже в действующем цехе. Впервые в строительной практике Череповца работы велись по почасовому графику (без остановки 11-й печи и миксерного отделения). По итогам сдачи объекта Д. Н. Мамлеев сказал, что эта работа уникальна, а руководители-исполнители А. Кужлев, М. Тауб будут представлены с заводчанами к наградам. Впоследствии ряд заводчан получили государственные премии, кроме нас.
Дмитрий Николаевич, испытав выдвиженца на новую должность, создав ему нормальные, а по тем временам хорошие жилищно-бытовые условия, следил за его ростом, защищал его от внешних воздействий или посягательств. Меня, в середине 60-х годов, от подобных посягательств защитил. Вызвали в середине лета с площадки к управляющему, поприбрался, научен предыдущим случаем, прихожу в приемную, толпится несколько человек. Секретарь сразу провожает меня, минуя всех, в кабинет Дмитрия Николаевича. Захожу, здороваемся за руку, приглашает сесть, напротив сидит генерал-майор. Управляющий меня ему представляет - молодой специалист - выпускник ЛИСИ, главный инженер крупного строительного управления. Генерал тоже здоровается за руку, представляется. Дальше спрашивает: "Ведь вы закончили институт с военным уклоном инженер-фортификатор, специалист по устройству подземных сооружений? Не желаете ли Вы пойти на службу в Армию в звании капитана для работы по вашей военной специальности? Очень нужны кадры этого профиля". Молчу, смотрю на Дмитрия Николаевича. Он задает генералу вопрос по обустройству, финансовой обеспеченности, устройству семьи. Все далеко от того, что я имею в этой должности сегодня. Потом говорит генералу: "Вы знаете, что этот специалист находится на брони, выполняет стратегическую задачу по обеспечению так необходимой стране металлопродукции, да и должность и звание, которое вы предлагаете, инженер перерос, В его подчинении около 700 человек, доход около 500 рублей (с премиями и выплатой за рацпредложения), он у нас один из лучших рационализаторов". Спрашивает меня: "Может Вы сами желаете служить в Армии?" Тогда я говорю: "Спасибо Вам, Дмитрий Николаевич, Вы за меня все сказали. Я служу отечеству в том качестве, как есть сейчас, разрешите идти". Генерал молчит, тогда я встаю, прощаюсь и ухожу. Они остались вдвоем. О чем они еще говорили? Но меня больше никуда и никогда в военные ведомства не вызывали, присваивая воинские звания до капитана.
С 1961 года включился в работу по претворению в жизнь программы семилетки 1959-1965 гг. на Череповецкой площадке. Сошлюсь на строки из книги А. И. Дубовицкого "Живая жизнь стройки": "Всех задач 1961 года решить не удалось. План строительно-монтажных работ в рублях был выполнен, прибыль тоже, сдано в эксплуатацию 76,4 тыс. кв. м жилья при плане 71,0 тыс. кв. м, сдано много объектов производственного и социального назначения. В то же время не была введена доменная печь № 3 и аглофабрика № 2, цеха № 5 и № 6 на собственном заводе железобетонных изделий и конструкций".
Задачи перед трестом возросли в связи с поставленной целью: досрочно завершить первую очередь завода. В декабре на собрании партийно-хозяйственного актива стройки обсуждались "боевые задачи строителей на 1962 год". В собрании принимали участие заместитель председателя Совмина СССР Дымшиц, первый заместитель председателя ВСНХ РСФСР Шереметьев, работники области и города. Строители жилья в тресте работали лучше, чем на промышленной площадке.
Трест развивал собственное подсобное хозяйство. К примеру, в 1962 году строители обязались заготовить своего картофеля 1100 тонн. Это была не дань моде, а необходимость, т. к. продукция его шла в столовые, на стол строителей. Обеды были дешевые и доступны каждому, потребление мяса в питании было почти в два раза выше, чем сегодня.
В 1961 году были учреждены звания "Заслуженный строитель РСФСР" и "Заслуженный рационализатор РСФСР". Одному из первых на стройке оно было присвоено нашему управляющему, а первым заслуженным рационализатором стал В. В. Бушин. 16 июня 1963 года выдала первый чугун доменная печь № 3 и аглофабрика № 2. Горком и горисполком учредил городскую Книгу Почета. Первым в нее был занесен Д. Н. Мамлеев. В сентябре проводилась отчетно-выборная конференция в связи с хрущевской новизной в жизни и обновлялась структура партийных органов. Секретарем парткома был избран В. Н. Воронков - инструктор обкома, неудавшийся строитель треста "Вологдапромстрой". Он стал "рекомендовать" и "давать" партийную установку череповецким строителям, в том числе и управляющему. Более того, он вскоре стал секретарем Череповецкого горкома КПСС. К партийному руководству шла новая волна "партийных деятелей", положив начало разложения этой структуры. Хорошо, что как твердыня партии оставался А. С. Дрыгин. Он, видимо, с грустью смотрел на "партийную игру" этих ребят! Началось строительство стана 350, заканчивалось - цеха холодного проката, который ввели 2 марта 1963 года. При сооружении цеха холодного проката перемещено 130 тыс. куб. м земли, уложено 124 тыс. куб. м бетона, смонтировано 9 тыс. т металлических конструкций и 43 тыс. куб. м сборного железобетона. Впервые объект строился с 12-метровым поперечным шагом колонн. ЦК КПСС и Совет Министров СССР тепло поздравили коллектив строителей и монтажников с новой трудовой победой. 5 сентября 1963 года за успешное выполнение заданий по строительству объектов Череповецкого металлургического завода и высокие достижения в области строительного производства Президиум Верховного Совета СССР наградил трест "Череповецметаллургстрой" орденом Ленина, машинисту экскаватора В. Ф. Валуеву и бригадиру управления "Севзапэлектромонтаж" А, С. Шарыпину присвоено звание Герой Социалистического Труда. 150 наиболее отличившихся работников треста награждены орденами и медалями. 6 ноября на металлургическом заводе сдана пеко-коксовая батарея, а в декабре пущен стан 350, на завод пущен саратовский газ. Трест стал участником ВДНХ СССР за разработку и внедрение железобетонных большеразмерных плит покрытия. Участники разработки этой темы получили награды ВДНХ. Д. Н. Мамлеев и Л. И. Бусыгина награждены серебряными медалями.
Привожу выдержку из вступительного слова А. С. Дрыгина в книге "Восхождение" за 1980 год: "В 1962 году коллектив металлургического завода, в результате ускоренного развития производства и завершения строительства всех необходимых цехов полного металлургического цикла, покончил с убыточностью. Здесь надо отдать должное еще молодому тогда коллективу треста "Череповецметаллургстрой", строители и монтажники которого показали, что способны решать труднейшие задачи быстро и хорошо. Мартеновские печи, прокатные станы и другие агрегаты сдавались эксплуатационникам опережающими темпами, а металлурги быстро их осваивали. В 1971 году предприятие покрыло все затраты на строительство. К 1980 году балансовая прибыль превысила 2,5 млрд. рублей".
А ведь в конце 1956 года вставал вопрос о свертывании строительства Череповецкого металлургического завода ввиду его высокой убыточности.
Трест успешно справился с программой 1964 года: в январе сдан в эксплуатацию завод металлоконструкций, июль - на три месяца раньше срока введена в строй действующих очередная мартеновская печь, первого декабря началось опробование проволочного стана 280. 1965 год завершал семилетку, характерным для него стала сдача многих объектов: сдано более 30 промышленных объектов и производственных мощностей, в том числе: проволочный стаи 250-2, кислородный цех - 2-я очередь, расширение блюминга, опытная установка сухого тушения кокса, двухванная сталеплавильная печь, первая очередь метизного производства (сталепрокатного завода), а также объекты собственной производственной базы - Коврижинский карьер в Кирилловском районе, бетонный цех № 3, цех гипсошлаковых перегородок и другие. Из воспоминаний Ю. П. Цветкова: "В 1965 году приступили к сооружению проволочного стана "250 - 2". По нормативам продолжительность возведения этого комплекса составляла 12 месяцев. По разработанному "Прокатстроем" и трестом сетевому графику эти сроки были сокращены до 9 месяцев. Управляющий трестом Д. Мамлеев писал: "Для специалистов давно не является секретом, что существующие методы планирования и управления строительством приходят во все большее несоответствие с его скоростными темпами и высоким технологическим уровнем. Руководство и планирование современным сложным строительством требует точного графического изображения процессов и расчета стоимости работ в зависимости от их продолжительности. Поэтому весьма естественным является тот живой интерес, который вызвала публикация в нашей периодической печати новой системы планирования и управления строительством на основе сетевых графиков. Наибольший интерес для нас, строителей, представляет метод критического пути. Величайшим его преимуществом является то, что он позволяет руководителю строительства выявлять и ликвидировать потенциальные трудности, прежде чем они возникнут. Очевидно, что лучшим способом ликвидации опасного положения является его предотвращение. В тресте "Череповецметаллургстрой" впервые в Советском Союзе применена трехступенчатая система составления сетевых графиков. Преимущества ее в том, что каждый руководитель имеет свой график, в составлении которого он принимает непосредственное участие. Мастер и прораб имеют детальные графики на свои объекты. Начальник и главный инженер--укрупненный график всех строящихся объектов управления. Управляющий и главный инженер треста - укрупненный график комплекса доменной печи, аглофабрики и т. д. Укрупненный сетевой график стана "250" стоимостью 16 млн. рублей имел 236 событий и 400 работ. Он увязал работу двух генподрядных стройуправлений и 13 организаций "Минмонтажспецстроя" СССР. Если бы были увязаны все детальные графики, то сетевой график имел бы 3500 событий и 5000 работ. Сетевой график явился руководителю новым инструментом для принятия решения. Стан "250" введен в действие досрочно". В Ленинграде состоялась научная конференция, на которой Дмитрий Николаевич Мамлеев выступил с докладом. Доклад его имел огромный успех. Центральное бюро технической информации Госстроя СССР выпустило брошюру о череповецком опыте строительства по сетевому графику". Для нас, учеников Дмитрия Николаевича, подчиненных, товарищей-металлургов, работников Главзапстроя знаменательным событием было 7 ноября 1965 года - юбилейный день рождения нашего управляющего: 60 лет - серьезный юбилей!
Он, не терпевший пьяниц, бездельников, устроил прием, по-моему, на 150-200 человек в трестовской столовой на ул. Ломоносова. Приглашены были, как его верные соратники с первых дней работы, так и мы, молодые его ученики, подающие надежды, а также лучшие рабочие, бригадиры, работники парткома и профсоюзов, горкома, горисполкома и обкома партии. Мы, молодежь, впервые побывали на столь представительном приеме, помним его до сих пор. Но у меня после приема закрались первые мысли - единство партии и народа? Что-то не то было на этом юбилее. Партия, в лице обкома и горкома, была не очень доброжелательна к нашему хозяину! Они преднамеренно герою-руководителю подготовили следующий, после борьбы за создание металлургического комбината в 50-е годы, свой психологический барьер, доказывая свою возвышенность перед патриотом-хозяйственником общесоюзного и европейского уровня. Он приглашался в несколько европейских стран для обмена опытом по скоростному строительству комплексов. А. С. Дрыгина не было на его юбилее, не было и первого секретаря Череповецкого горкома КПСС. На его юбилей откликнулся только партийный орган газета "Правда" статьей корреспондента В. Парфенова "Главный строитель" 29 сентября 1965 года:

ЭТО ПРОИЗОШЛО после заката солнца, когда даже западный край неба над Череповцом стал сливаться на горизонте с черной зубчаткой леса, а восточную половину небосклона ночь щедро засеяла алмазами звезд. И вдруг над городом поднялось оранжевое зарево. Оно потушило звезды, позолотило дрожащим светом окна домов. Многие жители, забыв о сне, устремились на окраину города, на новостройку, откуда поднимался свет...
...В этот час начала свою жизнь первая домна Северной Магнитки.
На литейном дворе вместе с металлургами принимал первую плавку управляющий трестом "Череповецметаллургстрой" Дмитрий Николаевич Мамлеев. Он смотрел, как горновые "прострелили" бок домны, как из зияющей "раны" - летки - брызнул ослепительный огонь. Струя металла, добежав до конца желоба, золотым водопадом устремилась вниз - в гигантскую чашу, стоящую на рельсах, гулко хлестнула о днище.
И тут под сводами цеха, освещенного зыбким светом, прокатилось "Ура!". Люди обнимали друг друга, и в глазах их светилось счастье.
Возвращаясь уже на утренней зорьке домой, Д. Н. Мамлеев вспомнил многое из своей жизни, словно это доброе пламя осветило прожитые годы. В памяти проплыли неоглядные степи Башкирии - край его детства, белые ночи над Ленинградом, где он провел юность и стал инженером-строителем, разрушенные бомбами фашистов заводы Рыбинска, которые приходилось восстанавливать, стройки родной Башкирии. Но самыми яркими были воспоминания о годах, когда сооружался Череповецкий металлургический завод.
Со времени пуска первой домны минуло десять лет. В повседневных трудах и заботах они пролетели быстро. Только чуть глубже стали морщинки у глаз, еще больше посветлела коротко постриженная шевелюра. Зато за десять лет много ярче стали огни Северной Магнитки. И всякий раз, когда наполняются силой и огнем новая домна, сталеплавильная печь, прокатный стан, - Дмитрий Николаевич на пуске. Там он получает новый заряд энергии, молодеет душой.
Рано утром, когда на объектах еще тихо, Д. Н. Мам-леев, сдвинув штору с карты завода, обдумывает, что надо сделать, где побывать за день. Вскоре начинают оживать телефоны. Вот в трубке знакомый басок директора завода А. И. Бородулина. Директор просит ускорить дела в цехе холодного проката. Конечно, прав он, думает Дмитрий Николаевич, из-за просчетов в проекте не хватает мощностей даже на участках первой очереди. Вот и приходится чрезмерно форсировать режимы. Из-за этого страдает качество листа...
- Не агитируй меня, Анатолий Иванович, - вздыхает управляющий трестом. - Понимаю я. Но и ты пойми: нелегко мне удвоить силы на этом объекте.
Но все же в душе решает: завтра же переброшу туда еще одно подразделение.
Другой звонок. С соседнего предприятия просят "по знакомству" на пару дней экскаватор. Слова "по знакомству" режут слух. Мамлеев вскипает:
- Давайте вычеркнем из лексикона эти слова. Экскаваторы, как и ваши станки, имеют государственный план. При чем здесь "знакомство"?
Беседовать с таким человеком не только интересно, но и поучительно. Д. Н. Мамлеев прям в суждениях, четко знает место коллектива в общем строю,
- Строители России должны нынче сдать "продукции" на шесть миллиардов рублей. Наш трест - на 60 миллионов рублей. Это всего один процент. Но ведь именно в таких низовых звеньях решаются судьбы строек.
Затем задумался:
- Трудностей еще немало. Ступенек в лестнице управления стройками уйма, а решать даже простые вопросы подчас некому. На согласования и утряски иногда уходят недели. Не годится это.
Речь зашла о будущем Череповецкого завода. Развивать ли это предприятие? Ведь концентрат сюда везут с Кольского полуострова, уголь - с Печоры. Руководитель строительного треста - патриот завода, горячий сторонник его расширения.
- Череповецкий металл,- сказал он,- стал ныне дешевле, чем металл "Азовстали", Коммунарского завода и далее Нижне-Тагильского комбината. Да и металл металлу рознь. Наш чугун охотно покупают многие страны, потому что Кольские руды содержат в себе ценные добавки, а печорский уголь не имеет примесей вредной серы. Спросите горьковских автостроителей, лист какого завода они хотели бы получать. Череповецкого! Он штампуется на диво хорошо. Ни трещин, ни разрывов. Правильно, что руда и топливо не близко. Но Волго-Балт и большегрузные вагоны резко приближают сырье. А ведь потребители металла - Москва, Ленинград, Ярославль, Горький - отсюда рядом. Близок и металлолом - главная пища сталеплавильных печей. Посмотрите, завод-то какой вымахал! За несколько лет по своей мощности он может встать рядом с уральской Магниткой. Не завод, а университет строителей и металлургов.
И верно: череповчане во многих делах первыми прокладывают дорогу в неизведанное. Здесь домна-гигант первой в стране получила в свой рацион концентрат из бедных руд. Запасы их в стране громадные, а можно ли использовать их в сверхдомнах - было не ясно. Опыт блестяще удался. Уже несколько лет подряд череповецкая домна-исполин дает больше всех в мире металла с каждого кубометра объема и меньше всех требует кокса. Тянутся за флагманом и другие печи завода. За счет этого коллектив металлургов ежегодно выплавляет дополнительно 650 тысяч тонн чугуна, экономит 800 тысяч тонн кокса стоимостью в 20 миллионов рублей. Разумеется, решающий вклад в успехи завода вносят металлурги. Но если бы домны были сработаны наспех, сданы с недоделками, то даже первоклассные доменщики не достигли бы так быстро проектных показателей агрегатов.
Нынешний год у строителей Череповца особенный. Надо ввести в действие свыше десяти крупных объектов, в том числе стан "250", проволочный цех метизного завода, третью кислородную станцию, вторую очередь цеха холодного проката, сдать новоселам десятки жилых корпусов, школ, детских учреждений.
Главную ставку строители сделали на сетевой график. Его огромную организующую силу здесь используют в полную меру. График помогает ускорять строительство, снижать затраты средств.
...На стройке стана в одноэтажной приземистой времянке идет оперативка. Внутри длинный стол, на стенах чертежи. Д. Н. Мамлеев садится за маленький столик, приставленный боком к большому, обводит прищуренным взглядом собравшихся. Здесь собралось человек тридцать. Это руководители подразделений, снабженцы, представители завода. У многих перед собой записные книжки.
- Итак, послушаем тов. Белозерова,- сказал Д. Н. Мамлеев.- Подойдите, пожалуйста, к сетевому графику.
К огромному чертежу, где десятки кружков соединялись паутиной линий, шагнул с указкой молодой инженер и начал рассказывать, какие этапы строительства стана "250" уже выполнены и что кому предстоит сделать в ближайшее время, чтобы на месяц раньше срока сдать стан. Когда он замолчал, Д. Н. Мамлеев спросил:
- У кого есть замечания? Поднялся один из руководителей.
- Можем поставить в котлован не четыре, а лишь два экскаватора,- сказал он.- Иначе будет трудно транспортировать грунт.
- А вы все варианты продумали? Давайте развернем механизмы так, чтобы машины подходили с двух потоков.
После оперативки управляющего окружили инженеры, чтобы еще кое-что уточнить. Представители двух подразделений стали препираться, кому убирать с площадки ненужное оборудование. Дмитрий Николаевич их укорил:
- Оба вы - строители, а шагаете мимо народных ценностей, как прохожие.
И оба инженера смолкли.
Искусство руководителя большой стройки опирается не только на организацию дела и технику. Управляющий трестом знает - главное зависит от энергии и творчества людей. Один склонен трудиться без напряжения, придерживает резервы, больше просит, чем обещает. Другой еще не очень умеет считать и поэтому часто дает невыполнимые обещания. Третьему, способному и энергичному, пора дать задачу посложнее. А в сознание всех их руководитель должен вселить уверенность в успехе дела, открыть ясную перспективу, зажечь в сердце огонек творчества.
Больше всего Д. Н. Мамлеев не любит в руководителе недисциплинированности. Один из инженеров опоздал к началу оперативки. Д. Н. Мамлеев остановил докладчика и, обращаясь по имени и отчеству к опоздавшему, сказал:
- Если вы опоздаете и в третий раз, мы все вас будем "приветствовать" стоя.- И затем более серьезно сказал: - Не разбазаривайте время. У нас с вами его очень мало.
На стройке ценят молодежь. Случилось, что один из начальников управлений, подчиненных Мамлееву. резко отчитал молодого инженера: дескать, тот еще зелен, чтобы возражать... Ох, как досталось за это ретивому начальнику!
- Разве так надо вооружать опытом людей? После подобного окрика молодой инженер не придет к вам с новой мыслью. А это самое страшное. Вы когда кончали институт? Семнадцать лет назад? А он - всего год. Теоретические знания у него свежее и, может, глубже наших. На них-то и должен опираться наш опыт.
В тресте заведено правило: каждые полгода руководители управлений докладывают управляющему, как работают, как растут молодые инженеры и техники, как расставлены они, не пора ли выдвинуть талантливого инженера, если он быстро совершенствует свои знания, хорошо показывает себя на деле. Вот один из сотен примеров. На стройку в числе других пришел из института инженер И. М. Звездов. Управляющий долго присматривался к молодому специалисту, отмечал про себя его эрудицию, хватку, широту взглядов, давал все более сложные задачи. И. М. Звездов быстро прошел путь от мастера до начальника управления. Теперь он возглавляет управление строительства Запсиба.
Родина высоко оценила вклад Д. Н. Мамлеева в развитие строительного дела, удостоив его звания Героя Социалистического Труда. Управляющему трестом не раз предлагали новые, более высокие должности. Но каждый раз он просит оставить его на стройке. Здесь он видит свое призвание. Любит инженер, в раннее погожее утро, не спеша шагать на стройку. Дорога на объекты пролегает вдоль нового Череповца. Город ширится. За одно десятилетие там, где череповчане охотились на зайцев и лис, встали многоверстные широкие проспекты, зашумели парки и скверы. Смотря на город, на мерно вздыхающий металлургический гигант, Д. Н. Мам-леев с теплой радостью вспоминает приезд сюда и каждый шаг большой стройки. Наверное, в этом и заключается призвание и счастье строителя - всю жизнь, изо дня в день, щедро дарить людям свои силы, энергию, своим трудом зажигать новые огни над заводами и городами.

