Теория (греч. theoría, от theoréo — рассматриваю, исследую), в широком смысле — комплекс взглядов, представлений, идей, направленных на истолкование и объяснение какого-либо явления; в более узком и специальном смысле — высшая, самая развитая форма организации научного знания, дающая целостное представление о закономерностях и существующих связях определённой области действительности — объекта данной Т. По словам В. И. Ленина, знание в форме Т., «теоретическое познание должно дать объект в его необходимости, в его всесторонних отношениях...» (Полн. собр. соч., 5 изд., т. 29, с. 193). По своему строению Т. представляет внутренне дифференцированную, но целостную систему знания, которую характеризуют логическую зависимость одних элементов от других, выводимость содержания Т. из некоторой совокупности утверждений и понятий — исходного базиса Т. — по определённым логико-методологическим принципам и правилам.

  Основываясь на общественной практике и давая целостное, достоверное, систематически развиваемое знание о существенных связях и закономерностях действительности, Т. выступает как наиболее совершенная форма научного обоснования и программирования практической деятельности. При этом роль Т. не ограничивается обобщением опыта практической деятельности и перенесением его на новые ситуации, а связана с творческой переработкой этого опыта, благодаря чему Т. открывает новые перспективы перед практикой, расширяет её горизонты. Марксизм-ленинизм отвергает как принижение Т., её отождествление с практикой, так и схоластическое теоретизирование, отрыв Т. от действительности.

  Опираясь на знание, воплощённое в Т., человек способен создавать то, что не существует в налично данной природной или социальной действительности, но возможно с точки зрения открытых Т. объективных законов. Эта программирующая роль Т. по отношению к практике проявляется как в сфере материального производства, где она заключается в реализации научных открытий, достигаемых на основе научной Т., особенно в эпоху современной научно-технической революции и превращения науки в непосредственную производительную силу, так и в области общественной жизни, где передовая Т. общественного развития, отражающая его объективные закономерности и воплощающая в то же время идеологию прогрессивных социальных сил, выступает в качестве научной основы программы революционного преобразования общества. Особенно возрастает роль Т. в эпоху созидания социалистического и коммунистического общества на основе сознательной деятельности народных масс. Как подчёркивал Ленин, «без революционной теории не может быть и революционного движения» (там же, т. 6, с. 24), а «... роль передового борца может выполнить только партия, руководимая передовой теорией» (там же, с. 25). Ориентирующая, направляющая роль передовой марксистско-ленинской Т. общества, раскрывающей объективные законы общественного развития, ярко проявляется в современных условиях в руководстве КПСС развитым социалистическим обществом в его движении к коммунизму.

  Осуществление целенаправленного практического преобразования действительности на основе знаний, воплощённых в Т., есть критерий истинности Т. (см. Истина). При этом в ходе практического применения Т. сама совершенствуется и развивается. Практика образует не только критерий истинности, но и основу развития Т.: «Практика выше (теоретического) познания, ибо она имеет не только достоинство всеобщности, но и непосредственной действительности» (Ленин В. И., там же, т. 29, с. 195). В процессе применения Т. сформулированное в ней знание опосредуется различными промежуточными звеньями, конкретизирующими факторами, что предполагает живое, творческое мышление, руководствующееся Т. как программой, но мобилизующее также все возможные способы ориентации в конкретной ситуации. Иными словами, действенное применение Т. требует опоры на «живое созерцание» объекта, использования практического опыта, включения эмоциональных и эстетических моментов сознания, активизации способностей творческого воображения. Сама Т. как форма особого освоения мира функционирует в системе культуры в тесном взаимодействии с другими, не теоретическими формами сознания, поэтому её формирование, развитие и применение всегда связаны с определёнными идейно-мировоззренческими. нравственными и эстетическими факторами. Серьёзная научная Т. всегда так или иначе связана с определёнными философско-мировоззренческими установками, способствует укреплению того или иного мировоззрения (например, в борьбе с религиозным мировоззрением важнейшую роль сыграли Т., созданные Н. Коперником и И. Ньютоном; утверждению идей диалектико-материалистического мировоззрения способствовала дарвиновская Т. эволюции). С другой стороны, в истории познания существовали и продолжают существовать псевдонаучные концепции, также претендующие на роль подлинных Т., но в действительности выражающие антинаучную, реакционную идеологию (например, социал-дарвинизм, расизм, геополитика). Особенно сильна связь содержания Т. с идейно-мировоззренческими установками и социально-классовыми интересами в области обществ. наук, где противоборство передовой научной Т. марксизма-ленинизма с реакционными взглядами отражает борьбу противоположных идеологий (см. Партийность).

