Главная/Наука. Медицина. Техника/Николай Бунаков/Жизнь. Труды
Лапатухин М. С. Н. Ф. Бунаков и его методическая система // Русский язык в школе. - 1974. - № 6.


Лапатухин М. С.


Н. Ф. БУНАКОВ И ЕГО МЕТОДИЧЕСКАЯ СИСТЕМА

I.
В 60-е годы XIX в. среди передовой части учителей-словесников России выделяется группа талантливых, одаренных преподавателей русского языка и литературы, создавшая своей деятельностью целую эпоху в развитии методической теории и практики преподавания родного языка и словесности в средней школе.
Всех их объединяла беспредельная преданность делу народного просвещения и воспитания детей, желание усовершенствовать методику преподавания, стремление подготовить грамотных и культурных людей, способных верно и честно служить своему народу, людей с передовыми общественными взглядами, воспитанных в духе демократических идей В. Г. Белинского, Н. Г. Чернышевского, Н. А. Добролюбова.
Именно к таким прогрессивным деятелям педагогической науки и народного просвещения второй половины XIX века принадлежал замечательный русский учитель-словесник, неутомимый общественный деятель, критик, публицист, Николай Федорович Бунаков (1837-1904).
Обстоятельства материального характера не позволили Н. Ф. Бунакову получить высшее образование, и он после окончания гимназии и сдачи экзамена на право преподавания русского языка и литературы, навсегда связал свою жизнь с благородным педагогическим трудом, которому был предан до конца своих дней.
Мировоззрение Н. Ф Бунакова складывалось под влиянием классиков русской литературы (Пушкина, Лермонтова, Гоголя) и особенно трудов великих революционеров-демократов В. Г. Белинского, Н. Г. Чернышевского, Н. А. Добролюбова1. Этим, собственно говоря, и объясняется тот непримиримый, постоянно воинствующий демократический дух, который всегда сопутствовал каждому шагу педагогической и общественной работы Н. Ф. Бунакова. Именно этим также объясняются гонения и преследования со стороны царского правительства, которым подвергался время от времени замечательный просветитель за "неблагонадежность", за "разлагающее воздействие на молодежь".
Н. Ф. Бунаков был педагогом в самом широком смысле слова: и учителем-словесником для своих учеников, и наставником для многих сотен учителей на протяжении нескольких десятилетий. Свыше тридцати лет, разъезжая из одной губернии в другую, он бессменно организовывал съезды и курсы учителей, руководил ими, пользуясь большим уважением среди своих слушателей. "Учитель учителей" - это определение его деятельности как нельзя более метко и удачно характеризовало благородный труд Н. Ф. Бунакова.
Помимо педагогической и общественной деятельности, Н. Ф. Бунаков уделял много времени литературно-критическому труду. Его перу принадлежит свыше 150 печатных работ по общепедагогическим, методическим, литературно-критическим, историко-краеведческим вопросам. Не без успеха он пробовал свои силы в художественной прозе. Н. Ф. Бунаков также являлся автором свыше десятка учебников и учебных пособий по русскому языку и словесности для начальной и средней школы.
Бросая общий взгляд на весь путь Н. Ф. Бунакова, мы ясно представляем себе великого труженика на ниве народного просвещения, каких было сравнительно немного тогда в России, но деятельность которых оставила заметный :лед в культурном развитии русского народа.

II

1. Свои методические взгляды Н. Ф. Бунаков изложил в многочисленных работах, опубликованных в разное время, главными из которых, на наш взгляд, являются "Школьное дело. Учебный материал, проработанный на учительских съездах, курсах за тридцать лет" (1875, 1886, 1906), "Родной язык как предмет обучения в народной школе" (1872), "Сельская школа и народная жизнь" (1906), "Как я стал и как перестал быть "учителем учителей" (1905) , и др.