Партийный же печатный орган обкома и облисполкома газета "Красный Север" не обмолвился ни одним словом об этом юбилее. Анализируя годы работы Дмитрия Николаевича в Череповце, беседуя с его соратниками Л. Н. Рудаковым, Е. Д. Надеждиным, В. А. Шивринским (первыми секретарями горкома до середины 60-х годов прошлого столетия), председателем горисполкома того периода А. Е. Савоновым, с которым мне посчастливилось побывать в Венгрии в жарком июле 1972 года, пришел к выводу, что они были не только руководителями города того времени, но и единомышленниками, помощниками управляющего в достижении поставленных целей на стройке. Не вмешиваясь в технологию строительства (тут авторитет Дмитрия Николаевича был неоспорим), они разрабатывали и внедряли совместно в жизнь стратегию скорейшего осуществления намеченных планов по строительству промышленных объектов и города в комплексе. Они в то время и дружили по-настоящему. К концу 60-х годов, со сменой партийного руководства, все изменилось.
Успешно закончив семилетку, выдумку власти в будущем не прижившуюся, трест ввел большое количество объектов с положительными показателями. За достигнутые успехи в выполнении семилетнего плана по капитальному строительству награждены правительственными наградами 111 передовиков и новаторов стройки. Бригадиру "Заводстроя" Г. И. Мохову было присвоено звание Героя Социалистического Труда. В августе 1966 года Дмитрий Николаевич был награжден орденом Ленина. В начале 1966 года прошел XXIII съезд партии, делегатом его был наш управляющий. Для строителей этот год был началом претворения в жизнь решений сентябрьского 1965 года пленума ЦК КПСС "О новой системе планирования и экономического стимулирования в строительстве". Задача состояла в расширении премиальной системы строителей, авансовое премирование за ввод объектов, различные фонды... Страна переходила на пятидневную рабочую неделю. Развернулось соревнование за достойную встречу 50-летия Октября. Началось строительство электросталеплавильного цеха, жилищники перешли на выпуск серии "1-467А", закончив строительство домов серии "335" с трехслойными стеновыми панелями, которая в будущем себя не оправдала, а сейчас необходима ее коренная реконструкция или снос.
В январе 1967 года Дмитрий Николаевич пригласил меня на работу в трест начальником технического отдела. Пройдя все ступеньки линейной работы до главного инженера строительного управления, одновременно занимаясь проектной работой, как рационализатор, с благодарностью принял это предложение. Удивительно, что и до и после моего назначения на эту должность главный инженер треста не пригласил меня на беседу с каким-то напутствием или указаниями направления работы. Меня быстро ввели в курс дела главный технолог треста Людмила Ивановна Бусыгина, зам. главного инженера Алексей Федорович Юткин, конечно, и работники технического отдела, с которыми мы сразу стали работать дружно. Особо задумываться о такой встрече меня главным инженером было некогда. Главное - мне доверял управляющий. Работа захватила с головой. Если на стройке в семь часов утра был на работе, то и здесь тоже. Изучил предыдущие действующие документы, включился в изучение новой поступающей документации, познакомился с заказчиками, поставщиками документации. А главная задача - началась работа на 4-й доменной печи, азотно-туковом заводе, проектирование "Аммофоса", объектов жилья и соцкультбыта, окончание строительства расширения Дворца культуры строителей, где оказался и как строитель, и как проектировщик. В это же время обосновывалось расширение и доведение мощности ЧМЗ до 12-14 млн. т по металлу и основным переделам. Благодаря неплохой зрительной памяти, мне удавалось внимательно рассматривать документацию или документ, удерживать в памяти основные их параметры. Поэтому, при встрече с руководством, заказчиками, удивлял их своим знанием вопроса, хотя он возникал только во время очной встречи. Дмитрий Николаевич не только назначил меня на ответственную работу, но и позаботился о выделении хорошей квартиры в центре города, что значительно улучшило мои условия работы и оперативность (приходилось в аварийных ситуациях быть на объекте в любое время). Управляющий уже в середине 60-х годов прошлого столетия чувствовал, что коллектив строителей, созданный им в комплексе, если не принять меры на перспективу, столкнется с не меньшими трудностями, чем по его созданию - его сокращением, если не осуществится строительство III очереди металлургического завода. Поэтому предложил, вместо метизного завода, разместить на этой площадке завод легковых автомобилей. Приезжала комиссия Минавтопрома, Госплана, Госстроя, рассматривали это предложение. Но оно было отклонено из-за:
а) недостаточности территории;
б) занятости строителей на сооружении металлургического завода;
в) отказа заводчан передать северную площадку под новый завод, где впоследствии разместили АТЗ и третью очередь металлургического завода.
Были еще неоспоримые факторы против предложения управляющего: за размещение автозавода под Куйбышевом (г. Тольятти) был председатель Совмина СССР А. Н. Косыгин, а также там освобождались мощности строителей после ввода в эксплуатацию Куйбышевской ГЭС.
Настойчивость химиков на размещение в Череповце химических заводов победила, хотя это были нелюбимые стройки Дмитрия Николаевича. Да и для города они не подарок, даже в сравнении с металлургическим производством. В этот период я познал всю технологию работы аппарата треста и работал с первыми руководителями ЧМЗ А. И. Бородулиным, главным инженером завода, затем директором В. А. Ванниковым, зам. директора по капитальному строительству В. И. Завьяловым, другими директорами и заместителями по капитальному строительству, заказчиками, директорами, главными инженерами, ГИПами, главными конструкторами, главными архитекторами институтов, работающими на площадках Череповца. Был вхож и работал с руководством Главцентротяжстроя, Главсевзаптяжстроя, Минтяжстроя СССР, с Госстроем СССР и РСФСР сначала от имени управляющего, потом самостоятельно. До сих пор вспоминаю и восхищаюсь эрудицией, выносливостью А. И. Бородулина. При совместной поездке в Гипромез, в Ленинград, мы всю ночь играли в шахматы. После приезда пешком шли в ближайшее кафе на Невском, затем до Аничкова моста, по набережной Фонтанки до института. Там все и все были готовы к совещанию, точней к мозговой атаке. Нужно было разместить в створ третьей домны четвертую, значительно большей мощности, а площадка до предела сжата, занята коммуникациями от действующих производств. Затем, обсуждение северной площадки, где нужно разместить конверторное производство во взаимоувязке с действующим производством, это нетрадиционная задача в практике металлургических заводов, нет подобного размещения производств. Анатолий Иванович вносит ряд ценных предложений, ставит в тупик проектировщиков, но добивается проработки и внедрения своих новаций (время показало их разумность). Перерыв, мы обедаем в институтской столовой, провожаем Анатолия Ивановича, обычно в Москву, а сами дорабатываем протоколы.
Совместно с технологами, заводчанами техотдел решал проблемы освобождения пятна застройки под доменную печь № 4. Группой работников техотдела предложено и внедрено предложение по подвеске на вантах пролета около 70 метров группы технологических трубопроводов, питающих действующие домны, чтобы в этом пространстве выполнить строительную часть под новые сооружения с учетом действующего. Проект удался, получен значительный эффект, особенно во времени. В этот период глубже осознал роль и значение в деле сплочения коллектива управляющего трестом. Он первый и главный человек в этом многотысячном коллективе. Стройка была целью его жизни, его беззаветной любовью к каждому из нас, от рабочего до инженеров и служащих всех уровней. Если у кого-то из людей спрашивают: "Ваше хобби, увлечение, кроме работы?" - отвечают: "Собираю марки, занимаюсь выращиванием цветов, езжу на рыбалку", ну и т. д., а у Дмитрия Николаевича: работа - стройка, хобби - стройка, любовь - стройка с ее техническим прогрессом. Теперь, к сожалению, пожалуй не найти таких фанатов не только на стройке, но и в других отраслях, если не считать стремление некоторых к наживе.
В подтверждение моих слов о роли и значении управляющего в те годы привожу статью корреспондента "Экономической газеты" (№ 35-37) за август-сентябрь 1967 года В. Селюнина "Алгебра гармонии" (из опыта череповецких строителей):

ОРДЕНА ЛЕНИНА трест "Череповецметаллургстрой" - одна из лучших строительных организаций страны. Это общепризнано. Авторы многочисленных публикаций неизменно подчеркивают: в успехах треста немалая заслуга принадлежит управляющему - Герою Социалистического Труда Дмитрию Николаевичу Мамлееву. Кажется, все уже осведомлены о его биографии, личных качествах, цвете глаз и волос.
Почти ничего не написано, однако, о практических приемах работы этого руководителя. Известно лишь, что его методы управления хороши, но чем конкретно - неясно. Обстоятельство это способствовало распространению одного предрассудка. Я сам не раз слышал такое рассуждение: суть, мол, не в системе хозяйствования, старой или новой, не в показателях плана и стимулах - суть в людях, в руководителях; вон у Мамлеева (здесь вставляется обойма имен) дело шло всегда, пресловутое администрирование не мешало ему. Что ж, мысль хотя и спорна, но не лишена основания. Факт, как говорится, налицо: реформа в строительстве еще не проведена, а трест работает образцово, одерживает одну победу за другой. Но все лее не будем спешить с выводами. Проследим за технологией успехов.
Пожалуй, главный недостаток нашего строительства заключается в распылении сил и средств по бесчисленным площадкам. И как следствие - затяжка сроков сооружения объектов. А вот в Череповце этого изъяна не наблюдается. Скоростное строительство стало здесь нормой. Листовой стан "1800" сдан на девять месяцев раньше срока, стан "2700" - на четыре месяца, непрерывно-заготовочный - на полгода... Впрочем, тут пришлось бы перечислять почти все цехи металлургического завода. Каждый, я это подчеркиваю, каждый жилой дом строят в Череповце на полтора месяца быстрее, нежели положено по нормам.
Обычно успехи треста объясняют тем, что Д. Н. Мам-леев с железной последовательностью провел в жизнь, в общем-то, не новую идею грамотного строительства: сперва развить индустриальную базу, а потом уже строить завод и город. Три года, начиная с 1949-го, трест вкладывал силы и средства в "собственные" предприятия. Да и по сей день в Череповце совершенствуют базу. Строительство превращено, по существу, в сборку конструкций машинного производства. Каждый второй дом монтируют целиком из сборных элементов. На ряде промышленных объектов сборность достигла 70-80 процентов.
Однако скоростное строительство - не исключительно "дивиденды" с технических идей, выдвинутых инженерами. Одновременно с техническим новшеством здесь конструировали и модель организации дела. Один пример. Когда трест переходил к массовому строительству полносборных домов, понадобились исполнители особого рода. Дедовская технология, при которой пол-аршина на аршин за косину не считается, здесь уже не проходила: допуск на монтаже - плюс-минус пять миллиметров. Следовательно, первое требование к исполнителям - точность в работе. Второе: желательно, чтобы народ подобрался дисциплинированный - ведь сборка идет по часовому графику. Третье: люди должны быть достаточно развиты и энергичны, чтобы освоить по нескольку профессий.
Сейчас этой модели соответствует почти каждая бригада. А тогда, десять лет назад, запрограммированному идеалу полнее других, но все же не целиком отвечала молодежная бригада Н. А. Коротеева. На ней и остановили выбор. Это было смелое решение - в бригаде работали плотники, вчерашние колхозники. Ошибки, однако, не произошло. Через два года люди достигли запланированных качеств. Помню, когда в столице зародился метод монтажа домов "с колес" (то есть без разгрузки деталей на приобъектный склад), специалисты Госстроя СССР советовали не особенно пропагандировать это новшество: дескать, вряд ли можно обеспечить поступление и установку каждой детали с точностью до пятнадцати минут. В большинстве городов такого принудительного ритма не выдерживали. А бригада Н. А. Коротеева все дома стала собирать "с колес". На днях она завершила сборку стошестидесятого дома.
Управляющий трестом уверяет: будь у него все бригадиры такими, как Коротеев, производительность труда без копейки затрат возросла бы минимум на десять процентов.
Выработке технических и организационных решений, в общем-то, не мешали (или почти не мешали) известные недостатки принятой в строительстве системы планирования. И не нужно, казалось бы, ждать никакой реформы, чтобы грамотно работать. Что же, выходит, правы те, кто утверждает, будто дело не в системе хозяйствования, а исключительно в талантах руководителей? Давайте разбираться дальше.
Переход к сборке готовых конструкций, высокая квалификация исполнителей создали лишь возможность вести скоростное строительство. Чтобы превратить возможность в действительность, предстояло материально заинтересовать строителей в ряде вещей. Во-первых, в сокращении сроков работ. Во-вторых, в добротности исполнения каждой операции - сборное строительство особенно чувствительно к качеству работ. В-третьих, в бережном отношении к материалам - ведь одна деталь стоит иногда сотни рублей.
В поддержку технических и организационнных решений в тресте разработали соответствующие экономические меры. 71 процент сдельщиков охвачен аккордно-премиальной системой, причем любая бригада заранее знает, каково будет поощрение за выигранный день. А когда каждый человек в отдельности заинтересован в ускорении своей работы, уже забота плановиков - скоординировать действия исполнителей. Это тоже непросто, но напряженный план обязательно встретит поддержку снизу.
Инженерно-технические работники в прошлом году получили за ввод объектов в срок и досрочно в среднем по 1,74 месячного оклада.
В общем-то, с премированием за скоростное строительство все ясно и просто: вот директивный срок, вот акт приемки объекта, вот список ответственных исполнителей. Но какой ценой достигнуто ускорение? В Череповце долго искали экономический механизм, который заинтересовал бы коллективы исполнителей в высокой эффективности производства. Теперь этот механизм отлажен. Хотя строительные управления не имеют своих расчетных счетов в банке, за ними сохранена известная самостоятельность. За все услуги и взаимные поставки управления и предприятия расплачиваются между собой по неизменным внутритрестовским ценам. В этих же ценах им выдают задание и по себестоимости строительства:- по строгим нормам расхода материалов, зарплаты и т. п. Несогласованность между натуральными и экономическими показателями в плане треста (а это, увы, не редкость), колебания в цене материалов, добытых снабженцами, уже не влияют на достоверность и стабильность планов подразделений. Величина снижения себестоимости отражает только усилия данного коллектива. Его план по этому показателю всегда реален, даже если трест в целом и допустит удорожание на объекте, сооружаемом данным строительным управлением.
Л когда план достоверен, премирование за выполнение его достигает цели. Уже не может быть такой ситуации, чтобы премию платили не по заслугам или достойные лишались ее. В прошлом году за выполнение плана, включая задания по себестоимости, инженерно-техническим работникам выплатили в среднем по 1,68 оклада. Вместе с поощрением за ввод объектов в срок и досрочно специалисты получили по 3,42 месячного оклада. Нынче премии по этим двум системам составляют в заработке ИТР примерно столько же.
Экономические показатели зависят не только от командиров, но и от рядовых исполнителей. Однако здесь считают неэффективным напрямую связывать заработок рабочих с себестоимостью строительства, прибылью и т. п. - ведь с этими категориями монтажник, маляр, штукатур непосредственно дела не имеет. Задачу решили иначе: составили директивные нормы расхода материалов па единицу работ и заинтересовали рядовых исполнителей в их соблюдении. За два последних года в тресте сберегли материалов на 112 тысяч рублей, а бригадам выплатили 37,2 тысячи премиальных. Обеспечена полная сохранность железобетонных конструкций.
Решение извечной проблемы качества строительства подсказали сами рабочие. Члены бригады В. В. Шухалова в коллективном заявлении написали: высокое качество жизни требует дополнительных затрат времени и труда, а между тем плата рабочим одинакова при любой оценке дома.
Письму дали ход, и вскоре трест получил разрешение применить урочно-премиальную оплату труда: при сдаче объекта на "хорошо" исполнителю доплачивают 20 процентов тарифа, при отличной оценке - 40 процентов. Основная же часть зарплаты исчисляется по прямой сдельщине. Дневной заработок в бригаде Шухалова возрос с 4,32 до 5,73 рубля, а в среднем по всем бригадам премия по этой системе достигла 17 процентов зарплаты.
В общем, чудес не бывает. Но если в нынешнем году ни одного дома не сдано с посредственной оценкой, если в Череповце в любом месяце вводят ровно столько жилой площади, сколько и в декабре, если на площадках вы не увидите загубленных материалов, если ныне за шесть месяцев задания по производительности труда и снижению себестоимости опять перевыполнены, то не ищите объяснений лишь в том, что за все это заплачено к обоюдной выгоде государства и исполнителей. Рубль - далеко не единственная сила, заставляющая работать хорошо. Материальная заинтересованность здесь отлично сочетается с моральными побуждениями к труду. И это едва ли не самая примечательная черта опыта череповецких строителей.
Мы еще будем говорить о таких сугубо моральных стимулах, как самостоятельность исполнителей, продвижение по служебной лестнице. Пока же отметим: все формы премирования укрепляют в человеке добрые качества: трудолюбие, мастерство, бережливость, государственное мышление. И к той же цели направлена многогранная система моральных стимулов, разработанная руководством треста вместе с партийной и профсоюзной организациями. И социалистическое соревнование, и политико-воспитательная работа в коллективе, и награды ... Важно понято, что материальный интерес у череповецкого строителя не вступает в конфликт с совестью. Строить расточительно ему не только противно, но и не выгодно.
Итак, руководители треста умело применяют и административные, и экономические приемы управления.
Спрашивается однако: каким образом удалось здесь полнее, чем в других организациях, использовать экономические методы решения хозяйственных задач? Что же, череповчане были поставлены в особые условия? Пожалуй, да, но с одним уточнением: руководители сами поставили коллектив в особые условия. Все сколько-нибудь значительные эксперименты по премированию и оплате труда строителей прошли через "Череповецметаллургстрой". Верно, что в Череповце всегда ощущаешь уровень, к которому только еще стремится наше строительство. Но столь же верно и другие экономические инструменты управления в виде опыта здесь также взятые из завтрашнего дня. В известном смысле в тресте отрабатывались отдельные моменты хозяйственной реформы.
Понятно, что разрозненные экономические эксперименты не есть еще стройная новая система, подобная той, которая начинает действовать в промышленности. И потому образцовый порядок внутри треста нередко вступает в коллизию с общеизвестными недостатками планирования и снабжения. Мы это уже видели, разбираясь с планированием себестоимости. Попытки же перенять в чистом виде методы, пригодные для внутреннего употребления на отношения внешние часто заканчивались конфузом.
Лет восемь назад управляющий трестом начал было включать работников центральных планирующих и снабженческих органов в списки премируемых за ввод череповецких объектов. Одна уважаемая газета в хлесткой форме назвала такие премии взятками за первоочередную поставку оборудования и материалов в Череповец. И с этим трудно не согласиться.
С тех пор здесь непрерывно ищут более надежные способы гармонизации интересов государства и треста. Первыми в строительстве череповчане проверили метод планирования программы треста и его звеньев по нормативной стоимости работ, с тем, чтобы избавиться от искажающего влияния материалоемкости на план, устранить деление работ на выгодные и невыгодные. Эксперимент провели образцово - о нем написали десятки хвалебных статей и несколько книжек. Но вот что характерно Дмитрий Николаевич Мамлеев, сколько его ни просили, не выступил с одобрением этого метода. Тогда многим казалось, что будто стоит изобрести некий волшебный показатель и недостатки планирования исчезнут. Но в Череповце уже поняли наивность такого представления. Суть не в каком-то показателе, а в расширении самостоятельности предприятий, в том числе и в области планирования.
По этому вопросу у руководителя треста есть несколько интересных идей. Постараюсь изложить их: они полезны в преддверии хозяйственной реформы.
В нынешнем году они на три месяца раньше срока ввели крупный цех холодной прокатки. Благодаря чему металлурги изготовили сверх плана на миллионы рублей высокосортной продукции. Строители же понесли 50 тысяч рублей убытков. Как правило, скоростное строительство обходится дороже. Накладные расходы, правда, падают пропорционально сокращению срока, но прямые затраты значительно быстрее, сужается фронт работ и, значит, падает выработка, приходится применять аккордно-премиальную оплату, зачастую нужно изыскивать средства в дополнительную строительную базу и т. п.
Было бы справедливо прибыль, полученную от досрочного ввода, делить между заказчиком и подрядчиком в каких пропорциях - это можно установить в договоре. Пока же стимулирование исполнителей за сокращение сроков работ стоит в противоречии с выгодой самого треста.
Из этого же источника можно возмещать дополнительные затраты за досрочное изготовление оборудования поставщиками и документации проектантами. Сейчас этих участников строительного процесса ровно ни к чему не обязывает решение заказчика и подрядчика сдать объект раньше срока, потому приходится либо взывать к совести, посылать толкачей, привлекать к решению вопроса высокие центральные органы. Но нельзя же поставки по каждому объекту замыкать на Москву. Экономический рычаг сработал бы надежнее.
Словом, чаще нужно применять экономические инструменты, разумеется, сочетая их с административными. В этом случае многие вопросы планирования перейдут в ведение договаривающихся сторон - в рамках определенных государственным планом. Исключительно важный тезис! Сводить экономические методы к материальному стимулированию исполнителей трактовка плоская, примитивная. Инициатива, самостоятельность предприятий в этом суть таких методов.
Мы рассказали, если можно так выразиться, о приемах управления "обезличенными" процессами в череповецком тресте. Но управление включает еще и методы работы с подчиненными.
Как то будучи на площадке Западно-Сибирского металлургического завода, я разговорился о череповецкой школе управления с начальником этого крупного строительства И. М. Звездовым, бывшим руководителем из подразделений в Череповце.
- Какая главная черта Мамлеева-руководителя?
- Доверие к специалистам,- ответил мой собеседник, подумал и добавил: - Требовательное доверие. На самом деле. Принципиальная оценка управляющего трестом: над одним делом - один начальник. Ни он сам, ни его ближайшие соратники не считают себя вправе давать распоряжения мастерам и другим через голову руководителя строительного управления - такое вмешательство может быть некомпетентным, трудно будет спросить с командира за ход дела, если посторонний человек будет давать указания его подчиненным.
Управляющий не навязывает исполнение даже ериков окончания работ на объектах, где участвуют до десятка смежников. На оперативках, как правило, принимаемся срок, назначенный начальником управления. Поскольку большинство объектов сооружают по сетевым графикам, разногласия могут возникнуть лишь в отношении небольшого числа работ, расположенных на критическом пути. Им обмануть руководителей треста не удается - за этими работами следят особо, да и вообще, ежедневно бывают на площадках и досконально знают состояние дел.
На самом крупном объекте оперативка продолжается не более сорока минут. Начинают с проверки исполнения предыдущих решений. И довольно неуютно чувствует себя тот, кто не выполнил задание,- срок-то сам называл, никто его за язык не тянул. Единственной уважительной причиной считается несвоевременное поступление оборудования, материалов и документации. Сетевое планирование все же позволяет иногда нейтрализовать и такие "внешние" помехи.
Доверие к специалистам оправдывает себя - ни в одной другой организации я не наблюдал столь быстрого роста руководителей.
Раз в полгода управляющему докладывают о продвижении по службе молодых специалистов. Впрочем, и работа с кадрами определяется опять таки не эпизодическими проверками со стороны руководства треста, а системой, которая обязательно ловит каждый талант.
В отделе кадров заведены карточки - деловые характеристики на инженерно-технический работников. Люди с организаторским даром попадают в резерв на выдвижение - всего в нем на сегодняшний день 223 человека, т. е. каждый пятый специалист. Дальше начинается индивидуальная работа с теми, кто включен в резерв. К примеру, кандидат в начальники или главные инженеры строительного управления обязан осуществить ввод пяти-шести объектов, иметь опыт составления технической и финансовой документации, неоднократно замещать должность, на которую его готовят. Как видим, заранее программируют на должность работника и готовят по этой программе конкретного кандидата.
Молено было бы рассказать о росте многих руководителей. Но, пожалуй, систему работы с кадрами лучше выявят "обезличенные" цифры. За три последних года назначено восемь кандидатов на должности начальников и главных инженеров управлений и предприятий треста. Все они после института начинали с должности мастера. Один из них достиг этой должности за два года, двое - за четыре, четверо - за шесть, и один - за девять. За прошлый год на большую работу направлено 88 специалистов - треть резерва на выдвижение.
В основном это молодежь - двести инженерно-технических работников не достигло еще сорокалетнего возраста.
Спрашиваю у управляющего трестом:
- Скажите, а не лучше было бы приглашать на большие должности уже сложившихся, опытных руководителей? В Череповец любой поехал бы...
- Не лучше, - решительно отвечает Дмитрий Николаевич.- Продвижение по службе - хороший моральный стимул. Наших начальников управлений часто приглашают на самостоятельную работу. Что ж, не держим, если у нас дальше расти некуда. Наши люди работают по всей стране, некоторые управляют трестами. А раз приглашают, значит, неплохие работники. Как вы думаете? Выпускники вузов нынче подготовлены отлично, не то, что мы в свое время. Да и вообще в молодости люди инициативнее, податливее на все новое.
Как я заметил, в тресте поручают исполнение новых идей тем, кто не успел еще обзавестись предрассудками. В группе сетевого планирования, например, средний возраст меньше тридцати. Не думайте, однако, будто делами вершит зеленая молодежь. Инженер, прошедший школу работы с Мамлеевым, к тридцати годам становится опытным организатором (если, конечно, у него нет, как говорят железнодорожники, "ограничения по котлу").
Управляющий сам не засиживается вечерами и не допускает вечерних "бдений" в тресте. Он вспоминает, когда в молодости строил заводы в Ленинграде, вахтер получил от него приказ выгонять всех из кабинетов в семь вечера. Вот и теперь: заметит, что кто-то задерживается на работе,- тут же выяснит, в чем дело.
Посторонние, бывая в тресте, удивляются тому, что в приемной не толпится народ, управляющему не надоедают по пустякам. Ну, хорошо, подчиненные привыкли к самостоятельности, но ведь есть куча "междуведомственных" вопросов - в тресте пятнадцать строительных управлений, под контролем двадцать субподрядчиков.
Кажется, я выяснил, как удалось решить проблему увязок и согласований. Неопытные руководители частенько превращаются в снабженцев, в "доставал". А в Череповце линейный персонал огражден от мелочных дел идеально поставленной диспетчерской службой.
До начала месяца к главному диспетчеру поступает копия плана работ и покрытия потребности в материалах по подразделениям. Диспетчеры в специальных книгах красной строкой записывают нарастающим итогом план снабжения по каждому виду материалов с разбивкой по декадам и дням.
К четырнадцати часам заказчики подают заявки на следующий день. Заявка может быть и больше красной цифры, но не выше декадного лимита. Если сумма заказов, например, на бетон превосходит возможности бетонного завода, диспетчеры в первую очередь удовлетворяют нужды пусковых строек, а другим часть заказа переносят на вторую смену. О поправках сообщают на ежедневном диспетчерском совещании по проводам - руководители успеют еще соответственно спланировать выход бригад.
К шестнадцати часам окончательные заявки вносят в суточный график. Один экземпляр его посылают на бетонный завод. По этому документу диспетчер завода выписывает направления шоферам. Заказчик ставит на направлении штамп о приемке бетона. В конце смены завод сообщает главному диспетчеру сведения об исполнении заявок. Данные нарастающим итогом заносят синими чернилами под соответствующую клеточку красной строки - теперь можно сопоставить план снабжения и фактическую выдачу на каждый день, увидеть остаток декадного лимита. Обращаться за бетоном непосредственно на завод запрещено - только к главному диспетчеру.
Кирпич, инертные, металл, контейнеры с "мелочевкой" доставляет по той же схеме бюро централизованных перевозок. Аналогичным образом распределяют механизмы, состоящие в резерве диспетчерской службы.
Только два человека могут изменить решение главного диспетчера - управляющий и главный инженер. Их заместители таким правом не наделены.
- Как часто обращаются к вам по снабженческим делам?- спрашиваю у Д. П. Мамлеева.
- Но видите же, не звонят,- указывает на телефон управляющий (а беседа наша идет уже два с половиной часа).- Мое решение может быть некомпетентным. Диспетчер лучше знает обстановку.
Точно так же и другие службы выносят на рассмотрение руководства треста незначительное число оперативных вопросов. У руководителей есть время всесторонне обдумать принципиальные, поисковые проблемы, следить за литературой. Управляющий выписывает, например, четыре переводных журнала по специальности. Об интересных публикациях в других изданиях ему докладывает техническая библиотека.
Когда каждый полностью отвечает за свой участок работы, управляющий может позволить себе увлечение делами, лично ему особенно интересными. Впрочем, речь идет не об увлечениях "вообще" - руководитель выбирает идеи, которые, по его мнению, определяют будущее треста. Сейчас он занят сетевым планированием - в тонкостях освоил его и даже опубликовал книжку Работа "сетевиков" идет под его руководством, хотя, строго говоря, это и необязательно. Следующая цель Мамлеева - научиться работать на электронно-вычислительных машинах. Опять-таки, вероятно, руководитель треста не обязан сам уметь программировать - ему достаточно знать возможности такой техники.
Страсть к новому, требовательность к себе, доверие к подчиненным, методичная целеустремленность - черты череповецкого стиля. Но за всем тем остается еще таинственное нечто, неуловимый фактор, который, очевидно, никогда не позволит превратить управление в строгую науку. Управление - непременно творчество, в нем есть и будет элемент искусства. В этом слабость науки управления, в этом и прелесть ее.
Все же изучать образцы управления небесполезно. О роли практических навыков, если хотите, ремесла в творческом процессе размышлял еще Пушкин. "Звуки умертвив, музыку я разъял, как труп. Поверил я алгеброй гармонию. Тогда уже дерзнул, в науке искушенный, предаться неге творческой мечты", - рассказывает пушкинский герой.
Разложив по полочкам черты череповецкого стиля, мы проделали лишь часть работы, так сказать, разъяли музыку. Очевидно, дельный руководитель не просто воспользуется этим опытом, а обязательно внесет в него элемент творчества. И создаст, таким образом, свой собственный стиль, быть может, ни в чем не уступающий череповецкому.

