Диссиденты (в Польше). - Слово это  появилось  в  Польше  в  XVI  в.,
вместе с реформацией, и пережило несколько значений. При первых  быстрых
успехах реформации среди  шляхетского  населения,  католической  церкви,
казалось, приходилось заботиться не об удержании за собою  господства  в
государстве, а только о равноправности с новыми вероисповеданиями. Тогда
епископ куявский Карнковский выступил с предложением  полного  равенства
всех христианских вероисповеданий, при чем, однако, сохранялись  бы  все
прерогативы и права епископов, а великий  коронный  маршалок  Фирлей,  с
своей стороны, предлагал установить мир между разнящимися в религии (pax
inter dissidentes de religione). Именем диссидентов охватывались,  таким
образом,   последователи   всех   христианских   исповеданий,    которые
существовали в тогдашней Польше. Предложение Фирлея было осуществлено на
конвокационном сейме 1573 г., в акте так назыв.  варшавской  генеральной
конфедерации. Но этот акт был результатом не столько действительной силы
протестантов и православных, сколько иного, политического процесса, лишь
внешним образом связанного с религией - именно борьбы шляхты с королем и
ревнивой охраны ею своих привилегий, к которым она  причисляла  тогда  и
свободу вероисповедания. Благодаря  этому  многие  католики  если  и  не
отстаивали протестантов,  то,  по  крайней  мере,  не  хотели  дозволять
королевской власти преследовать их и чрез  это,  может  быть,  увеличить
свою силу. Между тем, представители враждебных  католицизму  исповеданий
не сумели воспользоваться благоприятным временем и соединить  свои  силы
для борьбы. Ни союз протестантов с православными, о котором мечтали было
первое время, ни соединение в одно целое различных протестантских общин,
бывшее предметом долгих споров на съездах протестантов,  не  состоялись.
Среди протестантов  господствовали  несогласия  и  раздоры,  и  этим  не
замедлили воспользоваться растерявшиеся было в  первую  минуту  польские
католические иерархи, при деятельной помощи со  стороны  римской  курии,
представителем которой при дворе польского  короля  явился  в  эту  пору
нунций Коммендоне.  Уже  варшавскую  генеральную  конфедерацию  из  всех
епископов согласился подписать только один,  а  чем  дальше,  тем  яснее
становился перевес, бывший на стороне  католиков.  На  конфедерациях  во
время безкоролевья по смерти  Сигизмунда  III  повторено  было  обещание
религиозного мира; но на этот раз оно уже не носило характера  взаимного
договора равносильных партий, а католики обещали безопасность и мир Д. -
православным и протестантам.  Слово  Д.  стало  обозначать  уже  не  все
население,  а  только  часть  его,  в  противоположность  другой,  более
многочисленной. Еще ранее значение этого слова  сузилось  иным  образом:
после брестской унии 1596 г. не принявших ее православных в Польше стали
называть дизунитами и название Д.  осталось  только  за  последователями
протестантского исповедания. Не особенно прочными оказались те  обещания
равенства и  безопасности,  какие  давались  им  со  стороны  католиков:
польские иерархи, при помощи сперва специальных посланцев римской курии,
а затем особенно ордена иезуитов, успели  разжечь  религиозный  фанатизм
катол. шляхты. Период религиозной  свободы  в  Речи  Посполитой  так  же
быстро окончился, как быстро и  неожиданно  наступил.  Уже  в  правление
Сигизмунда III католическая реакция приняла очень внушительные размеры и
права Д. стали подвергаться весьма существенным  ограничениям.  Согласно
распоряжению короля, все церкви в королевских  городах,  некогда  бывшие
католическими, а  затем  переданные  Д.,  должны  были  быть  возвращены
католикам, даже в таких местностях, где последних почти не было; рядом с
этим лишь очень скупо давались Д. разрешения на постройку новых церквей.
В промежуток времени 1632- 1674 гг. на конфедерациях,  происходивших  во
время безкоролевий, Д.  совсем  была  воспрещена  постройка  молитвенных
домов во всех королевских городах; им оставалось пользоваться для  целей
богослужения частными домами или строить свои церкви в  имениях  частных
лиц. По мере того, как шла вперед иезуитская пропаганда и один за другим
отпадали от протестантизма принявшие  было  его  знатные  роды  польских
магнатов, все резче и настойчивее становились меры, направленные  против
Д. В течение  XVII  стол.  постепенно  подвергнуты  были  ограничению  и
религиозные, и гражданские права  их:  шляхтичи  Д.  лишены  были  права
держать при себе проповедников своей веры, и у  них  отнято  было  право
занимать государственные должности. Конституция 1717 г. лишила Д.  права
заседать в сейме, комиссиях  и  трибуналах  и  запретила  им  составлять
конфедерации для  преследования  своих  религиозных  целей;  в  1719  г.