Главный и основной принцип всей методической системы Н. Ф. Бунакова состоит в том, чтобы школа учила своих учеников только тому, что им пригодится в жизни. С этой точки зрения он рассматривает весь учебный процесс, в соответствии с этим дает методические рекомендации в преподавании различных аспектов языка. Говоря о первостепенной важности родного языка в образовании детей, он подчеркивает его большое значение для развития мышления детей. Всякое слово, употребляемое школьником, только в том случае явится достоянием его речи, если в сознании ребенка созреет соответствующее понятие как результат его предварительных чувственных ощущений и представлений. Отсюда Н. Ф. Бунаков выдвигает требование, чтобы каждый шаг учебной жизни школьника был процессом осознанным, чтобы каждое слово в речи ученика явилось выражением его зрелой мысли.
Все эти рассуждения приводят Н. Ф. Бунакова к выводу о том, что родному языку должно принадлежать важное место в системе школьного обучения, так как "обучение родному языку совмещает в себе и обучение мышлению, с развитием слова соединяется развитие и укрепление мысли, то есть этот учебный предмет, называемый "родным языком", стоит на первом плане в выполнении коренной задачи школьного дела"2.
2. Н. Ф. Бунаков был сторонником грамматического образования детей в школе.
Разрабатывая программу отечественного языка для начальной школы, он предусматривает в ней и конкретные сведения из элементарной грамматики, сочетая их с орфографическими упражнениями. Знание грамматики, по его мнению, становится тем более необходимым для учащихся средних учебных заведений, где грамматика "устанавливает и известные практические правила для устного и письменного употребления языка, не выдумывая их, не навязывая языку, а основывая на той правильности, последовательности, связанности явлений, которую она раскрывает"3.
Грамматика приобретает в школьном образовании еще большую значимость, если учесть, что она является важным средством развития человеческой мысли.
Каков должен быть объем грамматических сведений в средней школке? В этом вопросе Н. Бунаков полностью разделял точку зрения своих коллег: Л. И. Поливанова. В. П. Шереметевского, и особенно революционеров-демократов Н. Г. Чернышевского, Н. А. Добролюбова. "Нужны только самые существенные черты синтаксиса и этимологии, - советовал он учителям, - без которых невозможно выяснение правильности, существующей в явлениях языка, и которые особенно важны в практическом отношении, как основа сознательной постановки знаков препинания и толкового правописания вообще"4.
О какой грамматике идет речь, когда Н. Ф. Бунаков говорит о ней как о помощнице, способной оказать неоценимую услугу ученику в познании строя родного языка? Конечно, не о формальной грамматике с ее бесконечными правилами я исключениями, с ее парадигмами склонений и спряжений. Задачей этих занятий должно быть изучение живого языка: "Они должны приводить в сознание маленьких учеников, осмысливать то уменье понимать родной язык и пользоваться им, которое им дала жизнь и которое школа должна расширять и развивать главным образом путем чтения и словесных упражнений"5.
Чтобы достичь успешных результатов в обучении грамматике, Н. Ф. Бунаков предусматривал весьма эффективные, на наш взгляд, приемы преподавания. Он предлагал, чтобы ученики под руководством учителя сами выводили правила из примеров, чтобы теория находилась в постоянной связи с практикой, знания подкреплялись бы выбранными учащимися из книг образцовых писателей примерами, чтобы знания грамматических правил не сводились только к заучиванию терминов, а служили средством к созданию устойчивых понятий о конкретных явлениях языка. Он обращал внимание на то, чтобы в изучении грамматических фактов языка соблюдалась строгая систематичность и последовательность (каждое новое явление должно непременно находить связь с пройденным) и чтобы объем грамматических сведений, подлежащих изучению в школе, строго сообразовался с возрастными возможностями учащихся. Наконец, он предупреждал о вреде спешки в изучении теории, ненужной перегрузки памяти учеников деталями и подробностями.
Велика роль наглядности для достижения высоких результатов изучения теории родного языка. Этому дидактическому принципу Н. Ф. Бунаков придавал весьма "важное значение, в особенности на начальной стадии обучения, где наглядность должна употребляться не ради приобретения реальных знаний или достижения каких-либо иных целей, а исключительно как содержание для словесных упражнений - и с детства должен поселять в людях серьезное отношение к языку, злоупотребление которым есть преступление перед человечеством"6.