В приведенной выше статье В. Селюнина о служебном росте молодых специалистов первым, кто за два года вырос до главного инженера, видимо упоминается обо мне. Это не значит, что за свои ошибки, просчеты Дмитрий Николаевич с таких не спрашивал, наоборот. Сошлюсь на два случая со мной. Однажды вызывает меня, главного инженера, на строительство Череповецкого сталепрокатного завода - срывается срок сдачи фундаментов под монтаж волочильных станов монтажникам. А фундаментов - море. Забетонировать-то мы их забетонировали, в каждом из них по четыре-шесть колодцев для установки анкерных болтов. Эти колодцы глубиной до 300-400 мм размером 100x100 мм. Для их формирования мы установили деревянную опалубку, которая при укладке монолитного бетона разбухала. При распалубке вытащить эти пробки целая проблема. И вот стоят в ряд эти карликовые фундаменты с обратной засыпкой, он уплотняется, выравнивается, а пробок на фундаментах сотни. А рабочие с ломом и кувалдой пытаются их вытащить, труд сложней, чем выполнить сам фундамент. Тогда метод бурения отверстий в фундаментах еще не применялся. Прихожу в эти пролеты, управляющий уже там, явно не доволен положением, я в довершение всего стою перед ним в болониевом плаще, руки в карманах. Это его и вывело из равновесия. Он мне говорит раздраженно: "Мало того, чтобы решить незначительную проблему с распалубкой фундаментов, так еще и изобразил из себя начальника, стоит перед управляющим - руки в карманах, я Вами не доволен. Ведь Вы решали и более серьезные проблемы, а с этой не можете справиться, мучаете рабочих",- повернулся и, не прощаясь, ушел. Для меня это как ушат воды на голову. Прихожу в управление, собрал механиков, подумали, решили проблему. А на других объектах мы уже стали применять и бурение скважин в фундаментах под анкерные болты. Прав был Дмитрий Николаевич. Другой случай: на скоростном строительстве двухванной мартеновской печи № 12 все идет по графику, оперативки ведет сам Дмитрий Николаевич. Делом чести на объекте - выполнение решений планерки. Названные нами сроки по завершению отдельных этапов подчиненными выполнялись неукоснительно. Помню такой случай: готовим под засыпку подземную часть фундамента печи. Задача управления - распалубить забетонированные конструкции, освободить пространство от распалубленных конструкций (по-моему бригадой Н. Проничева). Назвал срок окончания работ. Приходим на следующую планерку, проверяю исполнение, подхожу к бригадиру, идем к фундаментам, они распалублены, но котлован завален отходами опалубки. Срок засыпки фундамента сорван. Бригадир оправдывается, называет новый срок. Понимаю, что мы сорвали график, управление "Экскавация" нас не пощадит, и правильно! Управляющий начинает планерку, график имеет критические работы. Дмитрий Николаевич обращается ко мне: "В чем дело?". Встаю, глаза в пол, покраснел, не смею глядеть на него: "Виноват, не досмотрел, сдадим через несколько часов, с "Экскавацией" вопрос решен о ликвидации отставания". Тогда он говорит: "Не ожидал я от Вас такой недисциплинированности, хорошо, что не киваешь на какие-то "объективные" причины, редкий ответственный руководитель краснеет за свои промахи, надеюсь, что впредь подобного не случится, садитесь". Так контролировались сроки исполнения работ по сетевому графику управляющим.
Несколько слов о доверии молодым руководителям управляющего:
Как сказал выше, мы с начальником вывели управление "Мартенстрой" в передовые, стабильно работающие. Управляющий, видимо чувствуя успешную работу коллектива и руководителей, все больше и больше загружал нас работой, в том числе и непрофильной для нашего управления. Начальник, не совсем в курсе о состоянии управления, принимал все, что предлагалось нам трестом. Взял два объекта, собственно треста: расширение Дворца культуры строителей (курировал сам управляющий) и базу отдыха треста в районе Городища за рекой Шексной (курировал зам. управляющего А. М. Герасимов). Но, что делать, приказ есть приказ. Развернули на них работы, строились они за счет прибылей треста. Дмитрий Николаевич, ревностно относясь к обустройству своего коллектива, v эти объекты взял под особый контроль. Мне приходилось более часто, чем прежде, встречаться с ним. Он проводил совещания по ним не только со строителями, но и с проектировщиками. Проектировались они в собственном техническом отделе, поэтому с его сотрудниками мне пришлось познакомиться до того, как был назначен начальником этого отдела. Много новаций нам удалось внедрить в эти объекты при проектировании и строительстве. Интересно было работать на них с главным архитектором проекта А. И. Тужиловым, выпускником и преподавателем Ленинградского инженерно-строительного института.
К этим же годам относится мое знакомство с И. Д. Папаниным, дважды Героем Советского Союза, контр-адмиралом, доктором технических наук, известным полярником. Он много внимания уделял созданию заповедника "Борок", созданного на берегу Рыбинского водохранилища, на стыке нескольких областей: Вологодской, Калининской, Ярославской. В то время и до конца дней он дружил с нашим управляющим. Дмитрий Николаевич помогал Папанину в создании заповедника, выделял людей для строительства объектов, материалы. Так как мы в те же годы на другом берегу водохранилища строили базу отдыха, к нам направлялись материалы водным транспортом, то частично и мы как рабочими, так и материалами помогали знаменитому полярнику. Раз посчастливилось мне участвовать во встрече на домашнем обеде этих выдающихся патриотов страны. Беседа носила доверительный, уважительный тон. Иногда в разговор включали и меня, оценивая, как молодежь относится к той или иной обсуждаемой ими проблеме (смотри книгу И. Д. Папанина "Лед и пламень" 1978 года выпуска). В короткий срок, в конце 1967 года, из сотрудника треста, я перешел в разряд советников, консультантов, помощников Дмитрия Николаевича. Думаю, что окончательно в его глазах, сознании утвердился в звании инженера, когда в составе творческого коллектива была изменена конструкция фундаментов воздухонагревателей доменной печи № 4. А надо сказать, что комплекс системы воздухонагревателей на домне, вообще, попал в разряд неудачников. При вскрытии котлована обнаружилась буквально точечная линза плывунов, не отмеченная никакими геологическими колонками. Вскрываем котлован до проектной отметки, вдруг звонят мне: "Котлован затоплен водой, пошли плывуны, Что делать?". Приезжаем с начальником управления, убеждаемся в феномене. Пригласили постоянного представителя проектной организации "Ленпромстройпроект". Время не ждет! Принимаем решение, увеличить площадь вскрытия котлована с тем, чтобы иметь возможность вне зоны фундамента иметь с опережением заглубление для откачки воды с подошвы фундамента. И так, уступами добираемся до плотных слоев грунта под подошвой. Принимаем решение, изъятую полость под фундаментом забетонировать до проектной отметки подошвы фундамента низкомарочным бетоном, объем, по-моему, около 3,0 тыс. куб. м, это не многим меньше объема пня домны. Почти весь завод ЖБИ был переключен на решение этой проблемы. Дальше - устройство фундамента под воздухонагреватели из жаропрочного бетона. Мы, группа специалистов: Ю. С. Костерин, А. Ф. Кужлев, В. В. Беспалов, Ю. П. Цветков, решили доказать, что фундамент можно и нужно выполнить из обычного бетона, только с устройством защитной верхней подушки из жаропрочного бетона. Перед проектировщиками и заказчиком это предложение защитили через московский "Теплопроект", где была изготовлена специальная модель по распространению температурной кривой при работе воздухонагревателей с воздействием температуры на тело фундамента. Экономический эффект, от внедрения предложения, был существенный. В дальнейшем, наше предложение внедрили на пятой доменной печи (см. книгу "Города на память" к 55-летию Череповецкой стройки). Перед строителями и монтажниками возникли еще две серьезнейшие технические проблемы: с кожухом воздухонагревателей и скиповой ямой на этом объекте. Они были решены только за счет непререкаемого авторитета Дмитрия Николаевича. По скиповой яме: это монолитный железобетонный колодец диаметром 25,5 м, глубиной отметки днища - минус 15,5 м. Строители первыми получили чертежи на фундамент под доменную печь, и осенью 1967 года его заложили с замурованной в нем капсулой с письмом к потомкам, где вместе с управляющим есть и моя подпись, когда исполнял обязанности главного инженера треста. Это Дмитрий Николаевич практиковал часто, в отсутствие главного инженера, с проведением оперативных совещаний на домне. Монтажники приступили к монтажу кожуха домны. Заняв зону монтажными кранами, дошли до 50-й отметки. Пришли чертежи на строительную часть скиповой ямы: - монолитный опускной колодец толщиной стен 2,5 м, глубиной 20 м (толщина плиты 4,5 м). Фундамент под домну заложен на отметке около минус 6 м, в непосредственной близости от скиповой ямы, в зоне обрушения. При обычном методе погружения колодца необходимо было остановить монтаж домны, выполнить защитную стенку от обрушения или сдвига фундамента печи. После долгих раздумий, расчетов я предложил свой вариант, доложил Дмитрию Николаевичу, долго с ним обсуждали проблему. Он сказал: "Я тебе верю, но рассмотрите на техсовете у главного инженера, затем в проектном институте". Пошел к главному инженеру, он оставил чертежи у себя, продержал их несколько дней, потом вызвал меня и сказал, что в этой затее он не участник, на техсовет не вынесет, считает это авантюрой. Поехал в "Промстройпроект", в то время он находился на ул. Садовой, недалеко от Невского проспекта. Так как был посланником управляющего, директор меня незамедлительно принял, посмотрел мои чертежи, срочно собрал техсовет с приглашением главного инженера института, главного конструктора, начальника техотдела, главного инженера проекта. Совещание было обстоятельным, с рядом дополнения, рекомендаций, но с отказом согласовать это предложение и не запрещения его исполнения (в их проектной практике ничего подобного не разрабатывалось). Альтернативного варианта у них не было, а их проектный вариант неосуществим. Прощаясь с проектировщиками, директор мне сказал, что это предложение на грани "грудь в крестах или голова в кустах", за осуществление его минимум - государственная премия или...
Доложил Дмитрию Николаевичу "заключение главного инженера" и техсовета института. Время не ждало, прекрасно понимал, что вся ответственность ложится на плечи этого мудрого человека. Он дал мне три дня на размышление, и в случае твердой уверенности осуществить предложение, прийти к нему с конкретным планом его выполнения. Снова и снова просмотрел геологические колонки (свежа в памяти эпопея с фундаментами воздухонагревателей) в зоне скиповой ямы, расчет, взвесил все "за" и "против", сказал ему, что решу эту проблему и дал на утверждение программу действий с выделением техники, оборудования, график изготовления железобетонного шпунта, металлоконструкций, обустройство копра на базе кубового экскаватора (до этого работали меньшей мощностью), с графиком производства работ. Понимал, что он главный в осуществлении этого проекта, но не осмелился попросить войти в авторскую группу. В середине января 1968 года началась, в буквальном смысле, битва за осуществление проекта, да и решение спора: Кто из нас инженер? К работе на копре были подобраны специалисты "Гидроспецфундаментстроя" - мастера своего дела, которых я хорошо знал, проинструктировал. Выделили надежный кран-экскаватор, на который смонтировали копровое оборудование. При круглосуточной работе погружали от 15 до 20 свай-шпунтин. Главное, нужно было их погрузить до проектной отметки, не разрушив оголовок. Был вынужден довести вес молота на копре с трех до пяти тонн, все время находился на площадке, особенно, в заключительный зтап погружения последнего десятка свай-шпунтин. И победа! - шпунт был замкнут в кольцо. Не дошли до проектной отметки 2-3 м несколько шпунтин, встретившись с валунами (определили при вскрытии). Также в непрерывном режиме выполнили опорное кольцо. Для выемки грунта прибыл экскаваторщик Василий Федорович Валуев - Герой Социалистического Труда. Он был истинный виртуоз работы на экскаваторе "Драгляйн" с тросовым приводом. С отметки минус 7 метров он вынул около 60% грунта из обсадки колодца, а дальше пришлось добирать грунт при помощи малых экскаваторов, бульдозеров и компрессоров, опущенных в пространство колодца. С трудом, тщательно очистив от грунта опущенные сваи-шпунтины, вынули грунт, заармировали и произвели бетонирование колодца. По настоянию заводчан, внутренняя поверхность колодца была выполнена в металлическом кожухе, что не было предусмотрено проектом. Даже при этом, предложение дало значительный экономический эффект, не остановило монтаж доменной печи. Главный инженер треста был вынужден признать эту "авантюру", после ее исполнения на объекте, как рацпредложение под № 305 от 01.11.1968 года со сроком внедрения 19.12.1968 года, когда автор-руководитель проекта уже работал в Вологде. Назову авторов: А. Ф. Кужлев, В. И. Дроздов, С. К. Шатилов, А. С. Поветкин. Главный инженер не удосужился даже выплатить мне авторское вознаграждение. По окончании работ, на площадку приехал Дмитрий Николаевич, поздравил меня с победой, а я - его, и мы уехали в трест. Я понимал, что он перенес за эти дни. Главный инженер после этого перестал меня к себе приглашать, а здоровался на расстоянии, так как был решен вопрос, кто из нас инженер. При выполнении кожуха воздухонагревателей из рулонных материалов (толщиной, по-моему, 8 мм) смонтировали больше половины конструкций. Вдруг, рано утром в один из летних дней 1968 года, вызывает меня Дмитрий Николаевич и показывает правительственную телеграмму: "На Карагандинском металлургическом комбинате разрушились воздухонагреватели, выполненные из рулонного металлического листа", подобно нашим. Что делать? Поехал на стройку, на леса монтажников. Посоветовался с бригадиром, главным инженером "Стальконструкции", в тресте - с А. Ф. Юткиным, пришли к выводу, что выдержать ГОСТов-ские допуски в этих конструкциях практически невозможно, пришел к управляющему, маховик раскручивается. Он спрашивает: "Какие действия дальше будем принимать?" Говорю: "Я не металлист, но просматриваю вариант - убедиться в точности монтажа с промером по окружности и вертикали кожухов воздухонагревателей с составлением исполнительной схемы. Для этого необходимо привлечь талантливого инженера-металлиста Г. Н. Неклюдова - главного инженера "Коксохиммонтаж", независимо от "Стальконструкции", опытных геодезистов. Выполнили измерения с составлением исполнительных схем и представили Дмитрию Николаевичу. Они были неутешительными, явно не отвечали ГОСТу и проекту. Он посоветовался с директором ЧМК В. А. Ванчиковым, вызвали директора ЦНИИ "Проектстальконструкция" академика Мельникова, основного автора рулонных конструкций. Он прилетел, защищал свой проект, но выполненные промеры конструкций были не в его пользу. В результате, завод приступил к прокатке листовых конструкций, а завод металлоконструкций запроектировал и приступил к изготовлению новых конструкций-царг. Управление "Стальконструкция" приступило к срезке рулонных конструкций и готовится к монтажу клепаных толстостенных конструкций. Убежден, что, будучи на месте Дмитрия Николаевича, никто из его преемников, не проявил бы такой решительности, ждал указаний "сверху", выторговал бы перенос сроков ввода домны. На этом объекте, по инициативе техотдела, впервые был применен профильный настил, прокатки Череповца, для устройства несъемной опалубки при бетонировании монолитных околодоменных перекрытий. Проектом предлагалось выполнение монолитных перекрытий с устройством деревянной опалубки. Площадь их составляла около 10 тыс. кв. м. К сожалению, мы не успели выполнить мероприятия по включению в работу настила, как арматуры железобетонных конструкций. Этот опыт, в дальнейшем, был доработан проектировщиками с просечкой профиля и анкеровкой в монолит. При строительстве домны впервые, при монтаже бытовых и инженерных сооружений стали внедряться конструкции серии ИИ-04 легче предыдущей 60-й серии на 15-20%. Монтажники на этом объекте, с помощью гусеничных и пневмоколесных кранов грузоподъемностью до 160 т, стали внедрять укрупненные блоки весом до 50-80 т с подъемом их в проектное положение. Можно предложить еще ряд новаций, открывших новый этап в строительстве промышленных и гражданских объектов, которые были приняты на вооружение строителями и монтажниками вплоть до 90-х годов. Основным их идеологом и проводником был Герой Социалистического Труда Д. Н. Мамлеев и его ученики.
За эти годы, по инициативе Дмитрия Николаевича, я стал частым гостем в его доме, обсуждали и он принимал решения по делам треста, играли в шахматы, обсуждали текущие дела в городе, области, стране. Он в эти годы побывал в Германии на Лейпцигской ярмарке, в Чехословакии и других странах, по-моему, встречался с членами правительства Дубчека. Эти поездки подвигали его, на основе анализа, к новым формам организации в стране системы капитального строительства, в том числе передачи генподрядчикам функций генерального проектировщика, частично заказчика, части работ монтажных организаций: по монтажу каркасов зданий, сантехнических работ, вентиляции. Если бы в то время внедрили его идею по реформированию строительного комплекса, обстановка в сегодняшних условиях была бы значительно лучше. В начале 1967 года Дмитрий Николаевич вынашивал идею летнего отдыха поездкой по стране по маршруту: г. Тольятти - знакомство со строительством ВАЗа, Уфа - навестить родное места, стройки Урала (в Нижнем Тагиле у него был товарищ, управляющий трестом) и возвратом с посещением других городов. Пригласил и меня в эту поездку, конечно с радостью согласился, но этому проекту не суждено было осуществиться. Что его удержало, он не делился, но только не его здоровье. В 1968 году он все больше и больше стал привлекать меня к делам треста, не относящимся к моим прямым обязанностям. При встречах с правительственными министерскими чиновниками, руководством обкома, в узкий круг своей свиты, он включал и меня. При обходе объектов он шел впереди, показывая этим, кто на стройке хозяин. При подготовке к выступлениям он все материалы заместителей, начальников отделов передавал мне для написания доклада, выступления или памятки (он их готовил на маленьких листочках, читая без очков). Я пытался сглаживать этот вопрос, предварительно показывая авторам их разделы с тем, чтобы оттенить в сборном материале их главные мысли, кроме главного инженера. Так я научился писать государственные документы и проблемные доклады. Сначала он мне делал существенные правки, но потом принимал почти без изменения. 20 августа 1967 года в газете "Правда" Дмитрий Николаевич выступает со статьей "Все в ответе за график":

