Ода (от греч. wdh, сокращение от aoidh, песнь) - принадлежит  к  роду
так наз. хоровой лирики, развившейся преимущественно у дорийцев.  Лирика
этого рода исполнялась танцующим хором, под аккомпанемент флейт  и  лир,
на общественных празднествах, преимущественно в  честь  богов.  О.  была
предназначена для большого круга слушателей  и  должна  была  отличаться
серьезным содержанием, объективностью, торжественным тоном;  в  этом  ее
отличие от эолийской лирики, выражавшей  более  субъективные  настроения
поэта и рассчитанной на интимный  круг  почитателей.  Дорическая  лирика
отличалась от эолийской и формою: вместо коротких, куплетных  строф  она
создала строфы величавые, длинные, из которых каждая распадалась на  три
части (строфу, антистрофу и эпод: первые две  слагались  из  одинакового
числа стихов, а эпод был короче), соответственно движению  хора  вправо,
движению влево и остановке,  после  которой  движение  возобновлялось  с
новой строфы. Содержанием О.  были  Бог,  религия,  природа,  искусство,
истина, отечество и тому подобные, обязательно  грандиозные  сюжеты.  По
своему содержанию О. распадалась на  собственно  О.,  гимн  и  дифирамб.
Несомненно, что древнегреческая  О.  создалась  под  влиянием  восточной
цивилизации. О. в виде гимна, славословящего божество - излюбленный  род
древнееврейской поэзии (Давидовы  псалмы  в  Псалтири,  песнь  Моисея  в
Исходе, гл. 15, гимн Деворы в Книге Судей Израильских, гл. 5 и  т.  д.).
Греческая ода, в тесном смысле слова, предполагала, в отличие от гимна и
дифирамба, известную долю рассудочного,  дидактического  и  философского
элемента, хотя и не может быть отнесена  к  роду  дидактической  поэзии.
Лучшими одописцами древней  Эллады  считаются:  эолиец  Алкей,  наиболее
известный своими патриотическими О., воспевающими храбрость, ненависть к
тираннии, прелести свободы, горе изгнания; дориец Алкман, прославившийся
своими "парфениями" (песнями для девичьих хоров) религиозно-чувственного
содержания  и  хоровыми  песнями,  посвященными  политическим  событиям;
иониец  Симонид,  писавшим  хвалебные  песни  в  честь  победителей   на
общественных играх (эпиникии). Высшее  развитие  эти  песни  получили  у
Пиндара (VI в. до Р. Хр.), соединившего  в  себе  серьезность  дорийской
поэзии с образностью  эолийской  и  грацией  ионийской  школы.  Гимны  и
дифирамбы существовали и в древнейшей народной латинской поэзии, в  виде
жреческих  песен  (песни  Арвальских  братьев,  жрецов  Салиев),  но  не
получили  литературного  развития,  так  как   вся   лирическая   поэзия
последующего времени  подражает  греческим  образцам.  Пиндару  подражал
Гораций, в наиболее торжественных из своих О. и в своей "Песне столетию"
(Carmen Saeculare); О. эпикурейского характера, составляющие в  сборнике
Горация большинство, вызваны  подражаниями  Алкею,  Сапфо,  Анакреону  и
выходят за пределы понятия О. в тесном смысле слова. Форма Горациевых О.
не столь строга и  величава,  как  у  Пиндара;  его  строфа  обыкновенно
четверостишная (Фету  было  удобно  переводить  эти  О.  четверостишными
куплетами);  он  пользовался,  большею  частью,   короткой   строфой   -
алкаической,  сапфической   и   асклепиадской.   С   эпохой   Ренессанса
возродилась и О.; виднейшим представителем О. в Италии в XVI - XVII  вв.
был  Киабрера,  бросивший  форму  сонета,  излюбленную   последователями
Петрарки, и вернувшийся к строфообразному построению  лирики;  образцами
его были Пиндар и Гораций, и он стал  основателем  школы  "пиндаристов".
Насадителем латинской О. во Франции явился в XVI в.  Ронсар  с  друзьями
(так наз. "Плеядой"), сочинявший О. "горациевские",  "анакреонтические",
"пиндарические" и т. п. И Kиабpepa,  и  Ронсар  пользовались  элементами
народности: Kиабpepa нашел  "строфу"  в  народно-итальянских  песнях,  а
Гонсар  мог  найти  задатки  оды  в  отголосках  творчества  трубадуров,
создавших торжественную политическую песню (например на крестовые походы
- chanson  d'outree).  В  Англии,  где  особенным  расположением  народа
пользовалась лирикоэпическая песня,  воспевавшая  подвиги  Робина  Гуда,
героическая О. возрождения получила  право  на  существование  благодаря
поэтам XVII в. Коули и в особенности Драидену. написавшему знаменитую О.