Для осуществления новых задач, стоящих перед школой, необходимы, по его мнению, и новые методы работы учителя, которые способствовали бы активному и сознательному восприятию учащимися изучаемого грамматического материала. Старая схоластическая грамматика не нуждалась в этих активных методах, она вполне довольствовалась дедуктивным методом, который вкладывал "в головы маленьких учеников эту систему отвлеченных знаний без всякой связи с живым языком, в большинстве знаний сомнительного достоинства, и затем считал свое дело поконченным"7. Напротив, индуктивный метод, по словам Н. Ф. Бунакова, создает такие условия учебных занятий, при которых ученик в процессе усвоения новых фактов языка идет от конкретных, живых образцов родной речи, проводит наблюдения над ними, сравнивает с известными ему фактами, обобщает их и делает достоянием своей собственной речи. Кстати сказать, все это живо перекликается с методическим построением современных школьных учебников. Этой положительной, несомненно, правильной оценкой индуктивного метода Н. Ф. Бунаков не отрицал возможности использования в работе учителя и дедуктивного метода.
Занятия родным языком в новых условиях, по Н. Ф. Бунакову, должны включать решение двух задач: первая из них состоит в том, чтобы изучение грамматики шло не изолированно от других аспектов языка, а всемерно сочетаясь с ними, развивало бы мыслительную способность детей и их речевую практику; вторая - чтобы в школе усваивался сам язык, как "материал и средство для выражения мыслей". Для достижения первой цели учитель пользуется приемом наблюдения учащихся над фактическим материалом, знакомство с которым позволяет им провести обобщения данного грамматического явления и сделать на этом основании выводы.
Во втором случае учитель прибегает к объяснительному чтению и к тем разнообразным письменным упражнениям, которые сопровождают объяснительное чтение в школе 8.
Одним из важнейших условий успешного изучения грамматики в школе является правильное распределение грамматического материала по годам обучения. Н. Ф. Бунаков считал целесообразным разделить изучение курса грамматики на два этапа: элементарный - для начальной школы и систематический - для старших классов гимназии. Такое распределение курса грамматики, по его мнению, вполне отвечает возрастным особенностям детей, их умственному развитию.
3. Положительной оценки заслуживает система письменных упражнений для школы, тщательно разработанная Н. Ф. Бунаковым.
Различного рода письменные изложения, сочинения, деловая переписка, которые проводит учитель в классе, должны непременно преследовать одну очень важную цель - создать у школьников твердые навыки самостоятельного, логичного, правильного изложения мыслей в письменной форме. Поэтому понятны настойчивые требования Н. Ф. Бунакова к учителю, "чтобы дети приучались писать с первого же шага, во-первых, хорошо с внешней стороны, то есть правильно, красиво, четко; во-вторых, сознательно, вполне разумея, что и для чего пишут; в-третьих, грамотно, с первого раза к в продолжение всего учебного курса, привыкав к мысли, что удовлетворительно только грамотное письмо"9.
Итак, какую же систему упражнений предлагал Н. Ф. Бунаков для развития навыков письменной речи учащихся?
1) К элементарным, но весьма полезным и необходимым упражнениям он относил "изложение прочитанного в форме полных ответов на вопросы" 10, вначале охватывающих все подробности рассказа, затем только важные крупные моменты и, наконец, главную мысль произведения. Такая постепенность в работе, по его словам, создает хорошие предпосылки для развития у детей навыков самостоятельного письменного изложения мыслей. На примере басни "Волк и Кот" Н. Ф. Бунаков иллюстрирует четыре возможных варианта письменных изложений: а) задача первой работы состоит в изложении басни во всех подробностях; б) задача второй - в сохранении "существенных подробностей рассказа"; в) третья работа имеет своей целью лишь указание самых главных фактов...; г) четвертая работа "имеет своей целью выразить в обобщенном виде только главную мысль басни"11.
2) Сочинения учащихся, материалом для которых служат статьи научно-публицистического, исторического, географического, естественного содержания. В этом случае "преобладают сочинения, непосредственно связанные с изучением книги для чтения" 12.
3) "Извлечение данных о каком-нибудь предмете или событии из группы прочитанных статей, а также подражание прочитанным статьям" 13.
4) Сочинение по плану, предусматривающему в своем составе главные части -произведения, затем второстепенные части и в заключение подробности описываемых в произведении явлений и фактов.
5) Сочинения самостоятельного творческого характера на тему, данную учителем или выбранную самим учеником.