Вступит в строй новая домна или жилой дом, фабрика или Дворец культуры, большой или малый объект - это радость и тех, кто сооружал его, и тех, кому вручают ключи. Но у строителей праздники сразу же сменяются буднями: очереди ждут другие плановые объекты. И мне хотелось бы поделиться здесь мнениями о том, что помогает нам в осуществлении плана, какими заботами живем мы сегодня.
Вот уже четвертый год в нашем тресте внедряется система сетевого планирования и управления строительством на основе сетевых графиков с применением показателя нормативной стоимости работ. Опыт показал, что сетевые графики хорошо помогают. Ведь как зачастую бывает? Если на стройке неполадки, начинают ускорять все работы, хотя, может быть, требуется ускорить одну из десяти. Метод "критического пути" подсказывает руководителю, которую именно.
У нас впервые в стране применена трехступенчатая система составления "сетки". В чем ее преимущество перед обычной? В других строительных организациях одни и те же подробнейшие графики выдают мастеру, начальнику управления, управляющему трестом. Многометровые полотнища трудно и взглядом окинуть, порой они только запутывают. Другое дело, когда каждый руководитель имеет свой план, в составлении которого он непосредственно принимал участие. Укрупненный трестовский график по комплексу объектов стоимостью, допустим, 16 миллионов рублей содержал примерно 400 работ. А при обычной двухступенчатой системе их число возросло бы в десять, двенадцать раз.
В последние годы трест работает рентабельно, многие объекты сдаются досрочно, с хорошим качеством. Мы гордимся тем, что Череповецкий завод стал вровень с другими металлургическими предприятиями страны. В первом и втором кварталах сданы в эксплуатацию оцинковальный агрегат и агрегат нормализации в цехе холодного проката на Северной Магнитке, электродный цех на сталепрокатном заводе, первая очередь Череповецкого промышленного порта. План при этом перевыполнен, получена значительная прибыль. Производительность труда в сравнении с минувшим годом возросла на 11,5 процента.
Неплохо идут дела, радоваться бы только. Но нет уверенности, что трест no-прежнему будет идти в самых первых рядах.
В будущем году на металлургическом заводе два важных пусковых объекта - самая мощная четвертая домна и электросталеплавильный цех. Чтобы сдать их в эксплуатацию, надо иметь солидный задел уже сейчас, а его нет. Предприятия Министерства монтажных и специальных строительных работ СССР пока изготовили и поставили менее половины нужных металлоконструкций. И рушатся наши графики.
В подобное положение мы попадаем не впервые. Вспоминается, как в конце минувшего года сдавали в эксплуатацию крупнейшую в стране угольно-обогатительную фабрику на Череповецком металлургическом заводе. Начали ее сооружать в 1963 году, и "раскачка" продолжалась до середины прошлого года. Из-за медленного поступления технической документации и задержек в финансировании мы освоили за это время менее половины средств. А в последние шесть месяцев, когда по установленным нормам нужно осваивать всего десять процентов ассигнований, шел самый настоящий штурм. Задачу выполнили, сдали фабрику до нового года. И понесли при этом 450 тысяч рублей убытков.
Корень зла, на мой взгляд, в том, что сетевые графики внедряют только строители, а десятки организаций, принимающих участие в сооружении крупного комплекса, стоят в стороне. К примеру, мы разработали график по аглоленте № 9 и наметили 20 апреля начать монтаж: оборудования. К этой дате строительные работы были завершены, а монтировать оказалось нечего. Поставщик аглоленты и линейного охладителя Южноуральский машиностроительный завод до сих пор не выполнил обязательства.
Убежден, что до тех пор, пока все партнеры строителей не будут активно участвовать в разработке и осуществлении научно обоснованной системы планирования, мы сможем применять ее только на отдельных объектах. Необходимо, чтобы институты одновременно с проектным заданием составляли укрупненный сетевой график, где были бы определены последовательность и точные сроки поставки технической документации, оборудования, конструкций, механизмов. Сорвал график - неси соответствующую материальную ответственность.
Нельзя считать нормальным, что у такой крупной строительно-монтажной организации, как наш трест, нет перспективы на несколько лет. До сих пор не утвержден проект дальнейшего развития Череповецкого металлургического завода.
Решение этих вопросов поможет повысить темпы и улучшить качество строительства.

В один из летних дней 1968 года Дмитрий Николаевич объявил, что назначает меня зам. главного инженера треста. Через некоторое время главный инженер вызвал меня к себе и в раздраженном тоне (как всегда, он это умел) сказал, что я набиваюсь в его заместители. Я в тон ему ответил, что тут замещать некого и ушел. Где-то через неделю Дмитрий Николаевич пригласил меня, попросил успокоиться (наверняка между ними был серьезный разговор, относительно меня) и спокойно работать (в разгаре были работы по скиповой яме по моему варианту на доменной печи № 4), а мою судьбу как инженера-специалиста, он решит за пределами треста, прекрасно понимая, что с главным инженером (потенциальным преемником управляющего, не по воле Дмитрия Николаевича) мне не работать. Теперь я убежден, что в этой ситуации между управляющим и главным инженером пробежала большая черная кошка! Он направил меня на стажировку в Минтяжстрой СССР, примерно на месяц. По возвращении, он сказал мне, что по согласованию с министром Н. В. Голдиным, решен вопрос о переводе меня главным инженером Главка.
Все было бы так, но первый секретарь обкома КПСС А. С. Дрыгин по иному решил мою судьбу! Перед расставанием, в конце сентября 1968 года, Дмитрий Николаевич имел со мной длительный отцовский разговор, напутствуя на новую работу и дал мне два совета:
а) запомни, не будь никогда инициатором наказания провинившегося через судебные органы, защити его от этого (если это не уголовник, не убийца), накажи своей властью, но сохрани для общества. Могу привести много примеров, когда из оступившихся, но спасенных мной, получились хорошие люди, специалисты-строители высокого класса, которые и по сей день работают со мной на стройке.
б) не поощряй и не пропускай на стройке случаев коллективного и индивидуального пьянства, как в бригадах и, особенно, среди руководителей и инженерно-технических работников.
Намек понял, так как у меня был случай, связанный с укрывательством напившегося и покалечившегося (упал с балкона второго этажа) моего преемника В. К. Лихотина. В период этой трагедии его положили в больницу, заковали в корсет, пытаясь спасти от увечья. Он мне звонил, умолял быть на планерках, особенно там, где проводил управляющий. Дмитрий Николаевич спрашивал меня, почему нет Лихотина? Я выкручивался, как мог. В конце концов, все тайное стало явным. Он меня отчитал за укрывательство и сказал, что прощает меня, в первый и последний раз, и в случае повторения, я понесу взыскание наравне с провинившимся. Урок мне на всю жизнь. В заключение, просил не забывать, при необходимости звонить, приезжать, особенно, если нужна помощь и совет. Иногда я этим пользовался, но работники обкома на это косились, это подсказывало мне, что вокруг выдающегося строителя сжимается кольцо блокады.
1967 год - год 50-летия Октября. На собрании партхозактива было принято решение бороться за высокую награду Родины, учрежденную для победителей соцсоревнования "За достойную встречу 50-летия Октября". Повышенные обязательства приняты всеми трудовыми коллективами. Строители и монтажники успешно справились со всеми задачами года. Сданы в эксплуатацию центральная библиотека им Верещагина, в июне - электродный цех на сталепрокатном заводе, в июле - первая очередь промпорта ЧМЗ, универмаг "Юбилейный" в городе и многие другие объекты. 20 октября на Череповецком металлургическом заводе был член Политбюро ЦК КПСС, председатель СМ СССР Алексей Николаевич Косыгин. Глава советского Правительства дал высокую оценку самоотверженному труду металлургов и строителей Череповца. 25 октября, на торжественном собрании, состоявшемся во Дворце строителей, ордена Ленина тресту "Череповецметаллургстрой" вручено на вечное хранение Памятное Знамя в честь 50-летия Великой Октябрьской социалистической революции. 21 октября управляющий трестом Д. Н. Мамлеев, в газете "Красный Север", выступил со статьей "Высота":

СТРЕМЯСЬ достойно встретить, 50-летие Великого Октября, наш многотысячный коллектив трудится с огромным творческим подъемом. Во всех подразделениях ордена Ленина треста "Череповецметаллургстрой" и специализированных организаций широко развернуто соревнование, позволившее успешно выполнить социалистические обязательства и добиться хороших результатов к празднику - юбилею Советской власти. За успехи, достигнутые в первом квартале, коллективу треста присуждено переходящее Краснов знамя Совета Министров РСФСР и ВЦСПС, а по итогам соревнования за второй квартал он удостоен переходящего Красного знамени Совета Министров СССР и ВЦСПС.
За девять месяцев юбилейного года значительно перевыполнен план строительно-монтажных работ как по генподряду, так и собственными силами. Достигнуты высокие показатели по росту производительности труда Снижена себестоимость работ.
За девять месяцев введены в действие все объекты, предусмотренные планом и обязательствами. На металлургическом заводе вступили в строй действующих многие объекты, в том числе агрегат непрерывного цинкования листе, агрегат нормализации и первая очередь промышленного порта. На сталепрокатном заводе введены в действие первая очередь электродного и гвоздильного цехов. Сдан в эксплуатацию Череповецкий узел связи.
В то же время введено в действие более 53 тысяч квадратных метров новой жилой площади. Это на четыре с лишним тысячи квадратных метров больше, чем предусмотрено планом.
Наши успехи - это результат самоотверженного труда всего коллектива рабочих, инженерно-технических работников и служащих. У нас трудится очень много инициативных передовиков, неустанно совершенствующих строительное производство и показывающих образцы творчества. Для примера назовем некоторых из них.
На монтаже крупнопанельных домов работает ветеран строительства Н. А. Коротеев. За десять лет его комплексная бригада смонтировала 163 дома общей площадью 380 тысяч квадратных метров. Это же целый город с населением свыше 50 тысяч человек! Бригада заслуженно носит почетное звание коллектива коммунистического труда.
Тринадцать лет возглавляет бригаду бетонщиков Г. Н. Минимулин, которая также заслужила это звание. Она укладывала бетон в фундаменты всех прокатных станов. В юбилейном году бригада дважды выходила победителем в соревновании.
Строители Череповца хорошо знают бригаду каменщиков В. А. Тимофеева. Она занесена в Книгу трудовой славы в честь 50-летия Великого Октября. Эта бригада добилась наивысшей выработки на одного человека в смену.
В числе передовиков соревнования, новаторов строительного производства мы с уважением называем бригадира комплексной бригады отделочников В. В. Шухалова, бригадира штукатуров С. А. Плехову, шофера автотранспортной конторы Ф. А. Овсянникова и многих других.
Создание и воспитание коллектива строителей и монтажников, способных решать любые задачи по сооружению крупнейших промышленных комплексов, - одно из главнейших наших достижений.
В ближайший период нам предстоит ввести в действие важнейшие объекты черной металлургии. Это, прежде всего, доменная печь, равной которой нет в мире. Новая домна, строительство которой развернулось широко, является вершиной мировой техники. Ее полезный объем 2700 кубометров, а дневной "рацион" восемь-девять железнодорожных эшелонов кокса и агломерата! Она ежегодно будет давать более 1700 тысяч тонн чугуна, то есть столько, сколько выплавляют в год Турция, Дания и Норвегия вместе взятые.
Нам нужно форсировать работы на втором крупном объекте - электросталеплавильном цехе и как можно быстрее преодолеть некоторое отставание на освоении капиталовложений по черной металлургии.
До конца юбилейного годе мы должны выполнить большой объем строительно-монтажных работ, обеспечить ввод в действие аглоленты № 9 и адъюстажа стана "350", реконструкцию блюминга и непрерывно-заготовительного стана, а также пуск ряда других объектов металлургического завода; ввести новые мощности на сталепрокатном заводе, холодильные емкости на мясокомбинате, блок предприятий бытового обслуживания, и другие.
Решения сентябрьского Пленума ЦК КПСС "О мерах по дальнейшему улучшению благосостояния советского народа" и третьей сессии Верховного Совета СССР воодушевили строителей и монтажников на новые, славные дела. Пересмотрев свои обязательства, они стали на ударную вахту в честь 50-летия Великого Октября.
Наш коллектив стремится сделать все возможное для того, чтобы успешно выполнить юбилейные обязательства и завоевать Памятное знамя ЦК КПСС, Президиума Верховного Совета СССР, Совета Министров СССР и ВЦСПС.

Трест и субподрядные организации стали бссспорными флагманами строительной отрасли страны, всесоюзной школой передового опыта. Многотысячный коллектив строителей жил одной большой производственной семьей.
1968 год стал годом строительства доменной печи № 4. На строительной площадке домны шла настоящая битва за выполнение принятых социалистических обязательств. Такой огромный комплекс возводился буквально "с колес", проектировался, строился, насыщался оборудованием. В проектных работах участвовало более 50 институтов Москвы, Ленинграда, Киева, Харькова. Казалось бы, нормы одни, СНиП один, а зачастую встречались нестыковки строительной части с монтажной и технологической, а то и между строительной частью соединяемых корпусов, надземных коммуникаций. Заказчик, буквально сотнями килограммов, штампуя "годен к производству работ", передавал чертежи в технический отдел. Мы начинали разбираться с технологами, главными специалистами треста, производственным отделом и "открывали Америки", нестыковку между Гипромезом и Промстройпроектом и т. д. Для строителей и монтажников - море работы. Как ее переварить?
Но обычно, рабочий день у меня начинался с визита начальника или главного инженера управления:
- Дай чертежи на новую работу.
- Но, ведь, у тебя и так работ по горло?
- Дай новый объект, мы справимся! Рекордсменом был "Прокатстрой-1". Казалось бы, они своим управлением, выполнят весь комплекс работ на домне. Понимая, что перебор работ одним управлением, и недобор другим обнаружится. Как за одно, так и за другое будет спрос управляющим. К чести, видимо чутье, знание объемов в целом на комплексе, подобного не случилось, все работали с напряжением, а самое главное, справлялась с поставленными задачами
Оперативные совещания на центральном узле домны проводили первые руководители треста. Когда совещания проводил Дмитрий Николаевич, они отличались тишиной, спокойной деловитостью, рассмотрением хода работ в соответствии с разработанным сетевым графиком, спросом с недисциплинированных руководителей, допускающих упущения, отставание, все в уважительном тоне. Дмитрий Николаевич чувствовал, если кто приходил на совещание выпивши или с похмелья. Такие старались удалиться от председательского стола, но все равно не ускользали от внимания шефа. Вопросы от исполнителей задавались более тяжелые по технике, транспорту, дефицитным ресурсам, что решалось только хозяином треста.
При проведении оперативки главным инженером шум увеличивался, перекрестные обвинения исполнителей, эффект их значительно снижался, да так и укоренился, когда главный стал хозяином. Я это отметил и воспользовался в своей работе, уже, будучи управляющим трестом "Вологдапромстрой". В критический момент, на пуске первой очереди ГПЗ-23, пригласил на планерку первого секретаря обкома КПСС А. С. Дрыгина, опыт сработал на все 100%.
По окончании строительства комплекса домны Дмитрий Николаевич скажет: "Особые страницы в истории нашего треста - сооружение четверной доменной печи. Не ошибусь, если назову возведение четвертой доменной печи подвигом череповецких строителей. В его комплекс входило 70 объектов... При строительстве было разработано и перемещено 2,5 млн. куб. м грунта, смонтировано 33,5 тыс. т металлических конструкций, 28 тыс. т огнеупорной кладки и столько же кирпичной, смонтировано 140 тыс. кубов сборного железобетона, 10 тыс. т технологического оборудования, 80 км технологических трубопроводов, 30 км подземных коммуникаций, 930 км кабеля. На стройке одновременно работало 35 экскаваторов, 48 монтажных кранов треста и 78 - специализированных организаций. Самое напряженное время пришлось на 35-градусьые морозы. В эгой обстановке иногда не выдерживала техника, технологические нормы, а люди от рабочего, инженера, а их было сосредоточено на стройке около 10 тыс. человек, выдержали". Выдержал и главный строитель - Герой Социалистического Труда Д. Н. Мамлеев. В конце января 1969 года доменная печь № 4 была поставлена на сушку, 29 марта - получен первый чугун. Домна в 1972 году выплавила 2 млн. 49 тыс. т чугуна. Она стала, в то время, крупнейшей и лучшей в стране, как по мощности, так и по технологическому оснащению.
При такой концентрации строителей на домне № 4 значительных вводов промышленных объектов в 1968 году не было: введен автовокзал, обеспечивающий отправку и приход всех автобусов в непосредственной близости от железнодорожного вокзала. Сдан в эксплуатацию корпус учебного комбината треста - центр повышения квалификации работающих на стройке. До этого учебный комбинат размещался в приспособленных помещениях. По всем экономическим и производственным показателям трест с программой справился. 1969 год для треста ознаменовался вводом доменной печи № 4. На состоявшемся митинге 29 марта направлен рапорт в адрес ЦК КПСС и Правительства о том, что доменная печь объемом 2700 куб. м вступила в строй. В июле Совет Министров СССР утвердил проектное задание по расширению Череповецкого металлургического завода. Предусматривалось увеличить производство металла почти в два раза. Строителям треста "Череповецметаллургстрой" предстоит выполнить громадный объем работ. На заводской территории появятся новые цехи: мощный прокатный стан 2000, конверторный цех, новая аглофабрика, цех эмалированной посуды и многие другие объекты. А теперь, вспомним треволнения Главного Строителя в середине 60-х годов, как загрузить лучший коллектив строителей страны б конце 60-х-30-е годы? Он с большим сомнением и нежеланием поставил свою подпись на документы, дающие добро Большой Химии - АТЗ и Аммофосу! В сентябре состоялось торжественное открытие Череповецкого музыкального училища и новой детской музыкальной школы, которая ютилась в приспособленном помещении. В октябре введена в действие 1-я электросталеплавильная печь. Череповецкий металлургический завод пополнился еще одним сталеплавильным агрегатом и сделал существенный шаг по пути производства высококачественных марок сталей. Это был подарок строителей и монтажников треста "Череповецметаллургстрой" к 100-летию со дня рождения В. И. Ленина. Для строительства объектов химической отрасли организовано генподрядное строительное управления "Химстрой-1".
За успехи в строительстве азотно-тукового завода коллективу треста "Череповецметаллургстрой" присуждено переходящее Красное знамя Минтяжстроя СССР и ЦК профсоюзов.
Рационализаторская работа в тресте была систематизирована. В техотделе сосредотачивались все сведения о рационализаторах и рационализаторских предложениях. В рядах рационализаторов насчитывалось около 2,5 тыс. человек от рабочего, инженера до главных инженеров и первых руководителей подразделений. Заместитель начальника технического отдела М. В. Окунева, занимающаяся вопросами рационализации и изобретательства, знала всех активных рационализаторов, изобретателей, через низовые подразделения инициировала эту работу. Экономический и технический эффект резко увеличились. Стали проводиться семинары, слеты, конференции, практические занятия, как для опытных рационализаторов, так и для начинающих. Выпускались специальные информационные листки, пропагандировались к внедрению новшества не только в организациях, оформивших новшества и внедривших их, но и в других родственных подразделениях. Душой и реальным помощником рационализаторов, и делу рационализации был управляющий. Иногда некоторые сложные строительные проблемы он просил довести до группы испытанных рационализаторов с тем, чтобы коллективным разумом получить рациональное решение.
В нынешних условиях рационализация, изобретательство, новаторство во всех отраслях области находится в загоне. Не случайно руководство области в конце 2005 года было вынуждено признать, что эта работа находится в упадке, а область на последних местах в республике. Критерий роста творчества специалистов определяется "хороший" - "плохой" или через приобретение ученой степени по мифической тематике в зависимости от материального состояния соискателя. Пробить любое из предложений через административные рогатки властей всех уровней невозможно. Технический прогресс летит в пропасть, что уже сейчас приводит к плачевным последствиям, всем правит "откат".
В августе 1969 года корреспондент "Экономической газеты" В. Селюнин в статье "Всю жизнь и еще два часа..." выступает по вопросу экономических реформ в строительном комплексе на примере треста "Череповецметаллургстрой":