посол-лютеранин был удален  из  сейма.  Лишенные  возможности  принимать
деятельное участие в государственной жизни Речи Посполитой, стесненные в
отправлении своих религиозных обрядов, принужденные в некоторых вопросах
церковной практики подчиняться решениям католического духовенства  (как,
напр.; в деле браков, по отношению к которым  государственные  чиновники
руководились исключительно каноническими правилами католической церкви),
занимая  униженное  положение  перед  католиками,  Д.   не   могли   уже
рассчитывать с  полной  вероятностью  на  спокойное  пользование  своими
имениями и даже на личную безопасность. Несмотря на то, что  конституция
1717 г. обеспечивала им неприкосновенность их имений и  равенство  перед
судом, в  практике  повседневной  жизни  и  эти  обещания  закона  часто
оставались мертвой буквой. В том положены,  в  каком  находились  теперь
диссиденты, им трудно было отстаивать  свои  права.  Не  раз,  пользуясь
этим,  нафанатизированная   иезуитами   чернь   безнаказанно   совершала
нападения на Д., грабила их церкви и дома  и  убивала  их  самих.  Такое
отношение польского законодательства  к  Д.  достигло  своего  апогея  в
конфедерации и pacta conventa 1733 г., по которым у Д. отняты  были  все
почти  гражданские  права  и  за  переход  из  католической  религии   в
какую-либо другую угрожал изгнанием из государства. Но и вообще  для  Д.
право пребывания в Польше  могло  представляться  не  особенно  прочным,
после того как сейм в 1658 г. постановил  изгнать  из  Польши  социниан,
или, как они назывались в Польше, ариан, дав им два года  на  устройство
их дел, и это изгнание действительно состоялось, хотя и несколько  позже
назначенного срока. В руках Д. оставалось еще одно средство  для  защиты
своих прав, хотя и считавшееся незаконным, но, благодаря быстро  шедшему
вперед разложении польского государственного организма, практиковавшееся
в течение XVII и  XVIII  вв.  всеми  польскими  партиями  -  обращено  к
иностранным державам; к нему они и прибегли, а для этих держав, особенно
для России, дело польских Д. сделалось орудием подчинения Польши  своему
влиянию и власти. После избрания на польский престол Станислава  Августа
Понятовского и отказа его дядей Чарторыйских побудить сейм к  заключению
союза с Россией, послы русский, прусский, английский, шведский и датский
представили польскому двору настойчивые ходатайства за Д.  (понимая  под
этим именем и православных), а когда польское  правительство  отказалось
принять их во внимание, стараниями русского посла Репнина была  устроена
радомская конфедерация, которой, с помощью русских войск, навязали те же
ходатайства. Сейм был вынужден в 1768  г.  принять  варшавский  договор,
согласно которому Д. получали право свободного  отправления  религиозных
обрядов и право  назначения  на  все  должности,  исключая  королевского
достоинства. При смешанных браках сыновья должны были принимать  религию
отца, а дочери - религию матери. Вспышка религиозного фанатизма польской
шляхты, породившая  барскую  конфедерацию,  привела  к  первому  разделу
Польши. Права Д. в  сохранившейся  части  Польши  были  опять  несколько
сокращены:  они  не  могли  занимать  мест  министров  и  сенаторов,   в
посольской избе  не  могло  быть  более  3  Д.;  точно  также  несколько
ограничены были и права Д. по отношению к постройке церквей, отправлению
богослужения, употреблению колоколов и т. д. С этими правами  дожили  Д.
до уничтожения Речи Посполитой, одною  из  видных  причин  которого  они
послужили. См. Кареев, "Очерк реформационного движения в Польше" (1887);
Любович, "История реформации в Польше. Кальвинисты и  антитринитарии"  и
"Начало католической реакции  и  упадок  реформации  в  Польше"  (1890);
Жукович, "Кардинал Гозий" (1883).
   М - н.