  Взятая в качестве определённой формы научного знания и в сравнении с другими его формами (гипотезой, законом и т. д.) Т. выступает как наиболее сложная и развитая форма. Как таковую Т. следует отличать от др. форм научного знания — законов науки, классификаций, типологий, первичных объяснительных схем и т. д. Эти формы генетически могут предшествовать собственно Т.. составляя базу её формирования; с др. стороны, они нередко сосуществуют с Т., взаимодействуя с нею в системе науки, и даже входят в Т. в качестве её элементов (теоретические законы, типологии, основанные на Т.).

  В разделении труда между различными способами духовного производства специфическая функция научно-теоретического сознания вообще заключается в том, что оно представляет собой специализированную деятельность по разработке возможно более широкого спектра познавательных норм отношения человека к миру, который воплощается в содержании науки. Теоретическое мышление как деятельность «исследования природы самих понятий», которую Энгельс характеризовал как необходимую предпосылку диалектического мышления (см. К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., 2 изд., т. 20, с. 537—38), является поэтому ведущим элементом научного познания на любой его стадии. Это означает, что научное знание теоретично с самого начала, то есть всегда связано с размышлением о содержании понятий и о той исследовательской деятельности, которая к нему приводит. При этом, однако, формы и глубина теоретического мышления могут сильно варьировать, что находит историческое выражение в развитии структуры теоретического знания, в формировании различных способов его внутренней организации. Если теоретическое мышление вообще (Т. в широком смысле слова) необходимо сопутствует всякой науке, то Т. в собственном, более строгом смысле появляется на достаточно высоких этапах развития науки — как результат систематического развёртывания способности теоретического мышления.

  Первые Т. в собственном смысле появляются уже в античной науке (Евклид), тогда же возникают и размышления о строении теоретического знания (Аристотель, стоики). Следующий крупный шаг в развитии теоретического знания связан с возникновением опытного естествознания и развитием его в 16—18 вв. Основное содержание познания в ту эпоху, а в известной мере и позднее, в 1-й половине 19 в. составляли накопление и обработка эмпирических данных, получение эмпирических обобщений и закономерностей. Вместе с тем эта эмпирическая работа была связана с развитием самой способности теоретического мышления. В этот период, в частности, осуществлялось определённое развитие концептуально-теоретических представлений о газе, теплоте, электричестве, магнетизме, оптических явлениях и т. д.. причём именно эти представления в значительной мере ориентировали и направляли само эмпирическое исследование (что четко прослеживается, например, в истории открытия законов Кулона, Ома и др.).

  Общая тенденция развития науки связана с интенсивным развитием собственно теоретического исследования, с совершенствованием и обогащением концептуального аппарата науки, постепенным выделением и обособлением относительно самостоятельного слоя её теоретического содержания. Показателями этого процесса теоретизации науки выступают: уровень осмысления научным мышлением своего понятийного аппарата (который на ранних стадиях сохраняет тесную связь с донаучными представлениями), степень критического осознания и контроля над ним и, главное, степень развития конструктивной способности к разработке собственно научных абстракций. Переход от эмпирической стадии науки, которая ограничивается классификациями и обобщениями опытных данных, к теоретической стадии, когда появляются и развиваются Т. в собственном смысле, осуществляется через ряд промежуточных форм теоретизации, в рамках которых формируются первичные теоретические конструкции — такие, как идеализация (типа математической точки), гипотетической сущности, служащие основой объяснения наблюдаемых в опыте явлений (например, исходные представления о токе как о жидкости) и т. д. Подобные теоретические образования представляют собой результат конструктивной деятельности теоретической мысли. Будучи источником возникновения Т., сами эти конструкции, однако, ещё не образуют Т.: её возникновение связано с возможностью построения многоуровневых конструкций, которые развиваются, конкретизируются и внутренне дифференцируются в процессе деятельности теоретического мышления, отправляющегося от некоторой совокупности теоретических принципов. В этом смысле зрелая Т. представляет собой не просто сумму связанных между собой знаний, но и содержит определённый механизм построения знания, внутреннего развёртывания теоретического содержания, воплощает некоторую программу исследования; всё это и создаёт целостность Т. как единой системы знания. Подобная возможность развития аппарата научных абстракций в рамках и на основе Т. делает последнюю мощнейшим средством решения фундаментальных задач научно-теоретического мышления — познания сущности явлений действительности.