СПУСТЯ несколько дней после того, как в газетах были напечатаны постановления ЦК КПСС и правительства о реформе в строительстве, в Минтяжстрое предварительно прикинули, какие организации перейдут на новую систему хозяйствования в первую очередь, то есть с начала 1970 года. Едва ли не все специалисты первым "кандидатом" называли орденоносный трест "Череповецметаллургстрой".
Кто же еще, если не он? Финансовое положение треста весьма устойчиво. Уровень рентабельности стабилен и достиг уже 13 процентов. Из года е год, из квартала в квартал здесь перевыполняют задания по прибыли, В прошлом году, например, строители получили 23 миллиона рублей прибыли сверх плана, за пять месяцев нынешнего - 635 тысяч.
Стремительно возрастающий объем работ трест и двадцать его субподрядчиков реализуют в срок, а то и досрочно. Качество строительства у них выше, чем у других. Каждый жилой дом в Череповце возводят раньше нормативного срока, причем стоимость домов, впрочем, как и многих промышленных объектов, значительно ниже сметной. Производительность труда за три года пятилетки поднялась на 24 процента. За это время девять кварталов трест держал у себя переходящее Красное знамя Совета Министров и ВЦСПС и получал, будучи победителем Всесоюзного соревнования, первые денежные премии...
Трест провел у себя крупные экономические эксперименты. Успехи, а равно и неудачи их существенно помогли выработать основополагающие документы о реформе строительства. Еще в прошлом году череповчане вплотную начали подготовку к переходу на новую систему.
Работу разделили на шесть этапов: создать организационные комиссии, изучить в коллективах механизм новой системы, всесторонне проанализировать деятельность каждого звена, подготовить мероприятия, обеспечивающие принятие встречного плана, уточнить положения о премировании и, наконец, оформить все расчеты по переводу на новые условия работы.
Основная часть наметок уже выполнена. Правда, методика реформы и сейчас еще не утверждена. Экономисты треста и ленинградские ученые, которых привлекли к делу, поневоле пользовались при расчетах одним из многочисленных проектов методики. Между тем теперь ясно, что первоначальные проекты негодны: они, так сказать, слишком робки в сравнении со смелыми и кардинальными изменениями, намеченными в директивных документах.
Однако основная подготовительная работа треста в высшей степени полезна и в дальнейшем будет непременно использована. О главных направлениях подготовки стоит рассказать пообстоятельнее.
В период хозяйственной реформы одна из насущных забот - вооружить кадры экономическими знаниями. В новых условиях вопросы рентабельности, хозрасчета, оргтехплана ни в коем разе не могут быть уделом только штатных плановиков и бухгалтеров.
Трест, о котором идет речь, уже шесть лет применяет стабильную систему экономической учебы. С октября по май включительно работники отделов строительных управлений раз в неделю четыре часа занимаются на курсах - каждая категория специалистов в своей группе при учебном комбинате. Руководители более высокого ранга (начальники отделов треста, начальники и главные инженеры строительных управлений) обязаны пройти обучение по сорокачасовой программе в Университете политических и экономических знаний, созданном партийным комитетом. Лекции читают столичные и ленинградские ученые из ведущих экономических институтов. Линейный персонал получает экономическую подготовку на годичных курсах при строительных управлениях.
В прошлом учебном году через курсы и университет прошли 409 инженерно-технических работников, план следующего года - обучить 525 человек. Всего в тресте около девятисот специалистов. Следовательно, за два-три года каждый из них обязательно будет охвачен учебой. Затем программу обновляют, и все начинается сызнова.
Учеба приносит прямую отдачу. Ежегодно в строительных управлениях, на предприятиях, а затем и в тресте проходят экономические конференции. На них обобщают сотни и тысячи предложений, поступающих "снизу", от экономистов-обществепииков, причем эффективность каждой новинки обсчитана в рублях и человеко-днях экономии. Выполнение всех рекомендаций прошлогодней общетрестовской конференции вместе с другими мерами помогло снизить себестоимость строительно-монтажных работ на 4,7 миллиона рублей. Нынешняя конференция наметила мероприятия с эффективностью в 5,8 миллиона рублей (без учета новшеств, внедряемых субподрядчиками).
Трудно переоценить значение этой работы для перехода на новую систему, В стартовом году величина фондов экономического стимулирования во многом будет зависеть от встречного плана по прибыли, да и позднее - от напряженности государственного задания. А в Череповце, как видим, научились искать резервы и включать их в хозяйственный оборот.
Благодаря солидной экономической подготовке кадров удалось внедрить внутрипостроечный хозрасчет сверху донизу. Здесь избрали самую сложную, но зато и наиболее эффективную из известных систем хозрасчета звеньев - на основе внутренних расчетных цен на услуги и взаимные поставки строительных материалов.
В этих же ценах строительным управлениям планируют себестоимость по неизменным нормам расхода материалов, зарплаты, трудовых затрат, в том числе всех дополнительных затрат на работы, выполняемые зимой. Внешние помехи (например, трест приобретет материалы по более высокой цене, допустит перерасход фонда зарплаты и т. п.) не могут поколебать стабильность плана строительных управлений - то, что им положено по нормам, они должны получить.
Элементы хозрасчета внедрены в деятельность низовых звеньев - 280 прорабских и мастерских участков. Понятно, взаимных расчетов на этой ступени не применяют, но план участка составляется в неизменных ценах и по единым нормам расхода труда, зарплаты, материалов. Наконец, 240 бригад и экипажей механизмов имеют один хозрасчетный показатель: часть стоимости сбереженных материальных ценностей (по сравнению с нормами) поступает в их пользу.
Пока итоги хозрасчетной деятельности строительных управлений и участков служат основанием для начисления премий инженерно-техническим работникам. Но, по-видимому, эта система хозрасчета в новых условиях без каких-либо изменений будет пригодна для распределения общетрестовского фонда материального поощрения между управлениями в меру их заслуг. А из опыта реформы в промышленности мы знаем, новую систему быстро освоили как раз на тех заводах, где был загодя отработан механизм внутризаводского хозрасчета.
Когда первые группы предприятий переходили на новый порядок работы, одна из главных трудностей состояла в том, что далеко не все заводские экономисты оказались способными эффективно использовать поощрительные фонды. На ряде предприятий премия стала простой добавкой к зарплате, распределяли ее механически. А значит, и эффект стимулирования был невелик.
Этой ошибки строителям надо избежать. И тут опять годится опыт череповецкого треста. Здешние экономисты годами конструировали и совершенствовали системы оплаты труда и материального поощрения. Аккордная оплата занимает 72 процента фонда зарплаты сдельщиков, в том числе аккордно-премиальная - 37 процентов. Это в среднем. А на особо важных объектах больше половины сдельщиков работают по аккордным нарядам и получают премии за выполнение заданий раньше срока. Вкупе с другими мерами это позволило почти на всех площадках выдерживать нормативные сроки продолжительности строительства и даже ужесточать их.
Когда такая цель была достигнута, встал вопрос о качестве работ. Верные своим принципам, и эту проблему череповецкие экономисты решали не столько административными, сколько экономическими методами. В жилищном строительстве ввели так называемую урочно-премиальную оплату. Суть ее вот в чем. Каждой бригаде выдают урок-задание на определенную работу. Срок исполнения определяют несколько менее жестких1, чем позволяла бы достигнутая в коллективе переработка норм. При выполнении урока в срок и сдаче работ с удовлетворительной оценкой заработок бригаде исчисляют по прямой сдельщине. Если оценка хорошая, этот заработок увеличивают на 20 процентов, а при отличном качестве работы - на 40 процентов. В прошлом году из 254 заданных уроков бригады выполнили в срок 219 (девять на "удовлетворительно", остальные на "хорошо" и "отлично").
Наряду с урочно-премиальной в тресте применяют сдельно-премиальную оплату: в зависимости от выставленной оценки добавка к сдельному заработку бригады колеблется в пределах от 0,5 до 1 процента за каждый процент сокращения нормативного срока работ. Как видим, обе эти системы счастливо сочетают в себе стимулирование жестких сроков и добротности строительства. А вот и результат: 77 из 87 объектов, введенных в действие в прошлом году, получили высокие оценки государственных комиссий.
Системы стимулирования охватывают все основные характеристики труда строителей: ввод объектов, сроки и качество работ, отношение людей к материальным ценностям. После перехода на новую систему иными станут источники премирования, однако, механизм экономического стимулирования значительных изменений не потребует.
Любопытно, что некоторые премиальные системы предложены самими исполнителями. К примеру, идею урочно-премиальной оплаты выдвинула бригада Вениамина Шухалова. Штатные экономисты лишь самую малость подправили предложенный рабочими порядок поощрения за качество строительства. Тут мы опять видим эффект достаточно высокой экономической подготовки кадров.
Третий год идет в Череповце эксперимент, по условиям которого годовой фонд зарплаты тресту планируют с квартальной, а не помесячной разбивкой. Новшество оправдало себя. В январе и феврале нынешнего года строители слагай сосредоточить силы на пусковой домне. Неизбежный перерасход фонда зарплаты был почти полностью возмещен в марте, когда опять подошли объемные, денежные работы на других объектах. В новых условиях, как известно, строительной организации будут утверждать лишь годовой фонд зарплаты. Из опыта Череповца мы уверенно знаем, что самостоятельность в распределении его по периодам внутри года позволяет более грамотно проектировать технологию строительства. Однако чтобы не ослабить контроль за расходом средств, трест счел целесообразным планировать фонд зарплаты нижестоящим звеньям ежемесячно. Итак, отработан еще один элемент новой системы.
Реформа в строительстве придает громадное значение смете на сооружение объектов. После того как подрядчик примет ее, утвержденная стоимость объекта будет считаться окончательной. Похоже, что здесь заключена самая большая трудность, с которой столкнутся пионеры реформы в строительстве. Сейчас, как известно, принимаются меры к улучшению проектно-сметного дела. Однако ждать того, что вот приедет кто-то, кто-то их рассудит, строители не должны. Череповчане уже несколько лет проверяют все без изъятия сметы, поступающие не стройку. За минувший год они выявили занижение в документации стоимости работ на три с половиной миллиона рублей и почти полностью получили эти деньги с заказчика. Заметим (в скобках: речь идет о прямых ошибках проектантов, на деле отклонение фактической стоимости объектов от плановой гораздо значительнее. С этой проблемой мы попробуем разобраться в следующем письме).
Основную долю проверок выполняет сметно-договорный отдел треста. Начальник отдела П. Тюляпин считает, что аналогичные службы должны быть созданы во всех крупных строительных организациях страны - иначе на новые условия хозяйствования перейти нельзя.
Заместитель управляющего "Череповецметаллургстроем" по экономическим вопросам Б. Перельман идет еще дальше: он полагает, что полезно сформировать сметные службы и в строительных управлениях. Между тем специалистов этого профиля недостает - ни один институт их не готовит. Пройдет два-три года, и спрос на инженеров-сметчиков еще возрастет. К этой ситуации нужно подготовиться загодя.
...Правда ли, нет ли, а говорят, было такое. Некто, наблюдая за работой художника, пришел к выводу, что труд живописца куда как легкий: дорогую картину тот написал за два часа. "Нет,- объяснил мастер.- Я писал ее не два часа, а всю жизнь и еще два часа". Так вот, если череповецкие строители опередили многих в подготовке к работе в новых условиях, то сделано это не за последние полгода, они готовились к хозяйственной реформе много лет и еще полгода. Тем не менее, руководители треста не считают свою организацию "созревшей" для деятельности в условиях новой системы планирования и экономического стимулирования. Насколько основательны их опасения?...

К 1970 году в тресте трудилось 16935 рабочих, ИТР и служащих, в субподрядных организациях - 4703 чел. К 100-летию со дня рождения В. И. Ленина 2380 из них награждены Ленинской медалью "За доблестный труд. В ознаменование 100-летия со дня рождения В.И. Ленина". Предстояло с достоинством завершить 1970 год, последний год восьмой пятилетки.
Д. Н. Мамлеев в газете "Красный Север" от 21 января 1970 года выступает со статьей "Строители на пути к реформе":

1. Первые шаги
При переводе строительных организаций на новые условия хозяйствования особое значение приобретают вопросы обеспечения строящихся объектов технической п. сметной документацией, финансированием, материалами и оборудованием. Необходимо своевременно заключать договоры с заказчиками, поставщиками материалов и субподрядными организациями. Весьма важно улучшить организацию производства и труда, полнее использовать достижения науки и техники; совершенствовать планирование, повышать дисциплину, укреплять планово-экономическую, сметную и финансовую службы, совершенствовать хозрасчет во всех звеньях строительного производства и усиливать материальную ответственность каждого работника за результаты труда. Все эти направления четко и ясно определены во "Временных методических указаниях по переводу строительно-монтажных организаций на новую систему планирования и экономического стимулирования строительного производства". Только при соблюдении этих условий и требований возможен переход на новую систему хозяйствования, подъем экономической эффективности капитального строительства, рост прибылей подрядных строительных организаций и через них - увеличение фондов материального поощрения.
Подготовка к переходу на новый порядок планирования и экономического стимулирования в тресте "Череповецметаллургстрой" началась в июле 1969 года. Для руководства подготовительной работой создана комиссия. Она разработала план мероприятий. Одновременно распоряжением по тресту, утверждающим разработанные мероприятия, было предписано всем подразделениям организовать экономическую учебу работников по вопросам хозяйственной реформы, дать свои предложения по переходу на новую систему хозяйствования, обеспечивающие получение плановой и дополнительной прибыли в год перехода для образования фондов экономического стимулирования.
Необходимо отметить "прохладное" отношение некоторых работников аппарата управления и подразделений треста к выполнению этого распоряжения. Если в управлении производственно-технологической комплектации, базе механизации, энергохозяйстве, "Прокатстрое", "Монтажжилстрое" и в некоторых других организациях подошли к делу творчески, постарались изыскать резервы и поставить перед общетрестовской комиссией ряд вопросов, требующих решения и позволяющих повысить эффективность производства, то в "Коксохимстрое" и "Экскавации" ограничились бумажной отпиской. Особенно "отличился" начальник строительного управления "Экскавация" И. С. Мишин, который заявил, что "если будет откорректирован план на основании фактически сложившегося переходного коэффициента от старых цен к новым и получена техдокументация на год, то "Экскавация" готова к переходу на новую систему". А между тем именно это управление в условиях нового порядка расчетов с заказчиками и субподрядчиками будет малорентабельным, а возможно и убыточным со всеми вытекающими из этого последствиями.
Хорошие предложения представлены отделами главного механика и производственным, а также экономической лабораторией.
С привлечением специалистов экономической лаборатории Ленинградского инженерно-строительного института проведена экономическая учеба аппарата управления треста, строительных управлений и хозяйств по теме "Экономическая реформа в строительстве". Учебой охвачены начальники производственных и плановых отделов управлений и хозяйств, главные бухгалтеры, руководители и работники отделов треста. Одновременно организована учеба для начальников и главных инженеров подразделений треста по 6-часовой программе. Позднее общетрестовской комиссией по переходу на новые условия хозяйствования разработана 20-часовая программа для обучения линейных инженерно-технических работников. По ней в настоящее время проводится экономическая учеба.
Много внимания потребовала подготовка предложений о совершенствовании организационной структуры треста, по укрупнению структурных подразделений и дальнейшей специализации строительных организаций.
Экономической лабораторией разработаны нормы расхода материалов на основные виды строительно-монтажных работ, выполняемых в тресте, на базе косых сметных норм и правил. Эти нормы переданы для рассмотрения и изучения в строительные управления и после уточнения будут утверждены руководством треста для постоянного прилунения.
В ряде вопросов нам помогло сориентироваться и проведенное в сентябре прошлого года совещание с участием заказчиков, субподрядных организаций Минмонтажспецстроя СССР, руководителей отделов треста, представителей партийной и профсоюзной организаций, горкома КПСС, обкома КПСС, горисполкома и комиссии Минтяжстроя СССР. Совещание определило, что переход строителей на рельсы экономической реформы - дело не только самих строителей, но и заказчиков, проектировщиков, поставщиков оборудования, общественных организаций.
Готовясь к переходу на новую систему хозяйствования, 25 ноября мы направили письма руководителям основных предприятий-заказчиков: металлургического, азотнотукового и сталепрокатного заводов о срочном предоставления внутрипостроечных титульных списков на 1970 год, а также смет к рабочим чертежам, пересчитанных в ценах 1969 года. Однако это требование до сих пор не выполнено.
Годовой объем строительно-монтажных работ в целом по тресту "Череповецметаллургстрой" составляет более 80 миллионов рублей. Сегодня обеспеченность рабочими чертежами чуть превышает 70 процентов, а сметами и того меньше. Особенно плохо обеспечены рабочими чертежами и сметами в новых ценах объекты металлургического и азотнотукового заводов, ряд объектов сталепрокатного завода.
Трест обратился в Главное управление и Минтяжстрой СССР с просьбой представить основные данные для осуществления подготовительной работы и выполнения расчетных материалов по переходу на новые условия, а именно:
утвердить и донести тресту основные показатели плана 1970 года по фонду заработной платы, прибылям, платежам в бюджет и ассигнованиям из бюджета, объему централизованных капитальных вложений и вводу в действие мощностей по собственному капитальному строительству;
воздействовать на наших основных заказчиков, чтобы они выдали тресту в кратчайший срок всю техническую документацию на работы 1970 года: рабочие чертежи и сметы к ним, представить и согласовать внутрипостроечные титульные списки и пусковые комплексы с приложением к ним расшифровок по объектам и сооружениям, подлежащим строительству в 1970 году;
довести до треста нормативы отчислений от прибыли в фонды экономического стимулирования, в том числе по фондам стимулирования от дополнительной прибыли; норму платы за производственные фонды (основные фонды и нормируемые оборотные средства); размеры платы за пользование банковским кредитом и другие нормативы;
предоставить тресту право при переходе на новые условия планирования осуществлять расчеты с заказчиком за законченные этапы промышленного строительства только по объектам, начинаемым с 1 января 1970 года. По переходящим объектам оставить существующий порядок расчетов.
Трестом выполнены расчеты проекта планового задания по снижению себестоимости строительно-монтажных работ на этот год с учетом изменения объемов работ, а также новых условий расчетов с заказчиками и субподрядчиками по зимним удорожаниям.
Расчеты прибыли и фондов экономического стимулирования, выполненные экономической лабораторией треста па базе данных 1969 года (условный год перехода), показали, что размер балансовой прибыли должен быть увеличен (т. е. получена дополнительная прибыль за год) на 2700 тысяч рублей, в том числе прибыль от сдачи работ - на 1757 тысяч рублей. Прирост общей массы плановой прибыли по балансу должен составить 30,4 процента, а дополнительная прибыль от сдачи работ (снижение себестоимости сверх заданного планом) - 2,64 процента, Снижение себестоимости определится в 14,33 процента. За одиннадцать месяцев прошлого года достигнуто снижение себестоимости на 13,98 процента при плане 11,33. По уровню снижения себестоимости работ трест в настоящее время не укладывается в расчетную величину всего на 0,35 процента, однако, по массе прибыли мы недополучаем 498 тысяч рублей. Это уже серьезное отставание.
При указанных расчетных условиях, которые мы, к сожалению, на данный момент не выполняем, фонд материального поощрения составит 2845 тысяч рублей. Доля фонда материального поощрения, приходящаяся в среднем на одного работника, будет равна 243 рублям в год (прирост против 1968 года -83 рубля).
Фонд социально-культурных мероприятий и жилищного строительства составит 747 тысяч рублей, фонд развития производства - 950 тысяч.
По результатам прошлого года нужно уточнить еще раз эти расчеты.
Вопрос о переводе строителей на работу в условиях экономической реформы решен. Установлены сроки.
Строители "Череповецметаллургстроя" всегда шли в первых рядах строителей страны, и дело нашей чести - достойно сохранить это положение в одном из важнейших вопросов настоящего времени - осуществлении экономической реформы в строительстве. Это не означает, что мы должны "соваться в воду, не зная броду". Только создание всех надлежащих условий, отвечающих требованиям реформы, тщательная подготовка к этому важнейшему шагу самих строителей могут обеспечить успешный переход на новые условия хозяйствования.
Работы предстоит много, и поэтому наша задача - более интенсивно работать по подготовке к экономической реформе.