в прославление патронессы музыки,  св.  Цецилии  -  "Alexander's  feast"
(положена на музыку Генделем). В XVIII в. О. получила  особенно  сильное
развитие во всей европейской литературе, после того как авторитет  Буало
возвел подражание древнеримским формам и родам на степень высшего идеала
поэзии. Поэтические образчики придворной, льстивой О. дал еще в XVII  в.
Малерб, воспевающий  Людовика  XIII,  Ришелье  и  знатных  гостей  отеля
Рамбулье;  ему  случалось  целый  год  трудиться  над  одной  О.,  чтобы
достигнуть  ясности,  точности  и  виртуозности  стиха.  Подражателей  у
Малерба было очень много;  из  них  более  известен  Жан  Батист  Руссо.
Клопшток  идеализировал  упавшую  было,  О.,  наполнил  ее   религиозным
содержанием и усердно культивировал ее в  Германии.  В  зап.-европейской
лирической поэзии XIX в. О. уже не играет  видной  роли;  она  оттеснена
более мелкими и  популярными  "песенными"  формами  романтиков.  Великие
лирические поэты,  совмещавшие  в  себе  энтузиазм  и  силу  фантазии  с
философским образованием, прибегали, тем не  менее,  к  О.,  хотя  и  не
держались ее традиционных метрических форм; таким образом  О.  писали  в
Германии - Гёте, в Англии - Шелли, во Франции - Виктор Гюго, в Италии  -
Манцони и т. д. Многие  из  этих  одописцев,  как  романтики,  тщательно
избегают устарелого "псевдоклассического"  слова  "О.".  Масса  новейших
стихотворении на случай" носят характер и строфообразное строение О. - В
русской народной поэзии характером  О.  отличаются  так  наз.  "духовные
стихи" или старческие песни - поэтические думы народа о высших  вопросах
жизни, а также часть обрядных песен, поскольку  они  касаются  языческих
божеств, часть хороводных (песня Царь слава": "Слава Богу на небе" и  т.
д.  может  служить  хорошим  примером  народной  О.).   Первые   попытки
искусственной О. принадлежат Кантемиру; на манер  западноевропейской  О.
написаны  его  "песни"  (напр.  песня  "В  похвалу   наук",   изложенная
шестистишными строфами). В более торжественном тоне (строфами по  десяти
стихов),  с  применением  всего   излюбленного   одописцами   XVIII   в.
мифологического арсенала метафор и уподоблении,  написана  Третьяковским
"Ода торжественная о сдаче города Гданьска, 1734" (на  взятие  Данцига);
стих в ней (тоничесый 4-стопный хорей) правильнее  силлабических  виршей
Кантемира, во содержание представляет собою лишь перепевы мотивов  Буало
и Малерба. Первыми вполне литературными  по  форме  и  оригинальными  по
содержанию   русскими   О.   были   О.   Ломоносова,   в   которых,    с
непосредственностью и живостью только что  пробудившегося  литературного
гения, выражается патриотический энтузиазм  (О.  в  которых  воспевается
Петр Вел.) или религиозно-философский пафос (О. на тему из  книги  Иова,
начинающаяся словами: "О ты, что в горести  напрасно  на  Бога  ропщешь,
человек!). Новую и высшую стадию  в  развитии  русской  О.  представляет
собою поэтическая деятельность Державина, внесшего в содержание своей О.
необычайное  разнообразие:  ему  одинаково  удавался   и   простодушный,
задушевный тон реалистической О. ("Фелица", в которой Державин  подражал
Горацию); и пиндарический пафос, в  соединении  с  деистическими  идеями
новой философии ("Бог"), и О.  описательная  ("Водопад"),  и  О.  сатира
("Властителям и судьям"). Державинская О. "Бог" может считаться едва  ли
не знаменитейшим из всех европейских произведений в этом роде: она  была
переведена  на  множество  языков.  Державинский  тип  О.  надолго  стал
руководящею нормою; влияние ее  на  литературу  продолжается  до  самого
Пушкина.  Пушкин  новыми  формами  романтической  поэзии  и  всем  своим
художественным реализмом окончательно вывел из моды старую  О.  насмешки
над которой  начинаются  уже  со  времен  И.  И.  Дмитриева,  осмеявшего
одописцев в "Чужом толке".
   Вс. Ч.