Демокрит из Абдер (род. около 470, ум. около 380 до Р. Хр.)  обучался
философии у Левкиппа, о котором не сохранилось почти  никаких  сведений.
Путешествовал для пополнения образования  в  течение  пяти  лет;  был  в
Египте, Персии; в Афинах был недолго. Пользовался  уважением  сограждан.
Аристотель упоминает о нем тоже всегда с уважением. По разностороннему и
обширному  знанию  в  Д.  можно   видеть   предшественника   Аристотеля.
Подробности его биографии неизвестны. До нас дошли значительные  отрывки
его соч. физического и нравственного содержания; они собраны Муллахом  в
его I томе "Fragmenta philosophorum  gr.".  Д.  -  основатель  атомизма,
возникшего  главным  образом  под  влиянием  философии  элеатов.  Элеаты
отрицали множественность и  движение,  ибо  они  немыслимы  без  пустого
пространства. Левкипп и Д., признавая явления, т. е.  множественность  и
движение, должны были признать реальность  и  небытие,  т.  е.  пустоты.
Бытие не  едино,  а  состоит  из  бесчисленного  множества  неделимых  и
незримых  тел,  атомов,  движущихся  в  пространстве.  Возникновение   и
уничтожение есть не что иное,  как  соединение  и  разъединение  атомов;
следовательно, строго говоря,  нет  ни  возникновения,  ни  уничтожения;
бытие вечно, а множественность  его  происходит  от  того,  что  пустота
разделяет бытие  на  незримые  частички.  Атомы  определяются  Д.  всеми
атрибутами, которые элеаты  приписывали  бытию:  они  вечны,  т.  е.  не
возникли и не уничтожатся; они вполне заполняют собой  пространство,  т.
е. в самом атоме нет уже пустоты; они неделимы, а потому и  неизменяемы;
они просты и однородны по  составу  -  следовательно,  все  их  различие
сводится  к  количественным  моментам,  а  качественных  различий   нет.
Количественные  различия  могут  быть  троякие:  по  форме,  величине  и
распорядку. По форме атомы бесконечно  разнообразны.  Различие  величины
определяет различие веса, который прямо пропорционален величине.  Пустое
пространство безгранично; оно охватывает атомы, разделяет их и  образует
конечные предметы. Возникновение  и  уничтожение  предметов  объясняется
чисто механически, равно как и взаимодействие их; оно сводится к  толчку
и давлению. Действие на расстоянии атомистика объясняет  истечениями.  В
предметах Д. различал  первичные  качества  от  вторичных,  субъективных
(напр. тепло и холод). Любопытно, что Теофраст делает Д. по поводу этого
различения почти те же возражения,  какие  Беркли  делал  Локку.  Атомы,
находясь в безграничном пространстве, должны, благодаря  своей  тяжести,
вечно падать (под  тяжестью  древние  разумели  свойство  тела,  в  силу
которого оно по необходимости падает вниз, ежели к тому нет механических
препятствий). Падение  это  совершается  по  отвесной  линии.  От  этого
первоначального движения Д. отличает другое, происходящее от  того,  что
атомы, различные по величине и, следовательно, весу, падают с  различной
скоростью  (ошибочность  этого   допущения   указал   уже   Аристотель),
следовательно нагоняют друг друга и, благодаря толчкам, должны  вызывать
вращательное  движение  некоторых  атомных   масс.   Этим   вращательным
движением образуются конечные предметы, а именно шарообразные  тела,  т.
е. миры. Атомы в различных местах  безграничного  пространства  образуют
несчетное  множество  разнообразных  миров.  Эти  миры  не  вечны;   они
образовались соединением  атомов,  разъединение  атомов  их  уничтожает;
последнее может случиться путем столкновения большей мировой  системы  с
меньшей. Атомы, при образовании мировой  системы,  подлежат  неизменному
механическому порядку и подчинены тому, что с необходимостью проистекает
из их свойств. Все  в  мире  совершается  с  необходимостью;  нет  места
случайности. При вращательном движении атомов в центре  оказались  более
тяжелые, из которых образуется земля, на  периферии  -  те,  из  которых
образовались небо, огонь  и  воздух.  Ветер  своим  напором  выдавливает
легчайшие   частички,   которые   и   образуют   воду.   Астрономические
представления Д. не очень возвышаются над общепринятыми в  его  время  в
Греции и значительно уступают пифагорейским; кажется, что Анаксагор имел
значительное   влияние   на   астрономические   теории   атомистов.   Д.