2. Лучше выявлять и использовать резервы

В УСЛОВИЯХ хозяйственной реформы одним из важнейших показателей деятельности строительной организации является получение прибыли, повышение рентабельности. А это возможно при максимальной бережливости, при новом подходе к решению многих вопросов строительного производства и использования имеющихся резервов. Особенно валено при этом обеспечить дальнейший рост производительности труда путем укрепления трудовой дисциплины и наведения порядка во вторых сменах, наиболее эффективного использования строительных машин и механизмов, а также средств малой механизации.
В нашем тресте машинный парк имеет очень большой износ. 43 экскаватора и 42 бульдозера, 8 гусеничных, 6 башенных и 16 автомобильных кранов отработали все нормативные сроки. Их ремонты являются неоправданной тратой государственных средств. Возникает необходимость быстрейшей замены изношенных машин. Без этого нельзя рассчитывать на успешную работу и экономические выгоды в новых условиях хозяйствования.
Жизнь настоятельно выдвигает на первый план вопросы сокращения сроков и повышения качества строительства. К сожалению, еще не во всех строительных управлениях усвоили эту истину. В "Экскавации", "Дорсантехстрое" и "Химстрое" в погоне за количеством допускают факты низкого качества выполненных работ и даже явного брака. Поступают жалобы трудящихся на качество строительства жилых домов. Разумеется, такие явления нужно решительно устранять, воспитать у каждого рабочего чувство высокой ответственности не только за сроки, но и за качество работ.
В этом залог дальнейшего снижения себестоимости строительства.
Постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР "О совершенствовании планирования капитального строительства и об усилении экономического стимулирования строительного производства" от 28 мая 1969 года предусмотрено повышение значения подрядного договора. Сейчас договорные отношения строителей с заказчиками носят в значительной мере формальный характер. Необходимо установить материальные санкции за несвоевременную выдачу заказчиком чертежей, смет, оборудования и усилить ответственность подрядчика за качество строительства и сроки ввода объектов в эксплуатацию. Необходимо усилить материальную ответственность сторон за выполнение этих обязательств. Невозможно мириться с тем, что из-за ошибок и просчетов заказчика строители зачастую несут большие потери.
В качестве примера можно привести строительство доменной печи № 4. Домна выдала первую плавку 29 марта, а акт о приемке ее в эксплуатацию был утвержден ровно через полгода. Это значит, что в условиях экономической реформы мы - строители - не имели бы возможности получить от заказчика средства за выполненные работы по последнему этапу, испытывали бы финансовые затруднения, брали бы ссуду в банке, платили за нее, уменьшали бы свою _ прибыль. В действующих условиях это так же повлекло задержку заслуженного строителями поощрения за ввод объекта в эксплуатацию.
Первопричина этих явлений лежит в некачественном составлении пускового комплекса. Вследствие крупных просчетов проектных организаций тресту нередко приходится на ходу менять технологию производства работ, выполнять большие объемы, не предусмотренные сметами, что в конечном итоге ведет к повышению себестоимости и удлинению сроков строительства.
Вот почему на плечи технической службы треста и сметно-договорного отдела в новых условиях хозяйствования ляжет целый ряд вопросов, от решения которых будет зависеть успех всего коллектива строителей.
Результаты проверки смет за ряд последних лет показали, что в среднем объемы работ и стоимости объектов, возводимых нашим трестом, занижены на 5,1 процента. Нетрудно представить, какие результаты имел бы трест, если бы не выполнял трудоемкой и сложной работы по проверке смет.
Строительные организации, переводимые на новую систему, должны осуществлять расчеты с заказчиками за законченные объекты и этапы работ. При таком порядке смета должна являться основным и неизменным документом на весь период строительства. На ее основе осуществляются планирование, финансирование строительства и расчеты между подрядчиком и заказчиком за выполненные работы. Смета должна служить основой для дальнейшего укрепления хозяйственного расчета и оценки деятельности строительных организаций.
В новых условиях хозяйствования значительно увеличивается роль договорной службы треста. Безусловное и своевременное выполнение обязательств, предъявление штрафных санкций к заказчикам, поставщикам и субподрядчикам - все это важные факторы хозяйственной деятельности. В целях решения этих вопросов необходимо расширить сметно-договорную службу в тресте, создать сметные группы в строительных управлениях, укомплектовать их высококвалифицированными специалистами, хорошо знающими строительное производство и изучившими сметное дело и финансирование капитальных вложений.
Расчеты с заказчиком за выполненные строительно-монтажные работы по законченным объектам и этапам - одно из основных требований экономической реформы Опыт такой формы расчетов в промышленном строительстве накоплен ленинградцами. В нашем тресте также осуществлен переход на расчеты за законченные объекты жилищного и культурно-бытового строительства, имеется опыт расчетов под незавершенное строительство (авансы заказчиков), сложилась определенная система взаимоотношений треста, заказчика и Стройбанка...
Но промышленный объект - это не жилой дом, здесь дело значительно сложнее. Расчетные этапы по объектам промышленного строительства должна разработать проектная организация, а заказчик, подрядчик и финансирующий банк - согласовать их и принять к исполнению. Учитывая то, что проектные организации практически не имеют возможности правильно определить этапы по объектам, тресту необходимо своими силами (специальной группой в составе квалифицированных работников отделов главного технолога, производственного и комплексов при участии и под руководством сметно-договорного отдела) приступить к формированию этапов на задельных объектах 1970 года с учетом существующей технологии строительства промышленных объектов, проектов организации работ и сетевых графиков. Этапы на строительстве достаточно крупных сооружений надо сформировать с таким расчетом, чтобы при нормальной концентрации ресурсов продолжительность работ на этапе составляла не более трех месяцев. Уже сейчас следует определить, по каким объектам промышленного строительства сметной стоимостью до 100 тысяч рублей расчеты с заказчиком могут быть осуществлены по мере сдачи их в эксплуатацию, и смело переходить на такую форму расчетов.
При этом необходимо оставить за трестом право переоформления сметной стоимости объекта и этапа при появлении такой необходимости (изменении объема работ, единичной расценки, технического решения и так далее). В этом случае сметный отдел совместно с главной бухгалтерией и экономической лабораторией должен произвести необходимые расчеты дополнительных оборотных средств и получить их от заказчика. Производственникам же нужно так организовать дело, чтобы обеспечить в срок и досрочно выполнение работ по этапам и объектам.
Эта работа, проделанная для начала даже на сравнительно небольшом объеме промышленного строительства, даст нам ценный опыт, позволит заранее увидеть те трудности и "подводные камни", которые могут встретиться в новых условиях хозяйствования.
В процессе подготовки треста к работе в новых условиях целесообразно совершенствование структуры, укрупнение и технологическая специализация строительных управлений (в первую очередь занятых на объектах промышленного строительства). Мы не можем позволить себе содержать управления со средней численностью работников, скажем, в триста человек, из которых только две трети составляют рабочие, занятые непосредственно на объектах промстроительства. Необходимо провести укрупнение строительных управлений с доведением численности работников в каждом из них до 400-500 человек. Это будут достаточно солидные организации, способные решать сложные вопросы возведения крупных промышленных комплексов.
Новая система расчетов с заказчиками за выполненные работы и необходимость дальнейшего роста производительности труда требуют дальнейшей специализации строительства с привязкой ее к технологическим этапам. Строительные организации целесообразно сформировать с таким расчетом, чтобы на одном объекте и одном этапе было занято одно строительно-монтажное управление, что позволит лучше концентрировать ресурсы, ускорить завершение работ, сократить объем незавершенного строительства и более четко определить объем готовой продукции по исполнителям работ. Наиболее рациональной будет специализация управлений: по работам нулевого цикла, по монтажу зданий и сооружений, по отделке зданий и сооружений.
При достаточном уровне специализации на потоке жилищного и культурно-бытового строительства в последнее время выявилось наше слабое звене - управление "Фундсилентстрой", которое лихорадит работу всего потока. Необходимо усиление этого управления, а также кардинальное решение вопросов организации работы на участке жилищного и культурно-бытового строительства в связи со значительным увеличением объема этих работ в нашем городе.
Дальнейшее совершенствование организации строительного производства возможно только при одновременном совершенствовании структуры управления. В настоящее время в управлении треста и его службах занято 297 работников, из которых 158 человек заняты не в функциональных отделах треста и призваны непосредственно заниматься вопросами совершенствования организации производства, планирования, учета и анализа. Это работники комплексов, машиносчетной станции, проектно-сметной группы, экономической лаборатории, группы НОТ и целого ряда других подразделений. Разрабатываемые сетевые графики, планы НОТ, организационно-хозяйственные мероприятия, проекты организации работ в большинстве своем еще слабо внедряются в производство, так как действия и усилия этих групп работников разобщены, и все они имеют недостаточную связь со строительной площадкой. Единого центра, который бы возглавил подготовку производства по разработанным планам и мероприятиям, в аппарате управления треста пока нет. Вопрос о совершенствовании управления очень сложен, однако его положительное решение может быть чрезвычайно эффективным.
Есть полная возможность у нас продолжить и форсировать совместно с институтом "Гипротис" Госстроя СССР работу по созданию в тресте информационно-вычислительного центра - основного пункта управления и координации деятельности стройки.
В наступившем году необходимо разработать методы и внедрить поточную организацию жилищного строительства с использованием электронно-вычислительной машины. Возглавит эту работу заместитель главного инженера треста по жилищному строительству.
Службе главного диспетчера треста и группе НОТ предстоит запершить внедрение организации централизованных поставок раствора на строящиеся объекты по часовому графику и применить указанный метод для бетона. Эта работа сейчас успешно проводится.
Плановому, сметному и производственному отделам, руководствуясь нормами продолжительности строительства, утвержденными Госстроем СССР, следует тщательно проверить реальность сроков ввода объектов в эксплуатацию и достаточность финансирования на 1970 год. Необходимо и впредь уделять этой важной работе большое внимание.
Общестроительной комиссии по подготовке к переходу на новую систему хозяйствования очень важно сейчас решить вопрос по структурной схеме перехода. От правильного решения этого вопроса будет зависеть многое. В сложившихся условиях представляется наиболее целесообразным переводить на новую систему всю подрядную деятельность треста в целом, предоставив подразделениям права цехов. Многое возлагается и на экономическую лабораторию, которой необходимо определить дифференцированные нормативы образования фондов экономического стимулирования для каждого подразделения треста с учетом специфики и особенностей их производственно-хозяйственной деятельности. В связи с введением новых оптовых цен на промышленную продукцию с 1 января 1967 года и новых условий оплаты труда строителей с 15 октября 1969 года, лаборатории надо пересмотреть планово-расчетные цены на услуги базы механизации; нормативы заработной платы и трудовых затрат для оперативного планирования.
Плановому отделу и главной бухгалтерии треста с участием экономической лаборатории необходимо разработать систему показателей и формы оперативного планирования, хозяйственного расчета строительных управлений и участков, виды учета и отчетности, отвечающие условиям экономической реформы.
Есть свои нерешенные вопросы и у отдела организации труда и заработной платы треста. Это, прежде всего, составление проекта положения о премировании рабочих, инженерно-технических работников и служащих аппарата треста, строительных управлений, контор и хозяйств из фонда материального поощрения.
Многое предстоит сделать и другим отделам и службам треста.
В порядке экспериментальной проверки управление производственно-технологической комплектации в этом году намечает осуществить на жилищном строительстве новую форму расчетов с деревообрабатывающим комбинатом, заводом железобетонных изделий и конструкций и автотранспортной конторой за комплектную поставку материалов на дом или технологический этап (нулевой цикл, коробка здания и т. д.).
Следует провести и ряд мероприятий, направленных на повышение роли хозяйственного расчета в подразделениях треста, обратив особое внимание на повышение качества работ и сокращение расхода строительных материалов, на использование рабочего времени и механизмов.
Многое дает проверка наличия излишних и неиспользуемых производственных фондов, материалов, оборудования и инструментов и их реализации. Нужно навести четкий порядок с заказами и получением продукции с производственных предприятий треста. Насколько это важно - говорят такие факты. Управление производственно-технологической комплектации в последнее время имело сверхнормативных остатков, материалов на 570 тысяч рублей. Одной из причин их образования явилось то, что строительные управления не выбирают со складов комплектации всего объема заказанных ими изделий и материалов.
Ощутимую выгоду мы получим, если наладим на месте выпуск большеразмерных сборных железобетонных изделий (балок, колонн) и прекратим завоз их от иногородних поставщиков по так называемой "системе межтрестовских кооперативных поставок". Когда мы получаем изделия из Сыктывкара (8 пояс), то на одной 18-метровой балке имеем 140 рублей убытка только за счет разницы в поясной цене, а с учетом транспортных расходов - 200 рублей. Общее количество завезенного извне сборного железобетона за год составило 5700 кубометров, а ориентировочные убытки - 360 тысяч рублей. Это совсем не означает, что мы не должны осуществлять взаимовыгодные поставки изделий с заводами, расположенными в одном с нами поясе или на небольшом расстоянии, например, с вологодскими заводами железобетонных изделий.
Значительные резервы у нас кроются в организации перевозок материалов в пределах городской черты, погрузочно-разгрузочных работ, складирования.
Завершающим этапом подготовительной работы будет выполнение в полном объеме расчетов основных показателей производственно-хозяйственной деятельности и фондов экономического стимулирования.
Подготовка к реформе - это, прежде всего, выявление и использование всех резервов строительно-монтажной организации. Наш долг - мобилизовать коллективы строительных организаций, предприятий и хозяйств треста на устранение в кратчайший срок имеющихся недостатков, выполнение принятых социалистических обязательств.

Как и в предыдущие годы, трест справился с основными технико-экономическими показателями 1969 года. В январе 1970 года государственная комиссия подписала акт о вводе в действие 1-й очереди стальных фасонных профилей сталепрокатного завода. На карте Вологодской области появился первенец большой химии - Череповецкий азотно-туковый завод. С технологических линий сошли первые тонны аммиачной селитры. Все основные работы по строительству и монтажу выполнены за 9 месяцев. В марте, на этом же заводе, получен аммиак, исходное сырье для производства кислоты и аммиачной селитры. В апреле, по итогам социалистического соревнования в честь 100-летия со дня рождения В. И. Ленина, трест награжден Ленинской юбилейной Почетной грамотой ЦК КПСС, Президиума Верховного Совета СССР, СМ СССР и ВЦСПС. Сдана в эксплуатацию 2-я электросталеплавильная печь и установка непрерывной разливки стали. В июне началось строительство Шекснинского завода древесно-волокнистых плит. В августе введена в строй 3-я большегрузная сталеплавильная печь и 2-я установка непрерывной разливки стали. В сентябре началось строительство химического завода "Аммофос". В ноябре на Череповецком азотно-туковом заводе пущены агрегаты 2-й очереди. В городе открыт спортивно-концертный комплекс "Алмаз". В журнале "Смена" № 5 за 1970 год корреспондент Л. Плешаков в статье "Руководитель стройки, становление, рост, перспектива" беседует с Д. Н. Мамлеевым:

Строители Череповца не обойдены славой. О них много и доброжелательно пишут. К ним едут за опытом. Их трест удостоен высшей награды страны. Да и сами они почестями не забыты. Но если славу эту положить на одну чашу весов, а на другую - заслуги и дела строителей, вторая наверняка перетянет. Тут как раз тот случай, когда воздается не авансом, в надежде, что со временем он будет отработан, а по итогам.
Любой старожил города охотно объяснит, что Череповец держится на двух китах: металлургическом комбинате и строительном тресте. Правда, из разговора трудно будет понять, кто из них "главнее". "Северная Магнитка" - гордость и первопричина второго рождения древнего города. Зато стройтрест - их создатель.
Комбинат давно уже обогнал трест по количеству работников и продолжает развиваться, обрастая новыми предприятиями.
Зато все новые объекты, вступающие в строй,- дело рук строителей. И город с кварталами современных жилых домов, школ, магазинов, детских садов, яслей, кинотеатров тоже их труд.
"Чгреповецметаллургстрой" не просто строит. Он строит хорошо, быстро и экономично. Если бы целью этого материала было исследование его хозяйственной деятельности, можно было бы привести разнообразные выкладки в рублях (или иных показателях), которые бы характеризовали успехи треста в этой области. Но разговор пойдет о другом.
Сейчас каждому ясно, что успех в любой отрасли народного хозяйства в значительной степени обусловлен уровнем руководства. И вот если проанализировать деятельность треста в этой плоскости, то можно заметить ряд любопытных моментов. Подавляющее большинство руководителей различных звеньев "Череповецметаллургстроя" молоды. Их движение вверх по служебной лестнице постоянно и подчинено определенной закономерности. Достигнув одной из высших административных должностей в тресте, тот или иной руководитель покидает "родной дом", чтобы испытать свои силы на более ответственной работе в другой организации.
Начальник "Главкузбасстроя", осуществлявшего строительство Западно-Сибирского металлургического завода, И. М. Звездов, руководители строительных трестов Н. А. Юдин, А. Д. Руденко, главный инженер А. Ф. Кужлев - можно еще долго перечислять фамилии и должности начальников строительных организаций в разных краях страны, начинавших когда-то свой путь в "Череповецметаллургстрое". В общем, как выразился один известный экономический обозреватель, хорошо сконструированная череповецкая система руководства, помимо управленческих услуг, вырабатывает и еще одну специфическую "продукцию" - опытных руководителей.
Это и стало предметом нашего разговора с Д. Н. Мамлеевым.
- Дмитрий Николаевич, - начал я, - что лежит в основе "череповецкого метода" подготовки руководящих работников? Что является, если молено так выразиться, отправной точкой? Какой принцип, идея, положение является главным, незыблемой аксиомой в этом деле?
- Мне кажется, что при подготовке всякого специалиста, а руководящего в особенности, нужно исходить из двух положений: каждый работник должен ясно видеть свою перспективу и знать, что продвижение по службе зависит только от его способностей, и, второе, он не должен долго засиживаться на одном месте. Перемещение - враг косности.
- Вы, безусловно, правы. Но согласитесь, что и продвижение и перемещение специалиста - это такие вещи, которые от него меньше всего зависят. В основном ему отводится роль пассивная. Ведь он не может, допустим, сам назначить себя на должность, которая ему нравится или которая, по его мнению, больше подходит его склонностям или соответствует его способностям. Инициатива всегда в других руках.
- Это и так и не так. Он не может назначить себя на новый пост, но может доказать, что достоин этого поста...
- Но тогда обязательно должно следовать, что вышестоящая инстанция, в чьей компетенции находится назначение и перемещение кадров, должна внимательно следить за качествами каждого работника, вовремя не только правильно оценивать их, но и воздавать по заслугам. Или, как модно сейчас говорить, постоянно должна действовать "обратная связь"...
- Несомненно, это так...
- И если вдруг в какой-то момент наша условная "обратная связь" даст осечку, это неминуемо повлечет крушение двух главных принципов, заложенных нами в основу.
Как этого избежать? Как, например, у вас в "Череповецметаллургстрое", решается эта проблема?
- Начнем с самого начали?
- Конечно.
- Каждый год к нам в трест поступает 30-40 выпускников вузов. При нескольких сотнях инженерно-технических работников, которые у нас трудятся, это, конечно, немного. Они не могут ни поднять, ни нарушить сложившийся годами ритм нашего производства. Несомненно, что они приносят определенные новые знания, и задача треста - позаботиться, чтобы эти знания, полученные в институте, быстрее стали давать отдачу. Это тем более необходимо, что через несколько лет сегодняшние специалисты станут руководителями производства.
Так вот. С каждым молодым специалистом я знакомлюсь лично. Беседую, расспрашиваю, какой вид работы ему больше нравится, где, по его мнению, лучше сможет проявить свои способности. В зависимости от этого он получает направление в конструкторский, проектный отделы или непосредственно на строительный объект. Хотя я всем всегда рекомендую начинать с производства.
- С конструкторами и проектировщиками более или менее все ясно. Тут способности и склонности можно было проявить еще в институте. Но вот как быть с теми, кого вы направляете руководить непосредственно людьми? Ведь вузовская практика в этом отношении недостаточна. Кстати, Дмитрий Николаевич, некоторые высказывают мнение, что первые два-три года работы молодого специалиста, по сути дела, последипломная практика, время становления инженера, когда он начинает осваивать производство, и лишь после он становится полноценным работником.
- Я с этим абсолютно не согласен. Вуз дает молодому специалисту главное - знания. И от производства зависит сделать все, чтобы эти знания быстрее можно было применить на практике. Ни один вуз не может научить практической работе. Да это и не их задача.
- Хорошо, вернемся к предыдущему вопросу. Молодой специалист пришел на стройку. Кем он стал?
- Первая должность - мастер на строительной площадке. В его подчинении примерно 50 рабочих. Знания у него есть. Основное требование: суметь организовать труд людей и руководить ими.
- Когда же вступает в действие наша условная "обратная связь"?
- Сразу же. Отдел кадров заводит карточки и деловые характеристики на инженерно-технических работников. Способные к руководящей работе специалисты попадают в резерв на выдвижение. Примерно раз в полгода мне докладывают о продвижениях по службе. Это - обязательное правило. И если кто-то "засиделся" на своей должности, принимаем меры.
- Я понимаю, что в таком сложившемся коллективе, как "Череповецметаллургстрой" с его четкой организацией и планированием работ, в общем-то несложно проследить, как идут дела у руководителя того или иного подразделения: выполняется ли план, ладит ли он с людьми, достаточно ли квалифицирован. Но роль руководителя многогранна. Она требует многих качеств. Вот если бы все эти качества выстроить в ряд в зависимости от их значимости, что бы вы поставили на первое место, второе, третье?..
- Главное - знания. Потом энергия, любознательность и стремление специалиста к совершенствованию и, наконец, желание быть первым среди тех, с кем он работает. Можно сказать, дух соревнования...
- Хорошо, специалист попал в резерв на выдвижение. Мастер через определенное время становится...
- Прорабом, затем старшим прорабом. Каждая следующая должность требует новых знаний, повышения квалификации, если хотите, расширения кругозора. Начинается индивидуальная подготовка кандидата на выдвижение. Года через три специалисты выдвигаем на должность главного инженера СМУ, иногда берем в управление треста, если человек подготовлен к координации работы группы производств.
- Но это чисто теоретическая схема. Допустим, она полностью соответствует действительности. Но ведь существуют и чисто практические нормы, требования, мерила при оценке работы специалиста и, особенно, при решении доверить ему очередной пост...
- Конечно. Например, кандидат в начальники или главные инженеры строительного управления обязан ввести пять-шесть объектов, уметь составлять техническую и финансовую документацию и временно замещать должность, на которую он претендует...
- Дмитрий Николаевич, а не кажется вам, что этот метод подготовки кадров могут легко использовать карьеристы? Ведь очень удобно, когда тебя постоянно выдвигают, а если тут еще свою энергию приложить...
- Практически опасность карьеризма исключена. Что главное для карьериста? Повышение в должности. И к этой цели он идет, форсируя события. Тут-то и разоблачает себя, показывая, что главное для него не дело, а должность...
- Вам приходилось иметь дело с такими?
- Раза два, - улыбается Мамлеев.
- И?...
- Удовлетворили их просьбу об уходе. Бороться с карьеристом не так сложно. Всегда существует разрыв между тем, что он может, и тем, что он хочет. Поставьте его на место, которое он заслуживает, и он сочтет себя обиженным. Пригрозит уходом. Ну и не задерживай его...
- А какое правило вы считаете главным при взаимоотношениях руководителя треста (или иного крупного учреждения) с руководителями подчиненных организаций?
- Доверие и уважение к их самостоятельности. Это отнюдь не исключает требовательности. Есть пословица: ум - хорошо, два - лучше. Но это при обсуждении вопроса. Когда же разговор идет о руководстве делом, тут ум - хорошо, два - плохо, три - пожар. Я стою за единоначалие. И уважаю самостоятельность подчиненных. Плохо работает - можно поговорить, посоветовать, подсказать, потребовать. Но, ни в коем случае, не решать за него. Это обижает, подрывает веру в себя, и к тому же я не уверен, что мое решение может оказаться лучшим: истинное положение дел на объекте все-таки непосредственный руководитель видит лучше, чем я из своего кабинета.
- Дмитрий Николаевич, мы все время рассматривали вопрос о росте руководящих кадров только с одной точки зрения: интересы молодого специалиста, интересы молодого командира производства. Но есть ведь еще и другая сторона: интересы организации, учреждения, наконец, нашего хозяйства. Всегда ли интересы личности соответствуют интересам общества? Стоит ли вести учет руководящих кадров, следить за их выдвижением и так далее? Не проще ли все это пустить на самотек? Ведь, в конце концов, здравый смысл всегда побеждает, доброе зерно всегда даст всходы.
- Внешне это кажется так. Но экономически верен,- правилен и выгоден все-таки наш метод. Попытаемся все разобрать по порядку.
Вы говорите, что при нашей системе планированной подготовки руководящих кадров учитываются интересы специалиста. Да, это так. Но рассмотрим тут же и другую сторону этого процесса - интересы треста. Противоречат ли они друг другу?
Какой работник нужен любой организации, любому производству? Знающий, энергичный, ищущий новые, оптимальные решения. Это истина. Когда лучше всего могут проявиться такие качества? Когда человек видит перед собой перспективу. Он будет стараться искать новое, выгодное решение, если знает, что его поиск будет замечен, оценен, а сам он сможет в дальнейшем получить работу, где его деловые качества проявятся еще ярче. Но ведь это-то как раз и выгодно самому производству, нашему обществу вообще. Ведь экономия средств, повышение производительности труда, сокращение сроков сдачи объектов происходят не сами по себе. Все это результат творческого подхода людей, их поиска более простого или выгодного решения в сравнении с тем, что было запланировано раньше.
И если специалист знает, что он не может сделать шаг вперед до тех пор, пока хорошо не освоит ранее пройденное, он будет стараться лучше и быстрее освоить это пройденное. Он учится.
К тому же существует такое понятие, как время. К сожалению, его отменить мы не в силах. Известно, что человек лучше всего может усваивать новую информацию до 40-45 лет. Иными словами, он может учиться до этого возраста. Дальше это требует гораздо больших усилий. Таково правило, исключения только подтверждают его.
Значит, мы должны успеть научить специалиста руководить до 40-45 лет. Позже двигаться вперед ему будет трудно. Движение вперед - это освоение нового, это учеба.
- Что же остается делать тем, кто переступил этот возрастной рубеж? Уходить в отставку?
- Отнюдь нет. Я говорил, что до 40-45 лет идет процесс накопления знаний. Позже - отдача их. И тем ценнее будет работник, тем больше он может отдать, чем больше он успел познать, чем больше его опыт.
- Но в вашей схеме есть подводный камень, о который может разбиться, прежде всего, благополучие вашего треста. Допустим, что выпускник вуза успел пройти за десять или пятнадцать лет всю должностную лестницу в вашем управлении. Условно он стал главным инженером или вашим заместителем. Короче, достиг потолка. Чтобы расти (предположим, что он достоин этого), ему нужно переходить в иную организацию, на более высокую должность...
- Несомненно...
- Но тогда ваш же трест потеряет опытного, знающего, энергичного работника, на воспитание ил", если хотите, на создание которого затрачено столько сил. Неужели вам не тяжело будет с ним расставаться? Тяжело в чисто деловом смысле этого слова.
- Да, тяжело. Но разве легче оставить у себя человека, который шел-шел вперед и вдруг остановился? Перспективы никакой. Все пройденное - неинтересно. Это породит апатию, безынициативность. Из отличного работника через несколько лет он станет заурядным.
- И вы никогда не задерживаете своих лучших специалистов?
- Никогда. Если, конечно, их уход не повредит работе треста. Но если я вижу, что человеку тесны наши рамки, что он способен на большее, я сам его рекомендую на другую работу. И, знаете, еще ни разу не раскаивался в своих рекомендациях.