  В структуре Т. принято выделять следующие основные компоненты: 1) исходную эмпирическую основу, которая включает множество зафиксированных в данной области знания фактов, достигнутых в ходе экспериментов и требующих теоретического объяснения; 2) исходную теоретическую основу — множество первичных допущений, постулатов, аксиом, общих законов Т., в совокупности описывающих идеализированный объект Т.; 3) логику Т. — множество допустимых в рамках Т. правил логического вывода и доказательства; 4) совокупность выведенных в Т. утверждений с их доказательствами, составляющую основной массив теоретического знания. Методологически центральную роль в формировании Т. играет лежащий в её основе идеализированный объект — теоретическая модель (см. также Моделирование) существующих связей реальности, представленных с помощью определённых гипотетических допущений и идеализаций. Построение идеализированного объекта — необходимый этап создания любой Т., осуществляемый в специфических для разных областей знания формах. К. Маркс в «Капитале», развив трудовую теорию стоимости и проанализировав структуру капиталистического производства, разработал идеализированный объект, который выступил как теоретическая модель капиталистического способа производства. Идеализированным объектом в классической механике является система материальных точек, в молекулярно-кинетической теории — множество замкнутых в определённом объёме хаотически соударяющихся молекул, представляемых в виде абсолютно упругих материальных точек, и т. д.

  Идеализированный объект может выступать в разных формах, предполагать или не предполагать математического описания, содержать или не содержать того или иного момента наглядности, но при всех условиях он должен выступать как конструктивное средство развёртывания всей системы Т. Этот объект, таким образом, выступает не только как теоретическая модель реальности, он вместе с тем неявно содержит в себе определённую программу исследования, которая реализуется в построении Т. Соотношения элементов идеализированного объекта — как исходные, так и выводные — и представляют собой теоретические законы, которые, в отличие от эмпирических законов, формулируются не непосредственно на основе изучения опытных данных, а путём определённых мыслительных действий с идеализированным объектом. Из этого вытекает, в частности, что законы, формулируемые в рамках Т. и относящиеся по существу не к эмпирически данной реальности, а к реальности, как она представлена идеализированным объектом, должны быть соответствующим образом конкретизированы при их применении к изучению реальной действительности.

  Многообразию форм идеализации и, соответственно, типов идеализированных объектов соответствует и многообразие видов Т. В теории описательного типа, решающей главным образом задачи описания и упорядочения обычно весьма обширного эмпирического материала, построение идеализированного объекта фактически сводится к вычленению исходной схемы понятий. В современных математизированных Т. идеализированный объект выступает обычно в виде математической модели или их совокупности. В дедуктивных теоретических системах построение идеализированного объекта по существу совпадает с построением исходного теоретического базиса.

  Процесс развёртывания содержания Т. предполагает максимальное выявление возможностей, заложенных в исходных посылках Т., в структуре её идеализированного объекта. В частности, в Т., использующих математический формализм, развёртывание содержания предполагает формальные операции со знаками математизированного языка, выражающего те или иные параметры объекта. В Т., в которых математический формализм не применяется или недостаточно развит, на первый план выдвигаются рассуждения, опирающиеся на анализ содержания исходных посылок Т., на мысленный эксперимент с идеализированными объектами. Наряду с этим развёртывание Т. предполагает построение новых уровней и слоев содержания Т. на основе конкретизации теоретического знания о реальном предмете. Это связано с включением в состав Т. новых допущений, с построением более содержательных идеализированных объектов. Например, Маркс в «Капитале» от рассмотрения товарного производства в абстрактном виде переходит к анализу собственно капиталистического производства, от рассмотрения производства, абстрагированного от обращения, — к анализу единства производства и обращения. В итоге конкретизация Т. приводит к её развитию в систему взаимосвязанных Т., объединяемых лежащим в их основании идеализированным объектом. Это одно из характерных выражений метода восхождения от абстрактного к конкретному, о котором как о важнейшей черте научно-теоретического мышления писал Маркс (см. К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., 2 изд., т. 46, ч. 1, с. 37—38).