6) Деловая письменная речь, "удовлетворяющая потребности общежития: письма от себя и по поручению, условия, расписки, обязательства, прошения" 14.
7) Допускаются, по мнению Н. Ф. Бунакова, и собственные творческие рассказы учеников на темы из окружающей жизни, не стесняемые никакими условиями со стороны учителя.
8) Одним из интересных видов письменной речи является переписка учеников с учителем.
Важным условием успешной работы учителя в развитии письменной речи учащихся Н. Ф. Бунаков считал своевременную и тщательную проверку сочинений и исправление их учащимися. В иных случаях полезно проводить обсуждение и исправление письменного сочинения всем классом под руководством учителя.
4. Для достижения грамотного письма Н. Ф. Бунаков рекомендует разнообразные формы письменных работ, не отдавая при этом предпочтения ни одной из них. Каких принципов держался Н. Ф. Бунаков в вопросе методики обучения правописанию в школе? Анализируя его работы, посвященные преподаванию орфографии, нетрудно заметить, что, в отличие от своих коллег, признававших за грамматикой ведущее начало в овладении учащимися грамотным письмом, Н. Ф. Бунаков не придавал ей какого-либо решающего значения, а считал, что "удовлетворительное правописание, без сомнения, не столько дело сознательного применения правил, сколько дело прочных орфографических навыков"15. Таким образом, не знание грамматики определяет в конечном счете успех учащихся в овладении грамотностью, :а прежде всего развитие рукодвигательных восприятий, постоянная тренировка в различного рода письменных упражнениях.
С таким утверждением Н. Ф. Бунакова трудно согласиться. Современная методика русского языка ставит в основу орфографических занятий осознанные действия учащихся, опирающиеся на знание грамматики и поддерживаемые развитием рукодвигательных восприятий.
Руководствуясь принципиальным положением своей орфографической методики, Н. Ф. Бунаков решительно выступает против утилитарного понимания целей преподавания школьного курса русского языка, когда вся деятельность учителя направлена исключительно к решению орфографической задачи. На самом же деле главным и необходимым, по мысли Бунакова, является обучение учеников свободно и самостоятельно пользоваться языком "для письменного изложения своих знаний, наблюдений, мыслей, чувств, желаний"16.
Утверждая, что "удовлетворительно вполне только грамотное письмо" и что орфография должна занять в школьном преподавании родного языка надлежащее ей место, Н. Ф. Бунаков в то же время предупреждал, что нельзя переоценивать ее значение в общем образовании детей. Орфография не должна отодвигать на задний план другие важные знания и уменья, необходимые для развития практической речи.
К орфографическим упражнениям он относил списывание, но с одним условием, если последнее будет "соединяться с работой мысли". Очень ценны в этом отношении списывания с дописыванием незаконченных фраз, списывание с изменением грамматических форм слов прошедшего в настоящее, из первого лица во второе), переписка собственных сочинений или других работ с исправлениями по заданию учителя. Полезны, по его мнению, диктовки, только если они сочетаются с предварительным орфографическим разбором, имеющим целью предупреждать возможные ошибки. Разбор, вначале довольно подробный, постепенно, по мере закрепления навыков грамотного письма у учащихся, следует сокращать, пока совсем не исчезнет в нем необходимость.
Представляют для нас несомненный интерес некоторые детали в проведении диктанта. Н. Ф. Бунаков, например, отрицательно относился к текстам для диктантов, специально подобранным на определенные правила или темы, так как считал, что "такой материал обыкновенно состоит из бессвязных отрывочных фраз и отличается внутренней пустотой, часто неуклюжей формой. Такая диктовка малоплодотворна во всех отношениях"17. Взамен предлагалось вначале использовать для диктовок все произведения, прочитанные и объясненные учителе в классе, и сопровождать такие диктанты предварительным орфографическим разбором, затем брать тексты новые, не знакомые учащими Его предложение, что "хорошо иногда соединять диктант с грамматическим изучением языка... половина урока отдается на письмо, а другая половина на грамматический разбор написанного текста", следует признать полезным и необходимым. Нельзя не согласиться с ним и в вопросе об установлении определенной системы диктантов, расположенной "в известной постепенности, идущей от легкого к более трудному как в содержании диктуемого, так и в приемах производства ее"18.