рассматривал органическую природу, и  в  особенности  человека,  как  со
стороны физиологической, так и психологической. Душу Д. представлял себе
в форме атома,  которым  можно  объяснить  особенности  душевной  жизни.
Главнейшая из них - движение; душа, производящая движение,  должна  сама
быть подвижной, т. е. душу следует себе представлять  в  форме  круглых,
огненных атомов. Мышление тоже есть  движение.  Дыхание  вводит  в  нас,
вместе  с  воздухом,  новые  огненные  атомы,  которые  заменяют   собой
потраченные атомы души; поэтому  прекращение  дыхания  вызывает  смерть.
Душа - самое существенное в человеке, и Д.  советует  заботиться  о  ней
более, чем о теле. Все предметы одушевлены; душа, наполняющая весь  мир,
и есть божество, но это божество подчинено механическим законам, подобно
всем предметам, и качественно  не  отличается  от  материального  бытия.
Особенное внимание Д. обратил на объяснение мышления. Ощущения возникают
под влиянием внешних толчков и сами суть не что иное, как движения.  Все
виды ощущений дифференцировались из осязания. От предмета исходят  токи,
которые, путем пяти  органов  чувств,  вызывают  в  теле  представления.
Зрительные ощущения, напр.,  образуются  тем  путем,  что  от  предметов
отделяются изображения их, которые попадают в  глаза  и  оттуда  уже  во
внутренние части тела. Посредником является воздух, который  и  нарушает
ясность изображения. Мышление - такой же  материальный  процесс,  как  и
ощущение; но первому Д.  дает  предпочтение  перед  последним.  Сущность
вещей мы познаем не ощущениями, а мышлением; атомы находит  мышление,  а
не ощущение. Д. жалуется на ограниченность и трудность познания, но  вся
его система чисто догматическая, и поэтому весьма неправильно  видеть  в
нем скептика. Из этических отрывков Д. мы можем заключить, что  основные
положения  греческого  нравственного  миросозерцания  положены  уже  Д.:
напр., он на человека смотрит как на существо исключительно разумное (не
волевое), видит в знании сущность  добродетели.  Эти  воззрения  развиты
Сократом, Платоном и Аристотелем. Цель жизни Д. видит в  блаженстве,  но
блаженство  определяет  как   внутреннее   спокойное   состояние   души,
независимое от внешних благ. Наслаждение и страдание - мерило  полезного
и вредного; но полезное не отожествляется ни с чувственным наслаждением,
ни с внешними благами. На брак Д.  смотрит  скептически,  дружбу  высоко
ценит; с него начинается  ряд  исследований  о  дружбе,  которыми  может
гордиться греческ. этика. На  государство  Д.  смотрит,  подобно  другим
греч. философам, как на единство, долженствующее  поглотить  индивидуум.
На  греческую  мифологию  Д.  смотрел  как   на   порождение   фантазии;
возникновение религии он объяснял  себе  сильным  впечатлением,  которое
должны были  производить  на  человека  некоторые  явления  природы.  Д.
допускал существование существ высших по организации, чем человек, и  их
влиянием объяснял пророческие сны и т. п. Д. был первым последовательным
материалистом;  его  система  была  переработана  Эпикуром,   нарушившим
строгую логичность мышления Д.  Современный  материализм  прибавил  мало
принципиально нового к положениям Д. Ср.  Zeller,  "D.  Philosophie  der
Griechen" (5 изд. Лпц., 1892); кн. С. Трубецкой,  "Метафизика  в  древн.
Греции".  Специальная  литература  приведена  у  Целлера.  Об  этических
отрывках см. статью Радлова в "Вопр. философии и психологии", кн. 12.
   Э. Радлов.