В эти воспоминания я включил три статьи Дмитрия Николаевича, опубликованные в печати, четыре - корреспондентов центральных печатных органов на основе бесед с управляющим или по работе треста, руководимого им, относящиеся к 1967-1970 годам его работы. За весь же период их было более двадцати. Цель же моих воспоминаний, приведенные статьи, выступления моего героя убеждают в том, что в эти годы Дмитрий Николаевич находился в хорошей физической и творческой форме. Он в своих работах, беседах с корреспондентами создал, если обобщить все, научный труд по решению строительных проблем, управлению строительным процессом, обучению, воспитанию и росту кадров управленцев в передовой строительной организации страны. По этим публикациям, повседневной творческой деятельности Дмитрия Николаевича можно и нужно было без защиты вручить ему диплом доктора наук, а как педагогу, воспитателю высших управленческих кадров отрасли присвоить звание профессора - не сделали. Он же, в силу своей скромности не проявил в этом инициативы, а его ближайшее окружение не помогли и не настояли на этом. Если И. П. Бардин, И. Д. Папанин без защиты стали докторами наук, то и Дмитрий Николаевич был достоин этого. Будучи доктором наук, жизнь его после строительной площадки была бы творчески напряженной, полезной. Мозг его был бы в постоянной напряженности, не атрофировался, жизнь Учителя продолжалась бы долгие годы. В своих трудах он не осветил работы с кадрами ветеранов-управленцев. Попытаюсь осветить, как понимаю этот "пробел". В период работы управляющий в аппарате треста опирался на опытных, прошедших школу строительства или управления на предыдущих должностях. Вот их когорта: заместители его - В. П. Ассовский (бывший секретарь парткома с начала создания треста), А. М. Герасимов, Д. П. Домрачев, А. А. Лукин, Н. А. Пучков, Б. Б. Перельман; зам. главного инженера А. Ф. Юткин, Г. А. Виноградов, В. И. Горин (секретарь парткома и председатель профсоюза треста); главный бухгалтер треста И. М. Семин; начальник отдела кадров А. В. Фадин; главный диспетчер Г. И. Майстренко; начальник рабочего снабжения треста И. П. Пентюков; женщины старшего поколения - начальники ведущих отделов Л. И. Бусыгина, Л. М. Пойлишер, Зауграева, Амерханова и другие. На площадке долгие годы работали с ним начальники управлений: В. В. Бушин, Н. В. Задорожный, И. Ф. Пасечник, Н. П. Чехии и др. По возрасту все они для нас ветераны, в основном со средним или средне-специальным образованием, орденоносцы, заслуженные строители, были золотым фондом руководителя, как бы его правой рукой, проводниками и виртуозными дирижерами многотысячного коллектива треста. Начальниками монтажных организаций того времени были: "Металлургпрокатмонтажа" - Н. К. Сазонов, М. А. Тауб, "Стальконструкции" - Н. И. Кравченко, затем Н. А. Серов, "Сантехмонтажа" - И. В. Холинковский, "Коксохиммонтажа" - Б А. Авербах, "Электромонтажа" - П. Л. Пироженко, К. Ф. Петкевич - в основном были также ветеранами, некоторые даже ровесниками Дмитрия Николаевича Интересно было наблюдать полемику между управляющим и зубрами-монтажниками Сазоновым, Авербахом, Кравченко. Как правило, в отставании строительства были виновны строители, а ликвидировать отставание приходилось монтажникам. Об этом были главные баталии. Монтажники всегда с честью выходили из этого положения. Объекты сдавались в срок или досрочно. Поэтому нужды, проблемы монтажников Дмитрий Николаевич решал наравне со своими трестовскими проблемами, а иногда и с опережением. У него установились прекрасные творческие отношения с министром Минмонтажспецстроя СССР Фуатом Борисовичем Якубовским, что также способствовало творческому содружеству строителей и монтажников.
Итогом 1970 года стала работа 20-тысчного коллектива треста "Череповецметаллургстрой" на два фронта: на металлургическом и химических производствах. Второй из них не менее конкурентоспособен по отношению к металлургическому. Появилась ревность и недовольство к строителям то одной, то другой отраслей. Административный и партийный органы сначала проявляли нейтралитет, но в зависимости от требовательности верхов партии склонялись то в сторону химии, то металлургии и искали выход где-то посередине, но всегда оставались виновными строители, в связи с "партийной близорукостью". Но это в будущем, а в 1970 году предвидение Дмитрия Николаевича оправдалось!
Годы восьмой пятилетки, последней в деятельности на посту управляющего трестом ордена Ленина "Череповецметаллургстрой" Д. Н. Мамлеева, увенчались очередными творческими и производственными успехами. Объем СМР увеличился на 30,8% и составил 413,08 млн. руб., в т. ч. собственными силами 271,2 млн. руб., или 16,4%. Введено в строй свыше 400 объектов разного назначения, в т. ч. 150 промышленных. Построено 428 тыс. кв. м жилья. Производительность труда возросла на 41,2%.
По итогам пятилетки 260 работающих в тресте награждены орденами и медалями СССР, а бригадиру каменщиков СУ "Монтажжилстрой" В. И. Скачкову присвоено звание Герой Социалистического Труда.
Дмитрию Николаевичу Мамлееву вручен орден Октябрьской Революции. За период работы Д. Н. Мамлеева в должности управляющего ордена Ленина трестом "Череповецметаллургстрой" в 1950-1970 годы выполнено:
(в миллионах рублей в сопоставимых ценах)

1950
1951-1955 гг.
1956-1960 гг.
1961-1965 гг.
1966-1970 гг.
по генподряду
8272
98855
209283
388481
413088
собств. силами
7447
81841
136273
233089
271249