К видам орфографических упражнений он относил различного рода творческие работы: изложения, сочинения и т. д., считая их наиболее эффективными в достижении успешного результата. "Для школы, - писал он, - важно именно то, чтобы ученик, оставляя школу для жизни, умел свои мысли излагать на бумаге не только связно, последовательно, вразумительно, но и грамотно. Сочинение дает полный отсвет на все эти вопросы"19.
5. Главная цель объяснительного чтения, по Бунакову, - научить ребенка сознательному чтению, "чтобы он придавал словам их истинное значение, чтобы представления его были верны и отчетливы"20, но в то же время не отрицалась и необходимость навыка беглости чтения.
В качестве методических приемов он предлагал повторительное чтение объясненного и совершенно понятного детям текста, соединяемого максимально с наглядным обучением; во-вторых, чтение учителя, на обязанности которого лежит дать ученикам ясное представление о хорошем чтении и его преимуществах; в-третьих, выразительность чтения, когда учитель покажет ученикам все средства, при помощи которых достигается ясность содержания произведения, оригинальность его изобразительных ..средств; наконец, в-четвертых, хоровое чтение. Его цель - привить навыки коллективной декламации произведений.
В один ряд с этими полезными и весьма эффективными приемами объяснительного чтения Н. Ф. Бунаков ставил и заучивание наизусть, значение и преимущества которого в школьном образовании детей он высоко ценил. Однако полезность его во многом зависит, по его мнению, от соблюдения двух условий: от правильного выбора произведения, подлежащего заучиванию, и от предварительного разъяснения и объяснения текста. В первом случае "материал должен представлять собой действительно образцовое произведение по содержанию и форме. Можно избирать для этого, - советует он, - и прозаические отрывки небольшого объема... каковы описания природы Аксакова... Из стихотворений самый лучший материал для этой цели прежде всего Кольцов..."21. Во втором случае произведение должно быть не только предварительно прочитано, объяснено и понято учащимися, но и обязательно должно нравиться им.
Хочется привести еще одну очень важную для нас мысль Н. Ф. Бунакова, не потерявшую своего значения до наших дней. "Мне кажется, - писал он, - что преподавание родного языка, между прочим, должно иметь в виду, чтобы дети приучались уважать слово, т. е. отнюдь не злоупотреблять им, не играть, как вещью дешевой и неважной, привыкли бы в каждом определенном случае пускать в оборот именно столько слов, сколько необходимо употреблять для точного выражения мысли, не прибавляя ничего излишнего"22. Эти замечательные строки критической статьи Н. Ф. Бунакова живо перекликаются с подобной же мыслью К. Ушинского, высказанной им в Руководстве к "Родному слову", ч. 3.
6. В заключение скажем несколько слов об учебниках Н. Ф. Бунакова, но прежде всего о его отношении к учебнику.
Точка зрения И. И. Срезневского и Ф. И. Буслаева на учебник грамматики в начальной школе, очевидно, оказала сильное влияние на Н. Ф. Бунакова, так же как и на В. Шереметевского. Оба они в одинаковой мере выразили свое отрицательное отношение к использованию грамматического руководства в элементарном курсе родного языка, считая более целесообразным иметь на этом этапе обучения задачник с большим количеством упражнений, позволяющих организовать в широких размерах практические занятия учащихся. Учебник же, по их мнению, только сковывает творческую мысль учащихся требованиями заучивать наизусть многочисленные правила и исключения вместо изучения живых форм родной речи.
Несмотря на это, сам Н. Ф. Бунаков предпринял шаги к созданию учебников грамматики русского языка, следуя в их составлении принципу концентрического расположения материала. В самом деле, не противоречил ли себе Н. Ф. Бунаков, когда он, с одной стороны, отрицал необходимость учебника для учащихся младшего концентра, а с другой - напряженно работал в течение пяти лет (1882-1887) над составлением целой серии руководств? Нам думается, такого противоречия не было. Не было потому, что вся система учебных занятий у Н. Ф. Бунакова состояла в том, чтобы "изучение грамматики родного языка шло параллельно и в связи с изучением самого языка, как материала и средства для выражения мыслей. Кроме того, учебник грамматики выполнял в методической системе Н. Ф. Бунакова еще и другую функцию, а именно: "В школе для учащихся он является репетитором, а для учащихся без учителя - самоучителем, заменяющим, насколько это возможно, помощь учителя"23. При таких условиях автор предполагал сделать свой учебник хорошим и верным помощником детей в их учебной жизни.
