Остерман (Генрих-Иоганн или Андрей  Иванович)  -  знаменитый  русский
дипломат (1686
   - 1747). Родился в семье пастора, в мет. Бокуме, в Вестфалии,  учился
в Иенском унив., но из-за дуэли должен был бежать в Амстердам, оттуда  с
адмиралом Крюйсом приехал,  в  1704  г.,  в  Россию.  Быстро  выучившись
русскому  языку,  О.  приобрел  доверие  Петра  и  в  1707  г.  был  уже
переводчиком посольского приказа, а в 1710 г.
   - его секретарем. В 1711 г. О.,  которого  русские  называли  Андреем
Ивановичем, сопровождал Петра в прутском походе; в 1713 г. участвовал  в
переговорах с шведскими уполномоченными; в 1721  г.  добился,  вместе  с
Брюсом, заключения ништадтского мира, за что был  возведен  в  баронское
достоинство. Ему же принадлежит и заключение в  1723  г.  выгодного  для
России  торгового  договора   с   Персией,   доставившего   ему   звание
вице-президента коллегии иностранных дел. Он был  постоянным  советником
Петра I и в делах внутреннего управления: по  его  указаниям  составлена
"табель о рангах", преобразована  коллегия  иностранных  дел  и  сделано
много других нововведений. С вступлением на престол Екатерины I, О., как
сторонник императрицы и Меншикова, назначается  вице-канцлером,  главным
начальником  над  почтами,   президентом   коммерц-коллегии   и   членом
верховного тайного совета. Выбранный в воспитатели Петра II, на котором,
однако, мало имел влияния, он  остался,  после  удаления  Меншикова,  во
главе управления. Уклонившись в 1730  г.,  в  силу  своего  иностранного
происхождения и болезни ног, от участия в замыслах верховников и даже не
подписавшись под "кондициями", О. примкнул к шляхетству, стал, вместе  с
Феофаном  Прокоповичем,  во  главе  партии,  враждебной  верховникам,  и
переписывался с Анной Иоанновной,  давая  ей  совет.  С  вступлением  на
престол Анны Иоанновны, наградившей О. графским достоинством (1730), для
него открывается обширнейшее  поприще  деятельности.  Будучи  главным  и
единственным вершителем дел внешних, он  являлся  для  Бирона  и  лучшим
советником во всех серьезных делах по внутреннему управлению.  По  мысли
О. был учрежден кабинет министров, в котором вся инициатива принадлежала
ему и его мнения почти  всегда  одерживали  верх,  так  что  О.  всецело
следует приписать тогдашние  действия  кабинета:  сокращение  дворянской
службы, уменьшение податей, меры к развитию торговли,  промышленности  и
грамотности, улучшение судебной и финансовой частей и мн. др. Им же были
улажены вопросы голштинский и персидский и заключены торговые договоры с
Англией и Голландией. Он  был  против  разорительной  войны  с  турками,
закончившейся заключенным им белградским миром.  При  Анне  Леопольдовне
О., сохраняя прежние звания и обязанности, был сделан ген.  адмиралом  и
после удаления Миниха оставался во главе  правления.  Через  шпионов  он
знал о заговоре сторонников Елизаветы Петровны, но  его  предостережения
были оставлены правительницей без внимания. После воцарения Елизаветы О.
был арестован и  предан  суду.  Следственная  комиссия  взвела  на  него
множество разных обвинений: подписав духовное завещание  Екатерины  I  и
присягнув исполнить его, он изменил присяге; после  смерти  Петра  II  и
Анны Иоанновны устранил Елизавету Петровну от престола; сочинил манифест
о  назначении  наследником  престола  принца   Иоанна   Брауншвейгского;
советовал  Анне  Леопольдовне  выдать  Елизавету   Петровну   замуж   за
иностранного   "убогого"   принца;   раздавал   государственные    места
чужестранцам и преследовал русских;  делал  Елизавете  Петровне  "разные
оскорбления" и т. п. За все это он  был  приговорен  к  колесованию,  но
императрица заменила эту казнь вечным заточением в Березове, где  О.,  с
женой, и прожил пять лет, никуда не выходя и никого не  принимая,  кроме
пастора, и постоянно страдая от подагры. Сдержанный, последовательный  и
трудолюбивый, О. ничем не был связан с Россией и смотрел на нее, как  на
арену для своего честолюбия, но не был корыстолюбив и не  запятнал  себя
казнокрадством. К русскому народу он относился свысока  и,  как  человек
худородный, презирал родовитых людей, пользуясь ими для своих  целей.  В
виду его "политики" действовать через других и за спиной  других  А.  П.
Волынский считал  его  за  человека,  "производящего  себя  дьявольскими
каналами и не изъясняющего ничего прямо, а выговаривающего  все  темными
сторонами". В деятельности по внешнему  управлению  О.  строго  следовал
начертаниям Петра. Фридрих II, в  своих  "Записках",  характеризует  его
так: "искусный кормчий, он в эпоху переворотов самых бурных верною рукою
управлял кормилом империи, являясь  осторожным  и  отважным,  смотря  по
обстоятельствам, и знал Россию, как Верней - человеческое тело". Ср.  С.
Шубинский,  "Гр.  А.  И.  Остерман",  биографический  очерк   ("Северное
Сияние",  1863,  т.  II);  Корсаков,  "Воцарение  Анны  Иоанновны";   П.
Каратыгин, "Семейные отношения Остермана" ("Исторический Вестник", 1884,
№9); "Древняя и Новая Россия" (1876,  т.  1,.  №3;  прошение  и  явочное
челобитье Остермана 1711 г.); "Сборник Отделения pусск.  языка  и  слов.
Имп. Акд. наук", т.  IX  (перевод  с  записки  гр.  А.  И.  Остермана  о
переговорах,  веденных  с  гр.  М.  Головиным  и  другими   лицами,   об
утверждении наследования  российским  престолом  в  потомстве  принцессы
Брауншвейг-Люнебургской Анны Леопольдовны); Ал. Ск., "Генерал-адмирал А.
И. Остерман"  ("Морской  Сборник",  1857,  ч.  XXX);  Гельбиг,  "Pyccкие
избранники и случайные люди в XVIII в. ("Русская Старина", 1886, № 4).
   В. P - в.