  Этот процесс постоянно стимулируется необходимостью охвата в рамках и на основе исходных положений Т. многообразия эмпирического материала, относящегося к предмету Т. Развитие Т. не есть поэтому имманентное логическое движение теоретической мысли — это активная переработка эмпирической информации в собственно содержание Т., конкретизация и обогащение её понятийного аппарата. Именно это развитие содержания Т. ставит определённые пределы возможной логической формализации процессов её построения. При всей плодотворности формализации и аксиоматизации (см. Аксиоматический метод) теоретические знания нельзя не учитывать, что реальный процесс конструктивного развития Т. в процессе восхождения теоретического мышления от абстрактного к конкретному, ориентируемый задачами охвата нового эмпирического материала, не укладывается в рамки формально-дедуктивного представления о развёртывании Т.

  Т. может развиваться и действительно часто развивается в относительной независимости от эмпирического исследования — посредством знаково-символических операций по правилам математических или логических формализмов, посредством введения различных гипотетических допущений или теоретических моделей (особенно математических гипотез и математических моделей), а также путём мысленного эксперимента с идеализированными объектами. Подобная относительная самостоятельность теоретического исследования образует важное преимущество мышления на уровне Т., ибо даёт ему богатые эвристические возможности. Но реальное функционирование и развитие Т. в науке осуществляется в органическом единстве с эмпирическим исследованием. Т. выступает как реальное знание о мире только тогда, когда она получает эмпирическую интерпретацию. Такая интерпретация в современной науке зачастую далеко не тривиальна. Например, в современной физике построение Т. нередко начинается с разработки математических формализмов, эмпирическая интерпретация которых поначалу неизвестна, по крайней мере в некоторых частях. Эмпирическая интерпретация способствует осуществлению опытной проверки Т., выявлению её объяснительно-предсказательных возможностей по отношению к реальной действительности. Сам процесс эмпирической проверки Т. и её оценки по объяснительно-предсказательным возможностям является, однако, сложным и многоступенчатым. Как подтверждение Т. отдельными эмпирическими примерами не может ещё служить безоговорочным свидетельством в её пользу, так и противоречие Т. отдельным фактам не есть основание для отказа от неё. Но при этом подобное противоречие служит мощным стимулом совершенствования Т. вплоть до пересмотра и уточнения её исходных принципов. Решение же об окончательном отказе от Т. обычно связано с общей дискредитацией фактически лежащей в её основе программы исследования и появлением новой программы, выявляющей более широкие объяснительно-предсказательные возможности по отношению к сфере реальности, изучаемой данными Т. (см. Сохранения законы). Важным вопросом методологического анализа выбора Т. является также сравнительная оценка конкурирующих Т. В конечном счёте подобная оценка также связана с выявлением преимуществ объяснительно-предсказательных возможностей сравниваемых Т.

 

  Лит.: Энгельс Ф., Диалектика природы, Маркс К. и Энгельс Ф., Соч., 2 изд., т. 20; Ленин В. И., Что делать?, Полн. собр. соч., 5 изд., т. 6; его же, Материализм и эмпириокритицизм, там же, т. 18; его же, Философские тетради, там же, т. 29; Кузнецов И. В., Структура физической теории, «Вопросы философии», 1967, № 11; Карнап Р., Философские основания физики, пер. с англ., М., 1971; Степин В. С., К проблеме структуры и генезиса научной теории, в сборнике: Философия. Методология. Наука, М., 1972; Баженов Л. Б., Строение и функции естественно-научной теории, в сборнике: Синтез современного научного знания, М., 1973; Мамчур Е. А., Проблемы выбора теории, М., 1975; Швырев В. С., К анализу категорий теоретического и эмпирического в научном познании, «Вопросы философии», 1975, № 2.

  В. С. Швырёв.

 

Оглавление