Опубликованный им "Концентрический учебник русской грамматики" состоял из четырех курсов: в первых трех из них материал располагался концентрическими кругами, взаимно связанными между собой, а четвертый, заключительный курс, в отличие от первых трех, представлял собой систематическое изложение всей грамматики: фонетики, этимологии и синтаксиса (первый курс - 1872, второй курс - 1873, третий и четвертый курсы - 1877).
Такое построение учебника автор мотивировал следующими положениями: а) учебник должен постепенно и последовательно вести учеников от элементарных грамматических знаний к усвоению полного курса грамматики в системе; б) он должен иметь в виду возраст и естественное развитие детей; в) "первые три курса должны представлять собой разборы целесообразно выбранного материала, приводящие к известным выводам, как репетиции классной работы, с образцами грамматических упражнений и с задачами для письменного или устного разрешения по назначению преподавателя..."24.
Вслед за Ф. Буслаевым и другими виднейшими методистами Н. Ф. Бунаков также построил свои концентрические курсы грамматики, начиная их изложение с синтаксических категорий, предложения и его составных частей, переходя затем к описанию частей речи и их признаков. Обращает на себя внимание продуманная автором методика изложения грамматического материала: все правила и определения в первых трех курсах выводятся из примеров: в целях закрепления изучаемого материала даются образцы грамматического разбора, а для самостоятельной работы учащихся в учебнике предлагаются задачи. В четвертом же курсе материал дается в строгой системе, очень кратко, без всяких комментариев и каждое правило подтверждается примерами. Здесь уже нет упражнений для самостоятельной работы, но зато в конце книги прилагаются связные тексты для наблюдений над грамматическими явлениями языка.
Как же были восприняты педагогической общественностью четыре части "Концентрического учебника"? Судя по отзывам, опубликованным в периодической печати, учебники были оценены в общем положительно и поставлены в ряд лучших руководств того времени. Так, в "Систематическом обзоре русской народно-учебной литературы" мы читаем: "По простоте и ясности и строгой систематичности изложения, а также по обилию примеров и задач книжки могут быть не только пособием при повторении пройденного, но до некоторой степени и самоучителем также и для взрослых и составляют вместе с книгой Ушинского "Родное слово" год , третий основу курса двухклассных народных школ"25.
Очень высокую оценку этому учебнику дает журнал "Народная школа". "Мысль дать по родному языку в меньшем классе только самое необходимое для правильной речи познания, а подробности отложить до большей возможности сообщить их, - писал рецензент Ф. Резенер, - мысль, действительно, прекрасная. И в учебнике Бунакова она выполнена умно и дельно... Все почти уроки в этой книге Бунакова подробно очерчены, осторожно договорены, и один за другим в надлежащем порядке и логической связи"26.
Сравнивая "Концентрический учебник" с другими грамматическими руководствами, опубликованными в 60-70-е годы, мы склонны поставить его выше многих из них, отметив несомненные достоинства пособия Н. Ф. Бунакова и в расположении грамматического материала, и в учете возрастных особенностей детей, и в подборе образцовых примеров для иллюстрации грамматических явлений, и, наконец, в уменье четко, просто и ясно изложить учебный материал. Но нельзя в то же время не признать, что концентрические круги до своему содержанию не во всех случаях соотносительны друг с другом и поэтому нет в них единой последовательной линии развития грамматических явлений родного языка. Не соблюдена единая система расположения грамматического материала внутри каждого концентра. Все это дало повод для справедливого упрека в известной непоследовательности и несоразмерности, которые допустил Н. Ф. Бунаков при изложении грамматического материала.
Николай Федорович Бунаков по праву принадлежал к выдающимся деятелям народного просвещения второй половины XIX в. Своими сочинениями он внес огромный вклад в теорию русской педагогики, а непосредственным личным участием в школьной жизни содействовал повышению качества преподавания учебных предметов и прежде всего родного языка.