За четыре пятилетки суммарно объемы составили по генподряду - 1,3 млрд. руб., собственными силами - 730 млн. руб.
Применительно к сегодняшним ценам, необходимо, как минимум, умножить на коэффициент 100.
Производительность труда с 1754 руб. в 1950 г. увеличилась в 1970 году до 8537 руб., т. е. почти в пять раз. За этот период введено жилой площади за 1950-1970 годы 1,266 млн. кв. м. Если в начале строительства в городе насчитывалось 33400 человек жителей, жилья- 153 158 кв. м, то Дмитрий Николаевич построил город, в котором проживало более 200 тысяч жителей. Если в начале строительства на выполнении 1 млн. руб. строительно-монтажных работ было занято 435 рабочих, 31 инженерно-технический работник и 11 служащих, то в 1970 году-105 рабочих, 12 ИТР и 4 служащих. Стройка воспитала в эти годы четырех Героев Социалистического Труда. Около тысячи работников награждены правительственными наградами, стали заслуженными строителями РСФСР заслуженными рационализаторами РСФСР, лауреатами премии Совета Министров СССР, получили другие награды страны и области. При Дмитрии Николаевиче на высшем уровне были решены эти вопросы социально-культурной сферы жизни многотысячного коллектива - это: двухзальный комплекс Дворца культуры, больница и поликлиника строителей, комплекс столовых для строителей, как в городе, так и на ведущих стройках, ведомственные дошкольные сады, ясли, стадион строителей, база отдыха и многие другие. Ускоренное удовлетворение очередников постоянным жильем, общежитиями при выборе профессии череповчанам или приезжим давало приоритет по сравнению с другими предприятиями города. Он был противником времянок для жилья собственным рабочим. Промышленная база, созданная им в начальный период строительства, позволила решить все, даже неожиданные проблемы на всем периоде, вплоть до 1990 года. В период его работы, кроме безусловного прогресса в области внедрения сборных железобетонных, особенно преднапряженных пролетных конструкций были и перегибы в этом направлении. Помню, работая еще главным инженером "Мартенстроя", строя железопроволочное производство на сталепрокатном заводе, встретил там Дмитрия Николаевича. Он обходил стройку. Доложил ему ход строительства, выбирались из нуля, были выполнены фундаменты под волочильные станы, велись трубные разводки и бетонирование черных полов, по ним и въехал в корпус водитель его машины. Ходит управляющий хмурый, задумчивый, я - с ним. Вдруг он и спрашивает: "Чтобы Вы заменили, если могли решать любые вопросы конструкций объекта?" Вопрос в лоб, без подготовки. Сначала немного растерялся, потом говорю: "По-моему он очень железобетонный". Действительно, из крупных промышленных объектов Череповца на сталепрокатном заводе весь каркас выполнен в сборном железобетоне, в том числе и пролетные 24-метровые безраскосные фермы с внутренним шагом колонн 12 м, а фермы уложены на 12-метровые подстропильные конструкции. Он сказал, что такое техническое решение - верх безответственности высших руководителей Госстроя СССР - выдавать подобные решения, как технический прогресс. Ведь в этих фермах металла больше, чем в легких металлических конструкциях. К этому вопросу он вернулся в беседе со мной в домашних условиях, но уже в другой плоскости. Напомнив об этой беседе, в конце 1967 года сказал: "Мы ежегодно во всех видах железобетонных конструкций, особенно в сборных, расходуем только в нашем тресте десятки тысяч тонн дефицитного высокопрочного металла. Но жизнь цехов не вечна, идет старение объектов, созданных нами, идет смена оборудования, растут нагрузки от кранов, усталость металла, особенно в преднапряженных конструкциях, в том числе и коррозия самого бетона. Принимается решение о демонтаже цеха, а что делать с отходами в виде железобетонных ферм, плит покрытия, перекрытия, колонн, подкрановых балок, да и потом фундаментов? Ведь в них мы замуровали первоклассный металл, в среднем 120-150 кг на один кубометр всех видов железобетона. Как возвратить его в народное хозяйство? Ведь этим мы занимаемся, строя металлургический завод, добывая металл из руды! Видишь, какую уйму работы нужно проделать, чтобы получить тонну металла. Давай думать, как научиться извлекать металл из бывшей нашей продукции?" Так поставленный вопрос был для меня новым. За оставшийся период работы с моим учителем мне удалось урывками кое-что посмотреть в литературе, но почти ничего по теме не было. Затем в Вологде, работая председателем ГЭК строительного факультета Вологодского политехнического института, пытался через дипломное проектирование начинать познавать проблему, поставленную Д. Н. Мамлеевым, но все также бессистемно. Заканчивая восьмую пятилетку, как и все предыдущие, с 1956 года, кроме периода становления треста, выполнив их по всем показателям, управляющий был бодр, здоров в свои 64 года, устремлен в будущее, во всяком случае, в пределах девятой пятилетки. В этом я был абсолютно убежден. Он давал нам, молодым того времени, опыт здорового образа жизни, целеустремленности, удивлялся, когда люди, моложе его, жаловались на свое здоровье. Не было случая, чтобы он не был на работе из-за проблем со здоровьем. После 60-летнего юбилея, с организации новых строительных министерств, в том числе и Минтяжстроя СССР, ему неоднократно предлагались должности зам. министра, первого зам. министра, так как он один из немногих назначенцев на эти должности был стабильным руководителем треста со звездой Героя, с широчайшим диапазоном государственного мышления. Мы, его помощники и соратники, с замиранием сердца следили, переживали, ловили все слухи, уйдет или не уйдет наш хозяин. Ведь он давно перерос пост управляющего, готовый министр! Аппараты всех министерств комплектовались руководителями его возраста, а то и старше. Второе партийное лицо в государственной иерархии того времени А. П. Кириленко на 70-летнем юбилее генсека сказал: "Мы, люди среднего поколения, еще поработаем!" Аппарат ЦК, Совмина, Госплана был примерно такого возраста. Под руководством Дмитрия Николаевича разрабатывались все документы на девятую пятилетку 1971-1975 годов. Он, как депутат Верховного Совета РСФСР, областного Совета, горсовета, член обкома КПСС, вел приемы, активно участвовал в общественной жизни города, решал насущные вопросы, как избирателей, так и сотрудников треста. Люди шли к нему на прием, как к последней инстанции, где можно получить хороший совет или действенную помощь. В его действиях ощущалось больше человечности, душевности, чуткости к обращавшимся, чем в прежние годы. В 1967 году ему присвоили звание "Почетный гражданин города Череповца".
С 1969 года я, будучи руководителем треста "Вологдапромстрой", с июня в двух должностях, так как очередной посланец Череповца на должность управляющего этого треста "заболел" на 9 месяцев и уехал "лечиться" в теплые края. В критической ситуации позвонил Дмитрию Николаевичу на квартиру, попросил приехать посоветоваться. Он меня принял дома в выходной день. Рассказал ему о ситуации, выразил возмущение, кто придумал прислать в Вологду такого "управляющего"! Он заверил меня, что к этому не причастен. Предложил, а в дальнейшем в пределах возможного оказал помощь в комплектовании инженерными кадрами по моей просьбе (В. В. Беспалов, А. К. Мясников, П. И. Кечин, Н. И. Федоров), тремя экскаваторщиками, выполнил и ряд других просьб. В феврале 1970 года, когда решался в обкоме КПСС у А. С. Дрыгина вопрос о моем назначении на должность управляющего трестом "Вологдапромстрой", в коридорах обкома партии уже во всю шло шептание о скорой смене руководства треста "Череповецметаллургстрой", преемник назывался все громче и громче. Поехал на утверждение в Москву. При собеседовании у зам. министра по кадрам И. Ф. Денисова, кроме вопросов о себе, я коснулся и скорой перестановки в тресте "Череповецметаллургстрой", привел свои доводы об ошибочности, как выбора кандидатуры, так и времени перестановки. Он не опроверг моих доводов о перестановке руководства в Череповце, оставил меня в кабинете с просьбой подождать 15- 20 минут, придя, повел меня к министру. Николай Васильевич Голдин встретил меня не очень ласково, но сказал, что по согласованию с А. С. Дрыгиным я назначаюсь управляющим трестом и просил обосновать мои доводы в ошибочности перестановки руководства "Череповецметаллургстроя". Объяснил, как считал необходимым. С тем он меня и отпустил, поздравив с назначением на должность управляющего трестом "Вологдапромстрой", на сложный и ответственный пост. "Думай, решай свои проблемы, а с Череповцом мы сами разберемся".
Приехал в Вологду, с утра звонок А. С. Дрыгина, поздравил и спросил: "Почему ты завел у министра разговор о руководстве треста "Череповецметаллургстрой", не посоветовавшись со мной перед поездкой на утверждение". Ответил, что этот вопрос возник случайно при беседе с зам. министра. Слухами в Вологде я с Вами не имел права делиться, в министерстве эти слухи не опровергли, а стали спрашивать мои доводы против этой перестановки и только, на этом мой разговор с Анатолием Семеновичем и закончился. В дальнейшем он об этом мне не напоминал. В марте попросил новую встречу у Дмитрия Николаевича, опять приехал в нерабочий день. Он меня поздравил с назначением, попросил Христину Яковлевну собрать обед. Мы долгое время беседовали, выпили легкого вина, поиграли в шахматы. Набрался смелости и задал мучивший меня вопрос - правда ли, что он намерен уйти с поста, рассказал о слухах, беседе с министром и А. С. Дрыгиным по череповецким делам в период моего назначения. Он задумался, сказал, что ему не известна эта возня, будет работать, как работал. Спросил, сколько мне лет.
- 34, скоро 35.
- Давай выпьем за твои успехи на тяжелейшем поприще управляющего. Я по своему опыту знаю, какой это тяжелый воз и особенно в Вологде.
Рассказал о попытке младшего брата в должности главного инженера этого треста безуспешно вписаться в эту структуру. Потом в задумчивости сказал: "Как я опоздал, обстоятельства меня обгоняют!".
В чем опоздал, для меня осталось загадкой, спросить не посмел. Перед прощанием он познакомил меня со своей богатой библиотекой и подарил мне несколько книг со своей дарственной надписью. Книги его авторства и о нем так и не было издано, хотя корреспонденты газет, журналов, писатели как местные, так и столичные были частые гости Череповца, стройки, руководителя стройки. Все это говорит о том, что руководитель молод мышлением, устремлен в будущее работает много и полезно. Если у большинства руководителей того времени появились земельные участки, дачи, у него ничего не было. Как его не уговаривали построить для него скромный коттедж на берегу Рыбинского водохранилища, на базе отдыха строителей "Городище", он так и не согласился: "Некогда мне отдыхать". Ясно, что его восьмая пятилетка, названная золотой, будет по всем показателям наиболее удачной для него, города и государства, так оно в итоге и получилось. Подвиг многотысячного коллектива строителей и монтажников ордена Ленина треста "Череповецметаллургстрой", как ведущей строительной организации страны, должен был отмечен очередным орденом (к тому времени уже не один десяток предприятий страны был дважды, трижды орденоносным), а его бессменный руководитель, безусловно, награжден второй Золотой звездой Героя Социалистического Труда! Ибо созданное им в Череповце в первое десятилетие его трудовой деятельности в 1949-1958 годах, отмеченное Золотой звездой, несравненно выше и весомей в 1959-1970 годах. Его опыт работы с многотысячным коллективом распространялся и внедрялся на других стройках страны, и там есть его ощутимый вклад в экономику.
Предчувствуя это, местные партийные власти всполошились, особенно из второго эшелона партбоссов. Они и так входили в его кабинет тихими, смирными, против напыщенности в своих кабинетах, пытаясь "выправить" линию партии, не совпадающую с линией хозяина кабинета. Зачастую не получалось, у него была своя линия, свое мнение!
Они вползали на партийный олимп, "партия руководящая и направляющая" в социалистическом обществе, а тут на их пути фактический дважды Герой! В области было все сделано, чтобы среди крупных руководителей не было Героев Социалистического Труда, им и одного было не переварить. Бесспорными кандидатами на это звание были А. И. Бородулин, В. А. Ванников и другие. А. И. Бородулин получил Звезду уже за пределами области.
Итак, в их "умах", как гвоздь, торчит вопрос, что же делать с Д. Н. Мамлеевым, так как неминуемо восьмая пятилетка для орденоносного треста будет завершена с блеском! Управляющий уже устремлен мыслями и действиями в девятую пятилетку (смотри его выступление в печати, приведенное выше). Но за спиной у него, дыша в затылок, стоит высокий, улыбчивый, обаятельный главный инженер, который все больше и больше посещает областные и высшие партийные кабинеты, говорит: "А мы можем больше, а мы можем лучше, если ..."? Он "перерос", так ему кажется в свои 45 лет, 64-летнего шефа и учителя. Он не предлагает свои услуги в другом качестве, например, в отстающих организациях. Претендент убежден, что на лаврах треста, созданных упорным трудом Дмитрия Николаевича, в отлаженном, как часовой механизм, тресте он быстро шагнет дальше, мимолетно задержавшись на посту управляющего.
Даже в этом глобальном кадровом вопросе сработало пущенное из кабинетов обкома КПСС и министерства их тогдашнее изобретение "есть мнение", чье, откуда, почему - скрыто завесой, но оно пошло гулять, внедряться в уши и умы людей! Кто вверху клюнул на его "хочу" и "могу", останется тайной. Лучше всего перехватить за полгода до конца пятилетки незаработанные лавры, на них стать делегатом XXIV съезда партии, депутатом Верховного Совета РСФСР, а там будет видно. Новые партийные боссы в обкоме и горкоме помогут. Тем более, что всем было известно, что Дмитрий Николаевич был щитом для других, делал все возможное, чтобы окружающие его помощники, подчиненные, рабочие жили лучше, были защищены от различного произвола. А вот по отношению к себе он был абсолютно беззащитен. Кто-то в обкоме, министерстве сказал: "Дмитрий Николаевич, Вам пора уйти, уступив место молодому "таланту" - он и ушел.
И так парадоксально, по-дурному, "ушли" с поста Дмитрия Николаевича Мамлеева, наградив за доблестный 20-летний труд месячным окладом,
Посадили в кресло относительно молодого, высокого - рулит, но почему-то не вверх, а вниз. "Уходят" и соратника Дмитрия Николаевича, секретаря парткома, избирают нового. Воспитание, уважение к кадрам по методу Мамлеева уходит в забвение. Сторонники и патриоты, ученики управляющего, постепенно покидают стройку. Напряжение, борьба с "друзьями Бахуса" от замов, начальников управлений, линий, рабочих уходит в прошлое. Работай по-воловьи, днем подшофе или "насухо", а вечером, ночью, что хочешь, то и делай, доберись лишь утром до работы, так и пошло. Печально, но несколько ведущих инженеров, руководителей по этой схеме "труда" ушли из жизни в начале шестого десятка своей жизни. Чехарда в управленческой кадровой политике стала обычным явлением. Костяк всех преобразований строительной организации ордена Ленина треста "Череповецметаллургстрой" за последующий период сменил на посту управляющего около 10 руководителей (Дмитрий Николаевич был на этом посту 20 лет). Не тянет новый управляющий, начали действовать не умением, а числом, по указке сверху. Стройка стала пополняться "химиками", "условниками", военно-строительными отрядами. Ум стал заменяться громкими командами, забыли о сетевом планировании, делай быстрей любым способом, потом разберемся. Отработали девятую пятилетку, много неувязок, прежняя система разладилась. Дошло до того, что трест "Вологдапромстрой" сработал лучше, выполнил все показатели, ему вручили юбилейный знак "За доблестный труд в девятой пятилетке" с занесением на Всесоюзную доску Почета ВДНХ СССР. Это для череповецких строителей, привыкших к победам, было потрясением. Но я, как управляющий трестом "Вологдапромстрой", добился своей цели.
А. И. Дубовицкий в своей книге "Жизнь стройки" писал: "А. В. Ковалькову была в тягость популярность треста ... Он не любил всевозможные "помпы" и неуютно чувствовал себя при этом". Почему же он, как Валентина Гаганова не попросился для утверждения себя, как "талантливого руководителя", в отстающую крупную строительную организацию, а их в стране в те годы больше, чем подобных Череповцу. Этим шагом можно было спасти и передовой коллектив страны, лучшего управляющего еще как минимум на пятилетку! Новому руководителю череповецкой стройки потребовалось восемь лет, при поддержке двух партийных рулевых (двух "Ко" из кабинетов горкома, затем обкома), чтобы стащить под гору, в пропасть некогда многотысячный героический коллектив ордена Ленина "Череповецметаллургстрой", который возвел на олимп за 20 лет во флагманы строительной отрасли страны к 1971 году Герой Социалистического Труда Д. Н. Мамлеев. Неудивительно, что преемник тяготился этой славой, она была ему недоступна и неосуществима.
Заканчивается пятилетка. Трест в прорыве под руководством нового рулевого. Сошлюсь на летописца А. И. Дубовицкого: "1 ноября состоялась отчетно-выборная партийная конференция строительства. Конференция была бурной, но деловой и конкретной. О чем они говорили, догадаться нетрудно. Заключил прения по докладу второй секретарь обкома КПСС А. Г. Корнилов: "область выполняет план строительно-монтажных работ, а "Череповецметаллургстрой" - нет. Уровень инженерного, организаторского, экономического руководства не соответствует масштабам и условиям, планирование здесь в тресте ведется не так..." Так закончился этот сумбурный год и девятая пятилетка в целом. Но для тех, кто подводил цифровые итоги, она еще не закончилась. Кроме обычных отчетов, продолжались корректировки плановых показателей".
В свои права вступил 1976 год - начало десятой пятилетки - год XXV съезда партии. На областной партийной конференции управляющий трестом "Череповецметаллургстрой" снова избирается делегатом съезда, сидит в президиуме. У него хватило мужества, хотя не здоровались уже более 5 лет, подойти ко мне, поздравить с убедительной победой, сказав, что "он стал делегатом съезда за наш счет". По инициативе трех "Ко", надо оправдаться перед А. С. Дрыгиным, страной за провал на череповецких стройках, ищется выход - находится, все, как в анекдоте - реорганизация! Вместо почти двух десятков лет устойчиво работающего орденоносного треста - создание с 1 января 1976 года Всесоюзного строительно-монтажного объединения "Череповецметаллургхимстрой". Сохранив пост начальника объединения за А. В. Ковальковым, главным инженером назначен В. К. Лихотин. В составе объединения было создано 5 генподрядных трестов, идут утряски руководства всех уровней, а дела не улучшаются. Из книги Дубовицкого: "Состоялось совещание при начальнике управления организации труда и заработной платы Минтяжстроя СССР В. И. Золотареве от 16 мая 1978 года. Состояние дел не улучшилось, а наоборот. Увеличение удельного веса военных строителей и спецконтингента - это удобная ширма, за которой маскируется неумение организовать дело ... Низкая интенсивность и простои ... Это та могила, где хоронятся все показатели ... Крайне плохой состав бригадиров, значительная часть их из числа "условников" и военных строителей. Многие бригады значатся смешанными (гражданские и военные строители), военные строители работают отдельно и бригадира не знают, не видят... Линейный персонал слабый. Почти отсутствует на стройке соцсоревнование, соцобязательность, гласность, бригадный подряд. За четыре месяца по объединению всего 13,2% выполнено этим методом".
Руководством сверху ставилась задача комплектования кадров строителей, 60% нормальных, т. е. основного костяка времен Д. Н. Мамлеева, и 40% - "условников", химиков, военных строителей. При подведении итогов за 1977 год было доложено, что аппарат управления в сравнении с 1975 годом, ввиду всех реорганизаций, вырос в объединении почти в два раза, а объем работ остался на уровне 1975 года.
Обязан напомнить предложение Д. Н. Мамлеева, который еще в конце 8-й пятилетки, видя в будущем дальнейший рост объемов работ, в статье "Строители на пути к реформе" ("Красный Север" от 21 января 1970 года) сказал: "В процессе подготовки к работе в новых условиях целесообразно совершенствование структуры, укрупнение и технологическая специализация строительных управлений (в первую очередь занятых на промышленных объектах). Мы не можем позволить себе содержать управление со средней численностью работников, скажем, в триста человек, из которых только две третьи составляют рабочие, занятые непосредственно на объектах промстроительства. Необходимо провести укрупнение строительных управлений с доведением численности работников в каждом из них до 400- 500 человек". Как видим выше, сделали все наоборот. Численность в управлениях довели до 100-150 человек с прежней надстройкой управленцев, да в придачу с многочисленными трестами, с полной их неуправляемостью.
Сбой работы строительного комплекса ощущался в начале 10-й пятилетки не только в бывших, ранее передовых, как ордена Ленина трест "Череповецметаллургстрой", но и других организациях отрасли. Так, чувствуя эту тенденцию еще по итогам работы треста "Вологдапромстрой" в 1976 году, автор воспоминаний ставил на союзном уровне вопрос о том, что "наш строительный комплекс идет в тупик. Деньги тратятся не в соответствии с партийными директивами, не на реконструкцию, а во все новые и новые пристраиваемые корпуса, вводимые с несколькими станками старого образца, вместо передовых технологических линий. Объекты социальной сферы отстают на три-пять лет от введенных производственных мощностей... Необходимо, как минимум, 70 процентов строительного комплекса переориентировать на решение социальных задач, коммунальное хозяйство и обустройство городов и поселков"! Увы, я остался в одиночестве с поднятой проблемой. Руководитель череповецкой стройки, конечно, меня не поддержал, у него не хватило мужества поддержать меня, хотя положение у них было еще хуже (см. текст выше).
Он, будучи депутатом Верховного Совета РСФСР, делегатом XXV съезда, поддержав меня, мог сделать многое, чтобы защитить строителей, руководство области, да и страны от бездумных действий в трате нефтедолларов. Нет, он выбрал путь, плыть дальше на растрепанном им судне некогда могучего орденоносного треста. Ведь он-то был депутат, делегат. Пусть все валится, одолеем валом, толчками, через правительство, министерство, обком, а я тут ни при чем, так велят свыше! Не получилось. Он строил, что прикажут, ведь за сданные единичные производственные площади - награды, за жилье и соцкультбыт - ничего. Встань тогда он на путь разума в строительстве, переубеди совместно верховную власть, сколько добра, счастливых семей можно было создать через разумное строительство за счет тех же нефтедолларов. Теперь, в эти годы, исправляя положение, президент В. В. Путин ищет пути решения жилищной проблемы, ставит ее как приоритетную, но уже в основном за счет граждан, а нефтедоллары в руках кучки "ельцинистов" уведены за границу. Вот чем обратился нейтралитет избранника народа, но и у него, при такой его позиции, ничего не получилось в мечтах о высокой карьере. Мне запомнился партийно-хозяйственный актив или партконференция (я был членом пленума обкома КПСС) в начале 1979 года, рассаживаемся в зале, входит президиум, видим, что там появился новый человек. Перед работой по программе встает А. С. Дрыгин и сообщает, что решением правительства, Минтяжстроя СССР по согласованию с обкомом КПСС на должность начальника объединения "Череповецметаллургхимстрой" назначается Н. Я. Лущенко, а А. В. Ковальков, для организации инженерной работы, переводится на должность главного инженера объединения. Как не грустно, печально, но факты - упрямая вещь. Чтобы сделать А. В. Ковалькова не по уму и заслугам управляющим трастом "Череповецметаллургстрой", а затем поддержать, партбоссы "по воле" народа и коммунистов делают его дважды депутатом республики и делегатом двух партийных съездов, все не в коня корм - не везет. Прибегают к тому же "приему", меняют его на варяга Н. Я. Лущенко с передачей ему депутатства и делегатства. Но что еще более символично - Лущенко работал вместе с И. М. Звездовым, лучшим учеником Д. Н. Мамлеева, т. е. как бы возвращаемся к школе этого мудрого человека!
Через два года, в середине января 1981 года, А. В. Ковалькова в 56-летнем возрасте перевели в Москву, в министерство по строительству в восточных регионах страны - Минвостокстрой СССР на должность начальника производственно-распорядительного управления, члена коллегии, а вскоре направили в Главзарубежстрой Минмонтажспецстроя СССР в должности руководителя группы строителей от СССР в Нигерию. Так закончилась его карьера крупного строителя. В это же время от замминистра Минмонтажспецстроя СССР В. П. Мардашова, курирующего Главзарубежстрой мне поступило предложение поработать в Нигерии - отказался. Не случайно в своих воспоминаниях я был вынужден привести в тексте статьи из газет, мысли Дмитрия Николаевича, выраженные корреспондентами центральной печати, по вопросам капитального строительства. За это же время, вплоть до 1981 года, я не обнаружил ни одной публикации в печати преемника Дмитрия Николаевича, а у него, как ни у кого, была возможность печатно сформировать программу будущего в строительном комплексе.
Из сказанного выше следует, что главный герой моих воспоминаний Герой Социалистического Труда, награжденный двумя орденами Ленина, ордером Октябрьской Революции, орденами Трудового Красного Знамени, медалями заслуженный строитель РСФСР, лауреат премии Совета Министров СССР, Почетный гражданин г. Череповца, безусловно, заслуживший вторую Золотую звезду Героя, но не врученную по итогам 20-летнего героического труда на благо страны и области, "уйден" на пенсию не по своей воле, а по сговору за его спиной. Главным же виновником его "ухода" считал и считаю его сменщика. Он, во-первых, не должен был давать согласия на должность, до которой не дорос, а самое главное, не мог никогда дорасти, т. к. в большинстве своем "не каждый Зам может быть Сам", более девяти лет работавший за спиной шефа и заменить такого управляющего, как Дмитрий Николаевич, в расцвете сил и таланта, выведшего трест на такой высочайший уровень по всем показателям, равноценно, а тем более с подъемом, было под силу руководителю, впитавшему все лучшее от предшественника, познавшему его стиль руководства, опираясь на его учеников. У властителей не хватило ума узнать у Д. Н. Мамлеева, почему он значительно раньше на управляющего трестом в Сибири выдвинул И. М. Звездова, а не А. В. Ковалькова, работавших у него в должностях начальников управлений (последний был старше по возрасту), и не ошибся. И. Звездов поднял трест и стал зам. министра Минтяжстроя СССР. Так же с чистой совестью он выдвинул на высшие посты начальников управлений и работников треста П. Чирскова, А. Садового, Н. Юдина, Ю. Лукьянова и многих других, но не Ковалькова! Даже, если бы власть потребовала занять место шефа, преемник был обязан добиться трудоустройства Дмитрия Николаевича на более престижную, может быть менее напряженную работу в Москве, Ленинграде, за границей. Добиться вручения ему второй Золотой звезды, честно им заработанной!
Так что сослал в ссылку, в заточение Дмитрия Николаевича рвущийся к власти "преемник", сократив значительно его жизнь. Это подтверждает и тот факт, что преемник не навещал учителя, даже не нашел мужества и времени проводить его в последний путь (см. книгу А. И. Дубовицкого), сославшись на запрещение обкома партии. Это было похоже на какой-то заговор, даже против усопшего Дмитрия Николаевича. Сошлюсь и на случай со мной. Мне сообщили о кончине Дмитрия Николаевича, собираюсь ехать. Вдруг на тот же день вызов телеграммой на коллегию министерства с отчетом по строительству оптико-механического завода. Звоню первому заместителю министра А. Г. Гайдуку с просьбой послать заместителя, так как надо быть в Ленинграде на похоронах Дмитрия Николаевича. Он требует, чтобы лично отчитался я, так как очень ответственный объект. Приезжаю, начинается коллегия, вызывают меня на трибуну. Выхожу, но вместо доклада сообщаю, что сейчас в Ленинграде хоронят Дмитрия Николаевича, и заплакал. В зале коллегии мертвая тишина, затем все разом встают - минута молчания. Гайдук спрашивает: "Будет ли введена вторая очередь завода?" Отвечаю: "Да!" С тем меня и отпустили с коллегии, умышленно сорвав исполнение гражданского долга ученика перед Учителем.
Уже будучи управляющим трестом "Вологдапромстрой", мне на протяжении пяти лет для встречи с учителем приходилось ездить в Ленинград тайно, за счет ухода в отпуск. С каждым приездом и встречей на улице Джамбула, в его квартире, в кабинете площадью не более восьми квадратных метров, загруженным книгами, рукописями, видел, в каком подавленном, униженном состоянии он находится. Оторванный от главного дела своей жизни, он на глазах увядал, в бессилии повторяя, что стройку он не сумел передать в надежные руки. По рекомендации врачей ему выделили госдачу под Ленинградом, при активном участии и помощи К. А. Глуховского, начальника Главзапстроя. Навестил я Дмитрия Николаевича на этой "даче" с "особняком", в котором мы не смогли разместиться вчетвером за столом при встрече. Вынуждены были разместиться на лужайке, сидя на земле. За эти встречи с Учителем обкомовские чины (кроме А. С. Дрыгина) делали мне внушения о их нежелательности, ибо мыслили, что через него я пытаюсь получить новую должность в Ленинграде или Москве. Вот так они понимали дружбу ученика с учителем.
Памятник на его могиле был сооружен также с помощью К. А. Глуховского. В начале 21-го столетия он был разрушен вандалами. Объединения "Череповецметаллургхимстрой" как такового уже не существовало. Нам, двум пенсионерам, истинным ученикам Дмитрия Николаевича - Л. И. Бусыгиной и мне, пришлось взяться за восстановление памятника, неоднократно, посещать Санкт-Петербург, добиваясь у кладбищенских властей восстановления надгробия с заменой на новый памятник, выполненный в Череповце. Мы искренне благодарны в решении проблемы губернатору В. Е. Позгалеву и мэру Череповца М. С. Ставровскому. Памятная доска на доме, где жил Дмитрий Николаевич, установлена также при нашей с Людмилой Ивановной инициативе. Объединение и преемники еще работали, но всем было "некогда". Теперь звучит, что эта доска несовременна, требует замены, правильно, сейчас научились делать их богаче, рельефней, так поступили с заменой ее Анатолию Семеновичу Дрыгину. А в Череповце? С уходом на пенсию Дмитрия Николаевича, его юбилеи в 65 и 70 лет остались незамеченными, да и главный его памятник ордена Ленина трест "Череповецметаллургстрой" в его последующих модификациях в 1998 году странно отпраздновал свое 50-летие. Зал торжеств ДК строителей имени Мамлеева был полон, в основном, ветеранами, работавшими в свое время с Дмитрием Николаевичем. Его преемники А. В. Ковальков H. Я. Лущенко не сочли нужным присутствовать на этом торжестве. В результате, руководство объединения никто не представлял. На сцене приветствие, поздравительные адреса, подарки принимал директор ДК "Строитель" и зам. мэра Череповца Волков Валентин Афанасьевич. В результате, торжества для ветеранов прошли со слезами на глазах. Скрасило юбилей открытие памятника Дмитрию Николаевичу, созданного по инициативе и настойчивости бывшего мэра Череповца, губернатора области В. Е.Позгалева, за что мы ему искренне благодарны. К этому юбилею стараниями директора музея строителей Бусыгиной Людмилой Ивановной отснят любительский видеофильм, в котором выступают ветераны стройки с воспоминаниями о Дмитрии Николаевиче Мамлееве: В. В. Бушин, Л. И. Бусыгина, Ю. С. Костерин, А. И. Дубовицкий, В. И. Горин. С гордостью, теплотой и глубокой ностальгией они вспоминают о своем Учителе.
Своей работой я попытался обозначить роль и значение Героя Социалистического Труда управляющего ордена Ленина треста "Череповецметаллургстрой" Д. Н. Мамлеева - выдающегося строителя страны в предвоенные, военные и послевоенные годы, особенно, в восстановлении народного хозяйства в послевоенные годы, его выдающийся вклад в создание народнохозяйственного комплекса северо-западного региона страны, Вологодской области, в воспитании кадров строителей.
6 ноября 2005 года в большом зале Дворца строителей имени Мамлеева собрались отметить столетний юбилей своего Героя-руководителя около 1000 человек. К 15 часам шли и шли люди преклонного возраста. У входа во дворец стояли молодые люди и спрашивали лишний билетик. Но ветераны, на время оставив свои хвори, недуги, занимали места в зале, не уступая свое право отдать дань уважения своему старшему товарищу, учителю. Каждый вспоминал созданные совместно с ним объекты, деля и перенося невзгоды того времени, но всегда побеждая. Мы вспоминали свои встречи с Дмитрием Николаевичем. Все сидящие в зале ветераны могли рассказать о поддержке Дмитрия Николаевича в трудную пору того времени. У каждого из нас невольно наворачивались слезы на глазах - слезы радости, что мы отдаем дань уважения великому руководителю и воспитателю, слезы горечи за разрушенный созданный им многотысячный коллектив строителей, монтажников, признанный лучшим в стране в то время. Конечно, вызвало у нас недоумение отсутствие преемника, теперь вновь жителя Череповца. Более неприятный осадок в наших сердцах вызвало отсутствие руководства области всех рангов, хотя в предыдущий день они присутствовали на дне города и 150-летнем юбилее Милютина.
Мы, ветераны, убеждены, что столетие со дня рождения почетного гражданина города Череповца Дмитрия Николаевича Мамлеева - одна из самых знаменательных дат для города и в целом для области, хотя печатные органы об этом ни одним словом не обмолвились.
Сегодняшнее поколение государственных мужей, строителей-кирпичников без изучения наследия строителей нашего времени - времени Д. Н. Мамлеева могут продержаться в сегодняшнем положении не более пяти-семи лет, т. к. наше наследие без восстановления и нового научного направления продержится только этот период. Промышленные цеха, производства, созданные нами, не вечны, требуют обновления. Пора браться за изучение трудов предшественников, таких как Дмитрий Николаевич Мамлеев. В них есть ответы для сегодняшних хозяйственников и строителей.
Жизнь. Труды
Альбом
 
сро заключение по оптимальной стоимости .Услуги для бизнеса СтройЮрист:8 351 955 03 00