Анализируя методическое наследие Н. Ф. Бунакова в области преподавания родного языка, мы должны подчеркнуть его прогрессивный характер и не допустим ошибки, если скажем, что подавляющее большинство его методических рекомендаций сохраняет свою силу для современной школы и может быть с успехом использовано учителем русского языка в своей повседневной практической работе. Знакомство же с такими его книгами, как "Моя жизнь в связи с общерусской жизнью", "Как я стал и как я перестал быть "учителем учителей", доставит, удовлетворение любому учителю советской школы

1 Вот некоторые факты, свидетельствующие большом влиянии Чернышевского и Добролюбова на мировоззрение Бунакова. Вспоминая своем учительстве в уездном городе Тотьме, он писал: "Замечательно, что в библиотеке училища я нашел даже знаменитую магистерскую диссертацию Н. Г, Чернышевского "Об эстетических отношениях искусства к действительности". Не знаю, как она сюда попала, но я прочитал ее с увлечением, и много дум зародила она в моей голове" (Бунаков Н. Ф. Моя жизнь в связи с общерусской жизнью. Спб., 1909, с. 32). А вот что мы читаем о Добролюбове: "В это время глубокое огорчение произвела на меня преждевременная смерть Н. А. Добролюбова, статьи которого были любимым чтением всей тогдашней молодежи... Как все любили этого молодого, много обещающего впереди писателя... Я лично никогда и никого не оплакивал так горько, как Добролюбова, с именем которого в моей душе рисовался самый светлый идеал человека, отдавшего свою жизнь на служение родному народу" (там же, с. 57).
2 Бунаков Н. Ф. Родной язык. Изд. 3-е. Спб., 1878, с. 3.
3 Там же, с. 146.
4 Там же.
5 Бунаков Н. Ф. Школьное дело, Спб., 1886, с. 173.
6 Филологические записки". Вып. IV-V, 1886, с. 68.
7 Бунаков Н. Ф. Школьное дело, с. 173.
8 Все эти теоретические положения Н. Ф. Бунакова были не плодом отвлеченных раздумий, а результатом творческой деятельности на педагогическом поприще. Уместно привести данном случае отрывок из его автобиографической повести. "Перейдя в гимназию, - вспоминал он, - я уже всей душой отдался учительству, как делу любимому. Я старательно обдумывал каждый урок, вел дело основательно с огоньком. В основу занятий я положил не заучивание учебника грамматики, а чтение и словесные упражнения, устные и письменные. Главным предметом изучения был живой язык, изучая который ученики знакомились и с грамматикой его без всякого учебника, т. е. не грамматикой схематической, навязанной языку извне, претендующей регламентировать живое слово по отвлеченному шаблону, а с той грамматикой, которая вырабатывается в самом языке его свободным и естественным ростом и развитием" (Бунаков Н. Ф. Моя жизнь связи с общерусской жизнью. Спб., 1909, с. 5).
9 Бунаков Н. Ф. Родной язык, с. 128.
10 Там же, с. 137.
11 Там же, с. 140 (цитируется в сокращении).
12 Бунаков Н. Ф. Школьное дело, с. 185.
13 Там же.
14 Там же.
15 Там ж е, с. 178. .
16 Та м же, с. 184.
17 Там же, с. 183.
18 Там ж е, с. 141.
19 Там же, с. 144.
20 Бунаков Н. Ф. Родной язык, с. 85.
21 Там же, с. 125-126.
22 "Филологические записки". Вып. IV-V. 1866, с. 66.
23 Бунаков Н. Ф. Концентрический учебник русской грамматики. Курс первый, Спб., 1875, с. 6.
24 Там же, с. 5-6.
25 "Систематический обзор русской народно-учебной литературы". Спб., 1878, с. 193.
26 Резенер Ф. Педагогические труды Н. Бунакова. - "Народная школа", 1881, № 6-7, с. 62-63.

Лапатухин М. С. Н. Ф. Бунаков и его методическая система : (к 70-летию со дня смерти) // Русский язык в школе. - 1974. - № 6. - С. 51-56.
Сочинения
Жизнь. Труды
Альбом
 
Купить букет цветов доставка www.flowerty.ru.